Все дело в отваге - Альберт Байкалов

– Как мне повезло, что я вас встретила! – в который раз повторила Надежда Валерьевна, тепло глядя на Матвея, и взяла за ножку бокал с вином.

– Удивительный случай, – согласился Кораблев.

Надежда Валерьевна перевела взгляд на Катю и Тараса, который на протяжении нескольких лет до того свыкся с именем Данила, что не сразу отзывался на свое настоящее имя.

– Ну что, дети мои, за Матвея и Марту!

– Надежда Валерьевна, – взмолилась девушка. – Сколько можно!

– Не можно, а нужно, – Михаил поднял руку с рюмкой.

– Вы за Бориса Геннадиевича лучше выпейте, – краснея от смущения, Марта посмотрела на следователя. – Если бы не он, неизвестно, чем бы дело кончилось.

– Это моя работа, – поднял над столом руки Дешин. – К тому же по этой теме трудилась целая бригада ФСБ. Так что, если за всех будете пить, алкоголиками станете.

Все рассмеялись. Скованность, царившая в начале застолья, прошла.

Они чокнулись и выпили. Матвей наколол на вилку кусочек селедки и сунул в рот.

Сегодня состоялось последнее заседание суда по делу Посредника и его команды. Кате вернули всю ее собственность. Вместе с преступниками на скамье подсудимых оказался и ее первый заместитель, который, как выяснилось, изначально работал на Форсажа. Всего по делу, вместе с потерпевшими и свидетелями, проходило около трехсот человек. Следствие длилось больше полугода. В конце февраля начались судебные слушания, и лишь вчера огласили приговор.

Преступники разработали хитроумные способы введения следствия в заблуждение. Они постоянно страховались. Не все люди, которые оказывались очевидцами тех или иных событий, решались сообщать о них в полицию, так как боялись стать пациентами психоневрологических клиник. Действительно, как бы восприняли рассказ той же Марты про двойников собаки и рыбака на пикнике у озера или семейной пары, оказавшейся одновременно в ресторане и гостинице? А уж о Надежде Валерьевне и говорить нечего. Бросалась статуэтками в окна, отбиваясь от страшных видений… Катя и вовсе считала, что от работы «двинулась крыша». Еще бы, вернуться в дом, где всего лишь утром пила чай, а там, в сарае, выросло дерево высотою в несколько метров… Авдотья Никитична, игравшая роль жившей в одиночестве бабки, оказалась Анастасией Меловой, бывшей артисткой одного из провинциальных театров. Пономарев на пару с Рыбаковым широко использовал в своих грязных делах близнецов, калек, цыган.

Все это время молчавший Дешин достал сигарету, встал, вышел из-за стола и отправился на балкон. Матвей не курил, но было душно, и он решил последовать его примеру.

– Ты знаешь, кем был раньше Тарас? – хитро прищурился Дешин и вставил в рот сигарету.

– Бизнес у него свой, – пожал плечами Матвей. – Кажется, перевозками занимался.

– А на какие деньги он его открыл, в курсе?

– Понятия не имею, – признался Матвей.

– Этот парень служил во французском Иностранном легионе, – наслаждаясь произведенным впечатлением, Дешин щелкнул зажигалкой, закурил и, выпуская дым через нос, добавил: – А вот о тебе ничего узнать не удалось.

– Ну как… – Матвей сделал вид, будто удивился. – В армии я служил.

– Чем собираешься дальше заниматься? – сменил тему полицейский и оперся локтями на ограждение балкона.

– Пока не знаю, – честно признался Матвей. – Но мне кажется, я нашел неплохой способ зарабатывать деньги.

– Думаешь податься в частные детективы? – догадался Дешин.

– Попробовать можно, – уклончиво ответил Матвей.

– Лицензию тяжело оформить. – Следователь затянулся, задумчиво выпустил струйку дыма. – Нужно иметь юридическое образование или стаж работы оперативным сотрудником. Правда, еще курсы есть, но… – он махнул рукой.

– Я еще точно не решил, – глядя вниз, ответил Матвей.

– Давай к нам, – неожиданно предложил Дешин.

– Нет, – покачал Кораблев головой. – Не по душе мне такая работа.

– Что, после того, что случилось, не доверяешь полиции?

– Доверяю, но служить в ней не хочу, – объявил Матвей.