Аквамарин. Часть 1 - Наталия Александровна Матвеева

– А что делает папочка? – съязвила Лив, глянув на Джесси (видимо замечтавшуюся о вилле для молодоженов). Сестра очнулась и пожала плечами.

– Он… делает все. Рестораны, ночные клубы, казино, отели, магазины, сутенерство, торговля наркотиками, рэкет, похищения… Политика… Полиция…

Лив замахала руками.

– Все, все! Я поняла. И чтец, и жнец, и на дуде игрец…

Джонни захохотал, заражая своим невероятным обаянием и игривым весельем, и даже Джесс хихикнула, хотя она знала отца слишком хорошо и понимала, что если бы он знал, что над ним смеются…

– Приехали, леди и мистер О-Коннел. – прошуршал Бобби, и оба охранника кинулись открывать перед дорогими персонами двери.

Лив бросила на слишком услужливого Бобби испепеляющий взгляд и вышла на улицу, очутившись перед… роскошным отелем под названием «Пантеон». Шикарные стеклянные двери, шикарная красная дорожка, шикарные портье…

– Это что еще за прототип «Плазы»? – с усмешкой спросила Лив. – Я думала, мы поедем домой.

– Э-э-э… Мы поедем. Но чуть позже. – сказала Джесси. – Это отель отца, и здесь ты… то есть мы, мы будем в безопасности. Отель кишит охраной и закрыт для обычных посетителей.

Лив вдруг ощутила такую невероятную усталость и дикое желание спать, что расспрашивать и спорить ей совсем не хотелось. Она пожала плечами и первой двинулась внутрь.

Через десять минут более чем радушного приема («Носятся, как собачки», – зло проговорила Лив, глянув на услужливых людей Эйдена) Лив уже входила в номер Люкс на третьем этаже, смежный с номером Люкс для Джессики и Джонни, и, бросив чемодан у двери, как зомби прошла сразу в спальню, не имея сил даже осматривать шикарные апартаменты.

Увидев огромную (четырехспальную?) кровать, Лив, не раздеваясь, упала лицом в подушку и стала медленно погружаться в сон…

– Оливка! Ты совсем охренела? – услышала она возмущенный голос Джонни в дверях. – Кто же спит на пустой желудок?

– Исчезни, вихрь. – буркнула она, но Джонни не послушался и, стремительно подлетев к ней, аккуратно сел на краешек ее кровати и вытащил карандаш из ее волос, совершенно напрочь там забытый.

– Тогда может почитать тебе сказку на ночь, малышка Лив? – огненно проговорил он, и Лив буквально физически ощутила его страстный мужской взгляд на своей пятой точке. Ее сердце сжалось, а кровь закипела… Слава Богу, пышная копна волос закрывала ей лицо, а то он мог увидеть, как краска залила ее щеки!

– Проваливай, Джонни, или я голыми руками вытащу твои мозги из черепной коробки и вышвырну в окошко! – уже более грозно проговорила она в подушку.

– Ладно, ладно, ухожу! – рассмеялся он. В соседней комнате послышался голос Джесси, звавшей его. Напоследок он обернулся и Лив все-таки услышала этот горячий шепот:

– М-м-м, какие сладкие ножки!

– Джонни!!! – крикнула она, но тут подоспела ее сестра:

– Вот ты где, придурок? Идем, дай ей отдохнуть! – и она вытащила сопротивляющегося Джонни из комнаты.

Глава 4

– Лив… Лив, просыпайся… Лив! – последний раз имя прозвучало уж слишком громко, и Оливия с трудом разлепила глаза и застонала. Она лежала на спине, раскинув конечности в разные стороны, и, когда сознание вернулось, она вдруг резко села.

Она была в номере Люкс… Шикарном и потрясающем… Темно-красные стены с переплетающимися розами, золотой декор дверей и разной фурнитуры, темно-красное постельное белье с теми же желтыми вкраплениями, огромное окно во всю стену, зеркало, шкафчики, благоухающий аромат цветущих деревьев из открытого окна… Лив будто попала в сказку… Которая, впрочем, омрачилась тем, что она сидела на застеленной постели в измятой уличной одежде, а на ее голове творилось черт знает что.

Взлохматив свои белокурые волосы и сделав себя копией чучела из мультфильма, Лив потянулась и посмотрела на Джесси, стоявшую посреди ее комнаты в элегантном, светло-бежевом костюме, состоящим из аккуратного пиджака и юбки до колена, а на ее длинных стройных ножках красовались черные замшевые туфли на шпильке. Джесси разбирала вещи Лив, раскрыв ее чемодан и копошась в нем.

– Наконец-то ты проснулась! Ты в курсе, что спишь уже четырнадцать часов? Джонни решил, что ты умерла. – хохотнула Джесс, и в ее глазах снова мелькнуло влюбленно-ласковое выражение при упоминании о нем.

Лив зевнула и встала, подойдя к окну и раздвигая плотные золотистые портьеры. Солнце ворвалось в комнату, и девушка зажмурилась.

– Который час? И… что ты делаешь? – удивленно спросила она сестру, которая развешивала ее вещи в шкаф.

Джесси улыбнулась.

– Два часа дня, сестричка. Чтобы тебе было проще, скажу: ты прилетела вчера, а сегодня в восемь папа ждет тебя у себя… Он, между прочим, все время звонил и узнавал, как ты!

Джессика задумчиво повертела в руках симпатичную розовую сорочку и посмотрела на Лив. Лив безразлично пожала плечами и проговорила:

– Я встречусь с этим старым маразматиком, чтобы напомнить, что у него есть младшая дочь, послушаю его трескотню и выскажу все, что я хотела с ним сделать за эти шестнадцать лет, и кое-что я даже могу воплотить в жизнь, потому что…

Джесси замахала руками.

– Все, все, я поняла, Лив, ты его ненавидишь! – она рассмеялась и перевела взгляд на чемодан. – Это весь твой гардероб? Хм.

Оливия спокойно обвела взглядом свои вещи и подняла брови.

– А что с ним не так?

Джессика задумчиво посмотрела на сестру.

– Не хватает вечернего наряда. Ты же понимаешь, у отца всегда очень важные гости, так что…

– Плевала я на них с высокой колокольни! – раздраженно сказала Лив. – Как хочу, так и одеваюсь!

Джесси хотела что-то возразить, как ее наглым образом прервал стремительно ворвавшийся в спальню Джонни с коробками в руках. На нем была белая рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы и с закатанными до локтей рукавами, черные потрясающие брюки и туфли. Он выглядел великолепно, и был невероятно красив… Лив не удержалась и еще раз взглянула на его идеальное мускулистое тело, темные волосы и милые ямочки на щеках. Глаза Джонни горели зеленым огнем игривого обаяния, мужества, силы, страсти и безудержного веселья. В комнате разом стало тесно, Лив ощутила, как его горячая энергетика охватывает ее со всех сторон, а сексуальный красавчик с замашками заправского бабника подлетел к Джесс и нежно поцеловал ее в щечку, по дороге громко вещая:

– Подъем, подъем, подъем! Оливка, выглядишь так, будто каталась в жару на американских горках! Прическа – отпад!

Лив схватила подушку и гневно запустила ею в смеющегося Джонни, вдруг осознав, что не может на него по-настоящему злиться.

– Джонни, катись туда, откуда пришел! – недовольно воскликнула Лив, а Джессика шутливо пригрозила жениху.

– Джонни! Что ты здесь забыл? У