Все дело в отваге - Альберт Байкалов

– Нам не подходит, – сделала вид, будто огорчилась, Марта. – Как раз в понедельник мы на целый месяц уезжаем в Германию. Нельзя, например, завтра?

– Знаете, – вздохнула Губанова. – Вот как раз сейчас у меня небольшой перерыв. Позвонила одна из постоянных клиенток и сказала, что не сможет приехать. Вы в каком районе находитесь?

– Недалеко от станции метро «Кропоткинская», – Марта посмотрела на темнеющее окно.

– Значит, в центре. Совсем рядом. Я на Садовой живу. Вы можете сейчас подъехать?

– Ой, это было бы здорово! – радостно воскликнула Марта.

– Тогда запишите адрес…

Спустя полчаса Матвей уже давил на кнопку звонка нужной квартиры. Послышались шаги, щелкнул поворотный механизм замка, и массивные двери открылись. Перед ними возникла среднего роста женщина с добрым лицом. Черные, с проседью, волосы были аккуратно уложены.

– Я вам звонила, – сказала Марта.

– Вика? – уточнила женщина.

– Вы даже не спросили кто, – нахмурил брови Матвей. – В наше время это опасно.

– Мне достаточно взглянуть на видеофон, – женщина улыбнулась. – Я же психолог. Вижу, с чем пришли люди.

«Психология – вещь скользкая, – с иронией подумал Матвей, проходя мимо женщины. – Вот и сейчас не угадала. Проблемы не у нас, а у тебя».

Губанова проводила их в скромно обставленную комнату и усадила на диван.

– Кофе, может, чай? – Элеонора Михайловна замерла в ожидании ответа.

– Нет, спасибо, – покачала головой Марта.

Женщина села в кресло напротив:

– Ну что же, я вас слушаю.

– Наверное, я начну? – Матвей вопросительно посмотрел на Марту.

– Да, конечно, дорогой, – она нежно улыбнулась и положила ему на колено руку.

– Эта история началась еще в апреле. – Кораблев переглянулся с Мартой и продолжил: – Одна наша знакомая узнала, что ее муж не совсем тот, за кого себя выдает.

– Он что, оказался преступником? – попыталась угадать ничего не подозревающая Губанова.

– Нет, – Матвей покачал головой. – Она выходила замуж за тренера по плаванию, а он оказался обыкновенным стриптизером.

Лицо Элеоноры Михайловны окаменело.

– Но женщина приняла все как есть, – делая вид, будто не замечает реакции собеседницы, продолжал Матвей. – Единственное, что она сделала, это попросила его перейти на другую работу. Это никак не повлияло на их отношения. Жизнь шла своим чередом. Но в конце весны ей пришлось срочно уехать на некоторое время по делам компании в другой город. Вернувшись, она застала мужа с любовницей…

– Кто вы? – Губанова встала, но тут же снова села. – Зачем вы пришли?

– Мы пришли, чтобы как-то облегчить вашу участь, – сказала Марта.

– Я знала, что рано или поздно это произойдет, – едва слышно проговорила Элеонора Михайловна. – Тем более неделю назад арестовали Форсажа…

Матвей поднялся с дивана, прошел на кухню, набрал из-под крана в чашку воды и вернулся в зал.

– Спасибо, – одними губами проговорила психолог, беря стакан.

– Вам знакома Каргапольцева Екатерина Сергеевна? – спросил Матвей, дождавшись, когда женщина возьмет себя в руки.

– Раз вы здесь, значит, знаете, что да. – Губанова наклонила голову, приложила пальцы к вискам и некоторое время сидела молча, словно приходя в себя от страшного известия. Потом выпрямилась и продолжила: – Все началось год назад. Я хотела помочь дочери и продала квартиру. Но так вышло…

– Вас кинули, – догадался Матвей.

– Это сейчас так и называется, – подтвердила женщина. – Тогда я обратилась за помощью к своему старому знакомому. Зовут его Рыбаков Илья Григорьевич. Мы вместе с Ильей учились в школе. Потом он окончил юридический институт и пошел работать в прокуратуру. В конце девяностых уволился и стал заниматься адвокатской деятельностью. Однако, как Илья ни старался, вернуть квартиру или деньги законно не получалось. Тогда он предложил мне другой способ… – Она замолчала.

– Какой? – Матвей посмотрел на ее профиль.

– Поступать с людьми так же, как обошлись со мной.

– Поясните, – Матвей вернулся на свое место.

– Поселившийся в квартире бизнесмен по фамилии Чуркин не подозревал о моем существовании. К тому времени она была дважды перепродана. Мне удалось устроиться к нему домработницей. Используя свой опыт и специальные порошки, я скоро сделала Чуркина управляемым. Уже через месяц он подписал нужный мне договор, а спустя неделю умер… Квартиру снова выставили на продажу и вскоре вернули мне деньги, – Элеонора Михайловна всхлипнула.

– О каких порошках идет речь? – нахмурился Матвей.

– Я не знаю названий, – призналась женщина. – Илья сказал, что достает их в одном из закрытых НИИ, работающем в интересах спецслужб. Спустя месяц Илья вновь явился. На этот раз он привез с собой результаты вскрытия независимой патологоанатомической экспертизы. В документах говорилось, что наряду с сильнодействующими психотропными препаратами бизнесмену давали и яды, которые постепенно накапливаются в организме. Когда их содержание доходит до критической точки, человек погибает…

Она снова замолчала. В комнате воцарилась зловещая тишина. Матвей посмотрел на часы. Это подтолкнуло Губанову продолжить рассказ:

– Сначала я заявила, что готова понести наказание. Тем более если посадят меня, следом пойдет и Илья. Однако… В общем, сами понимаете, все против меня. Я сознательно устроилась на работу к человеку, который живет в моей квартире, скрыла свое настоящее имя и фамилию. Все указывает на преднамеренное убийство…

– Понятно, – вздохнул Матвей, догадавшись, каким образом психолога склонили к сотрудничеству. – Вас стали шантажировать. С какой целью?

– Илья сказал, что они с другом разработали безопасный способ отъема недвижимости и бизнеса. Для реализации этих планов им нужен был человек в Москве.

– По сути, вас принудили участвовать в рейдерских захватах, – сказала Марта.

– Да, – кивнула Губанова. – Можно назвать это и так.

– И что это за способ? – спросил Матвей.

– Человека делали практически зомби, после чего он подписывал необходимые документы и исчезал. Все обставляли таким образом, что со стороны выглядело, будто он ушел в некую секту. В данном случае принцип обогащения прост: хочешь быть богатым – создай свою религию. Была арендована типография, где печаталась разного рода литература, построили целую деревню, куда несчастных отправляли на карантин…

– Простите, вы сказали «карантин»? – перебил женщину Матвей.

– Дело в том, что любой подобный случай не остается без внимания правоохранительных органов и родственников. Поэтому людей некоторое время держат в деревне, где они проводят время в молитвах и труде. Их в любой момент могут показать полиции и журналистам. При этом никто не скажет, что его удерживают силой. Там используются новейшие технологии оболванивания человека.