Черное золото - Сергей Зверев

Полундра осторожно перелез и встал с наружной стороны балконной ограды. Помог перелезть инженеру, который уже приходил в себя. Теперь они стояли на кромке балкона и цеплялись руками. Внизу чернело Каспийское море.

– Что делаем? – спросил инженер. От страха его трясло, словно в лихорадке.

– Прыгаем. – Сергей мотнул головой вниз. – Пошел!

Двое оторвались от балкона, и в тот же миг балконный проем выстрелил огнем – в номере обрушились перекрытия.

* * *

Полундре пришлось-таки попробовать водки из бутылки, которую припрятал водитель. Кто-то сунул ему алюминиевую кружку. Сергей сидел под деревом и пил аккуратно, маленькими глотками. Не столько чтобы опьянеть, сколько чтобы согреться.

Мокрые пряди волос падали на лоб. По лицу бегали тени – от огня.

– Я тебе говорил, парень, что продукция пригодится? – суетился возле него пьяненький водитель. Он уже успел отхлебнуть «из горла». – Это, брат, продукт универсальный.

– Не мельтеши, – отмахнулся Павлов. – И без тебя в глазах рябит.

– Нет, ну ты, конечно, парень, герой, – восхищенно заявил водитель. – Как ты этого дохляка вытащил… Из огня, из самого пекла, да в последний момент! Кстати, этого спонсора нашего, Бунчука, увезли уже.

– В смысле? – собирался с мыслями Сергей.

– Ну, «Скорая» увезла. Он не то угорел, не то обгорел, не то его балкой по голове пристукнуло. – Водитель заморгал белесыми ресницами. – Погулял, одним словом. Теперь в ближайшее время по палате гулять будет…

Полундра, слушая его краем уха, перевел взгляд на своего незадачливого спасенного подопечного. Инженер едва не утонул. Плавать он умел, но, видимо, только одним-единственным стилем – «топориком». Упав в воду, он камнем пошел вниз, но его удалось вытащить. Несколько доброхотов постарались, чтобы его душа раньше времени не покинула нашу грешную землю, – выловили. Сейчас он лежал на траве в метре от старшего лейтенанта, стонал, тер лицо ладонями.

– Компьютер… Там важная информация. Где он?

– Молчи! – бросил ему Полундра. – Говорил я тебе…

Тот притих, но вполголоса продолжал всхлипывать:

– Господи… Господи… Что же теперь будет?

Его плаксивое бормотание ничего, кроме справедливого возмущения, не вызывало. Сам виноват, проворонил ведь, придурок!

В пятидесяти метрах от них красиво, как-то даже по-киношному, догорал дом. Фактически это уже был не дом, а просто остов – деревянные перекрытия сгорели полностью и обрушились, мало что осталось и от крыши. Чернела каменная коробка, груда балок, перекрытий ярко горела внутри нее. На стоянке у крыльца дома замерла пожарная машина, пожарные из брандспойтов поливали угли. Веселые струи с шипением боролись с языками пламени. Двое пожарных растягивали обугленные поленья баграми. Вдруг один из них, оттащив очередную балку, наклонился, поднял с земли черный прямоугольник и направился к инженеру.

– Об этом кричал? – Пожарный держал в руках расплавленный, обгоревший ноутбук. – Держи!

– Вот тебе твоя информация, – сказал Полундра.

Несчастный инженер с воем бросился к долгожданному предмету. После всего пережитого ноги его подкосились, и он упал на землю. На четвереньках, словно какой-то огромный таракан, он на удивление быстро преодолел последние метры. Истошный крик показал, что находка не слишком его обрадовала.

– Боже… мой… – Инженер в отчаянии попытался открыть черную коробку. У него ничего не получалось, и он снова обессиленно присел на траву. – Это же катастрофа… – Его пальцы дрожали.

Полундра, откинувшись спиной на могучий ствол дерева, провел рукой по лицу.

– Вот черт! – лицо было черным от копоти. Шершавый ствол тер затылок. Ночь заканчивалась.

Наступил рассвет. Пожарные уехали – жизнь не стояла на месте, у них был уже новый вызов. Постепенно толпа разошлась. Кого увезли «Скорые», кого – автобусы МЧС. Местные, из любопытства наблюдавшие за пожаром, пошли по домам – досыпать. Тема, чтобы посудачить в ближайшие дни, у них уже была. У дымящегося пожарища остался милицейский «уазик». Растрепанный, невыспавшийся старшина, сидя на переднем сиденье, опустил одну ногу на землю. Перед ним у открытой дверцы стоял дагестанец. Старшина проводил допрос:

– Вы хозяин строения?

– Я, – дагестанец кивнул. – Конечно, я, кто же еще?

Он растерянно оглянулся, как будто кто-то у него за спиной мог бы оспорить это утверждение.

Старшина сонным, бесцветным голосом продолжал:

– В пожарку кто звонил? Вы? Вы заявляли, что имел место поджог?

Дагестанец растерянно заморгал.

– Да я, собственно… – Он наклонился к уху милиционера и что-то прошептал. Старшина, явно чем-то заинтересовавшись, изредка кивал головой, слушая торопливый шепот бывшего хозяина бывшего здания.

На пожарище, среди еще дымящихся груд обгорелого дерева, бродили два сержанта, производя осмотр. Один из них периодически записывал что-то в блокнот. Наконец они направились к машине.

– Ну что здесь?

– Хозяин дома утверждает, что причиной возгорания послужила неисправная электропроводка, – деревянным голосом заявил старшина. Теперь он составлял не то акт, не то протокол.

Дагестанец, что-то бормоча, шел вдоль дымящихся остатков, еще несколько часов назад бывших прекрасным зданием. Воздевая руки к небу, он словно призывал его в свидетели своей трагедии. Остановившись, он нагнулся и поднял что-то. Это был кусок резной оправы огромного зеркала, висевшего в гостиной. Лицо дагестанца внезапно исказилось от злобы. Он швырнул обгоревший кусок под ноги и, схватившись за виски, застонал, покачиваясь из стороны в сторону.

Сергей вздохнул, поднялся. Покрутил в руках бесполезную кружку, бросил в траву. Неспешной походкой направился к милиционеру.

– Товарищ старшина, – обратился Полундра, глядя на милиционера сверху вниз.

– Что такое? – раздраженно бросил милиционер.

– У нас самолет через два часа, – сказал Полундра охрипшим голосом. – Не дадите команду подбросить нас? Вам все равно по пути, если поедете в дежурку. А нас четыре человека.

Часом позже Сергей Павлов шел к самолету в аэропорту города Махачкала. Могучий «Ту-154» готовился принять на борт пассажиров. Люди, занявшие места в зале ожидания, с интересом разглядывали прибывшую в последний момент группу. Четверо мужчин – усталого вида, растрепанных – выглядели довольно странно. Спортивные костюмы, сидевшие на них, были перепачканы сажей, а у одного на спине вообще зияла прожженная дыра. У всех были мокрые волосы – пассажиры едва успели умыться в туалете аэровокзала. Наиболее странно выглядел светловолосый молодой парень здоровенного телосложения. На ногах у него были стоптанные тапочки, штаны порваны на коленях, а поверх майки – какой-то невообразимый пиджак. Сидевший рядом мужчина зашептал что-то своей спутнице, кивая на него головой, но вдруг встретил взгляд блондина, осекся и стал смотреть в окно. И было почему. Здоровяк посмотрел на мужчину так, что всякая охота шутить у того отпала. Единственное, что было в порядке у прибывших, – это документы.