Непревзойденные - Александр Тамоников

– Возможно, раньше или позже, но не намного. Если, конечно, в дороге ничего не случится.

– Ты сбросил в центр всю информацию, полученную в ходе наблюдения за плато?

– Конечно.

– Хорошо.

В 14.03 «Ми-8» завис над площадкой рядом с позицией оперативно-тактического ракетного комплекса, обнесенной колючей проволокой. Спустя минуту шасси коснулись бетонных плит. Из «Ми-8» вышли майор Седов и полковник Бутафар. Их встретил командир расчета.

Перекрикивая рокот двигателей, он доложил, обращаясь к иранскому полковнику:

– Капитан Вордан. Расчет поступает в ваше распоряжение.

Бутафар предложил пройти по территории. Среди машин, рассредоточенных на позиции, шум вертолета был почти не слышен.

Бутафар указал капитану на Седова и заявил:

– Вы поступаете в распоряжение российского майора.

Командир расчета повернулся к Валерию.

– Господин майор. Расчет в вашем распоряжении.

– Покажите позицию! – приказал Седов.

– Есть. Справа от вас пусковая установка, готовая к запуску двух ракет повышенной дальности «Р-500», нацеленных на военные объекты Израиля, правее транспортно-заряжающая машина, слева КШМ – командно-штабная машина. Далее пункт подготовки информации, в тылу, то есть за КШМ и ППИ, машина жизнеобеспечения. Боевая готовность комплекса – постоянная. Время до пуска ракет составляет от пяти до пятнадцати минут. Это зависит от того, останутся ли цели заданными или будут изменены. Дежурная смена в машинах. Отдыхающая – частью в МЖО, частью в палатке.

– А это что? – Седов указал на площадку, перекрытую накатами бревен.

– Это, господин майор, блиндаж отделения охранения. Вот, кстати, и командир, лейтенант Ахмад Адели.

Офицер охранения подошел к Седову, представился. Российский майор и полковник

Бутафар пожали ему руку.

В отличие от командира расчета Адели обратился сразу к Седову:

– Господин майор, отделение охранения готово к выполнению любого вашего приказа.

– Это, лейтенант, радует. Сколько человек у вас постоянно несут службу?

– Двое.

– Порядок несения службы?

– В светлое время суток на вышках, которые находятся в углах периметра ограждения, в темное – в окопах южного и западного направлений.

– Почему именно южного и западного?

– С юга к позиции подходит лес, с запада – дорога от Дишмана. С севера, как вы заметили, расположен скалистый перевал, с востока – каньон.

– Вы считаете, что север и восток контролировать не следует?

– Я прекрасно понимаю, что хорошие диверсанты в состоянии спуститься с перевала и подняться по склонам каньона. Но это касается только диверсионных групп, обладающих особой горной подготовкой, появление которых здесь маловероятно. Все же мы не сбрасываем со счетов возможность противника атаковать объект с севера и востока. С южного поста хорошо просматривается и восточное направление, включая вертолетную площадку и каньон с узким проходом в южный лесной массив. С западного поста часовой имеет возможность контролировать склон перевала. Тем более что на перевале и в каньоне установлены лазерные сети. Вы понимаете, о чем я.

– Приборы обнаружения противника. Пересечение луча лазера вызывает подрыв сигнального заряда.

– Так точно.

– Вы тоже обучались в России, лейтенант?

Командир отделения охранения улыбнулся и уточнил:

– Это насчет владения русским языком?

– Да.

– Нет. Я обучался у себя на родине. Просто в военном училище русский язык нам преподавал российский специалист.

– Понятно. Значит, блиндаж. Это меняет дело.

– О чем вы, майор? – спросил Бутафар.

– Немного терпения. – Седов вновь обратился к лейтенанту: – Скажи, Ахмад, на сколько человек рассчитан блиндаж?

– В нем много места. Кроме пяти человек охраны в блиндаже могут разместиться на отдых еще не менее десяти бойцов.

– Это на отдых, значит, лежа. А стоя или сидя?

– Вдвое больше.

– Прекрасно.

Седов повернулся к Бутафару и спросил:

– Вам еще не ясно, почему наличие блиндажа меняет дело?

– Вы решили использовать его для укрытия своего отряда.

– Верно! И не надо никого отводить от позиции, сажать балластом в боевые машины.

Расчет капитана Вордана до наступления темноты и отхода от объекта разведывательной группы «Ягуара» будет нести службу в обычном режиме, как и охрана лейтенанта Адели. В итоге мы получим нужный результат. Разведчики Фостера увидят то, что должны. Мы же будем иметь отряд на позиции, а также возможность максимально быстрой переброски бойцов Вордана к месту дислокации отряда Шотбари. Но обо всем этом подробнее во время совещания, которое назначаю на четырнадцать сорок. А сейчас, господин полковник, прошу передать распоряжение отряду покинуть борт и перейти в блиндаж, экипажу уйти в район ожидания. А я пока еще поговорю с командиром отделения охраны.

– Хорошо, господин майор.

Полковник Бутафар передал команду на борт. Отряд «Z» быстро перебрался в бункер и начал размещаться там. Вертолет ушел к перевалу Сентер. Командир расчета занялся своими делами. Седов же с Адели отошли к южной стороне периметра ограждения.

– Я вот о чем хотел переговорить с тобой, Ахмад. Ты в курсе, какую задачу нам предстоит решить?

– В курсе! Отразить нападение отряда специального назначения США «Ягуар», предотвратить захват комплекса и пуск ракет.

– Верно. Но на войне важно не только выполнить поставленную задачу, но и по возможности избежать неоправданных потерь, верно?

– Так точно!

– Так точно, – повторил Седов. – А в нашей ситуации двое часовых неминуемо будут находиться под угрозой уничтожения. Снять их с постов мы не можем. Полковник Бутафар заверил меня, что иранцы – настоящие воины, в чем, собственно, я и не сомневался. Вы готовы умереть за свою страну и веру. Это достойно уважения, но стоит ли умирать, когда можно сохранить жизнь?

– Я плохо понимаю вас, господин майор.

– У нас есть бронированные костюмы, которые в состоянии защитить практически все тело бойца от пуль снайперов. Исключение составляет голова. Есть, конечно, и бронированные шлемы, но они будут смотреться подозрительно на ваших бойцах. Настаиваю, чтобы часовые, которых вы выставите на посты ночью, на момент начала штурма американскими спецназовцами были облачены в эти бронированные костюмы. Пусть они имитируют смерть при попадании в них пуль снайперов.

Лейтенант произнес:

– Понятно. Часовые будут экипированы так, как прикажете вы, и сыграют роль убитых.