Бой против своих - Сергей Зверев

Через несколько минут всеобщего ожидания и любопытства вертолет завис над полем и медленно пошел на снижение. Подбежавшие спецназовцы выровняли качающийся над полем груз и аккуратно опустили его на землю. Отстегнув карабины от тросов, они разбежались в стороны. «Ми-24» взмыл в небо — на закрытом полигоне воцарилась гробовая тишина.

— При необходимости контейнер выдержал бы падение со стометровой высоты, — прозвучал комментарий помощника.

— Начинаем, господа! — воскликнул Протасов, активизируя компьютерную программу. — Я переключаюсь с инфракрасного режима в режим видимой части спектра. Микрофоны на полигоне работают.

Экран плазменного монитора резко погас. Зеленоватая картинка в инфракрасном свете сменилась реальной. В полумраке полигона послышалось какое-то движение. Гости насторожились — исходивший из темноты звук не напоминал привычное гудение двигателя, а походил скорее на тихое журчание. Противный скрип крышки контейнера, усиленный динамиками и эхом разлетевшийся в бетонном бункере, заставил всех встрепенуться.

— Свет, — скомандовал инженер Протасов.

Вспыхнувшие на вышках прожектора на мгновение ослепили гостей. Когда яркая вспышка рассеялась, камера наружного наблюдения передала на экран плазменного монитора ничем не примечательную картинку: огромное поле и лениво покачивающиеся на ветру стебли кукурузы. Доставленный вертолетом груз терялся среди стеблей.

— Где же он? — спросил кто-то из гостей.

Инженер в душе улыбнулся — разработанная им машина уже в первые минуты своей демонстрации доказала, что заметить ее издалека крайне сложно.

— Робот имеет минимальную высоту, поэтому и не попадает в поле зрения камер, — пояснил Протасов.

Инженер постучал рукой по корпусу ноутбука — его указательный палец мягко, но настойчиво вдавил клавишу «Ввод».

Вновь послышалось тихое гудение. Стебли кукурузы слегка качнулись. Над полем, как над гладью моря, показалась металлическая трубка с небольшой платформой — выдвижной штатив. Но самого робота никто так и не увидел.

— Словно перископ подводной лодки, — хмыкнул кто-то из военных.

— Или лох-несское чудовище, — развил тему генерал Высоцкий, рассматривая на экране плазменного монитора непонятный предмет.

Штатив блестел на свету, отливая то серебристым, то ярко-желтым оттенком. Шесть камер, закрепленных на небольшой круглой платформе, находившейся на самой верхушке штатива, постоянно пребывали в движении.

— Боевая модель робота «Т-191», — прервав долгое молчание, произнес Протасов, — это военный многоцелевой робот. На нем установлена новейшая электроника, он оборудован шестью выдвижными видеокамерами. Как вы уже смогли заметить, они находятся на штативе.

— А как он управляется? — не сдержав любопытства, спросил один из военных.

— Все очень просто, — ответил Протасов, кивая на ноутбук, — его движения контролируются с этого компьютера. Специальная программа поддерживает два режима управления: ручной и автоматический. При втором робот самостоятельно принимает решения и действует в соответствии с занесенными в программу правилами. Еще вопросы?

— А сколько радиус действия… — начал было спрашивать один из военных.

— Два километра, — перебил военного Протасов, — если робот оказывается за пределами этого расстояния, то сам переключается на автоматическое управление, — инженер коснулся миниатюрного джойстика на корпусе компьютера. — Также «Т-191» не боится перепадов температуры в пределах от плюс ста до минус пятидесяти градусов по шкале Цельсия, радиации и отравляющих веществ. Не нарушает воинских уставов, не устает, не капризничает, непривередлив в еде, не пьет и не курит, не ходит в самоволки, не склонен к дедовщине и написанию жалоб в Военную прокуратуру, а в случае его поломки Комитет солдатских матерей не станет подавать на Министерство обороны в суд… — усмехнулся инженер-разработчик.

— Как это не устает? — глуповато ухмыльнулся мужчина в штатском. — В нем что, вечный двигатель установлен?

— Работает на банальных литиевых аккумуляторах, аналогах тех, что используются в мобильниках, подзарядка от бытовой сети — 220 вольт. В боевых условиях — от передвижных дизель-генераторов при возвращении к месту дислокации. При необходимости может подзаряжаться и от солнечных батарей. Так что можно говорить, в каком-то смысле он не устает.

— А вооружение? — не выдержал нарастающего любопытства генерал.

— Пока робота не поставят в серийное производство, я не могу достоверно об этом информировать, — признался Протасов. — На сегодняшний день мы используем специально созданные модели стрелкового вооружения.

Высоцкий недоверчиво посмотрел на московского инженера:

— Тогда, может, посмотрим на вашего «Т…» — генерал запнулся. — «Т…»

— «Т-191», — подсказал Высоцкому кто-то из гостей.

— Да, на него… в действии. А то у нас в части уже какие-то легенды рассказывают.

Протасов улыбнулся и нажал несколько клавиш на ноутбуке.

— Прошу всех соблюдать спокойствие. Робот находится в учебном режиме и заряжен шариками для пейнтбола, — предупредил гостей московский инженер. — Сейчас он покажет, как может нести караульную службу.

Металлическая трубка, находившаяся до этого в движении, неожиданно замерла — экран плазменного монитора разделился на шесть одинаковых частей, в каждой из которых появилось свое изображение.

— Сейчас мы смотрим на мир его камерами, угол обзора которых — 360 градусов в горизонтальной плоскости и столько же в вертикальной, — Протасов щелкнул указательным пальцем еще по одной клавише, дернул на себя джойстик.

Из корпуса «Т-191» выехал кронштейн, но вместо камер на нем был прикреплен крупнокалиберный многоствольный пулемет.

— Режим — охрана объекта, — самодовольно заявил инженер, — что будем охранять? — Протасов нетерпеливо посмотрел на генерала. — Выбор за вами.

— Пускай будет этот бокс, в котором его доставили, — выбрал объект генерал.

— Нет проблем, начинаем! — Протасов склонился над небольшим экраном ноутбука, на который, как и на плазменный монитор, передавались картинки с видеокамер робота.

Высоцкий достал из нагрудного кармана увесистую рацию, вышел в эфир, отдал команду своим спецназовцам:

— Ваша цель добраться до металлического бокса и установить на нем условную взрывчатку. Цель операции ясна? Тогда приступайте.

Гости выжидающе посмотрели на экран плазменного монитора, на котором вот-вот должна была начаться прямая трансляция испытаний.

— Для удобства я заведу изображение и звук с камер, установленных на касках спецназа. Но примите во внимание, что робот располагает информацией только собственных «органов чувств», — вставил Протасов, — хотя и обучен сканировать радиопереговоры. Смысл слов не распознает, но источник радиоволн засекает. Но эту функцию для убедительности испытаний я отключаю.