Вражье логово - Александр Александрович Тамоников

– Солидно, – вздохнул он.

– Знаю. Но оно того стоит. Тем более что сейчас уехать за границу именно туда, куда вы хотите, не так просто, как вы думаете. Да и я тоже буду рисковать. Для начала придется сделать для вас новые документы. К тому же надо будет заплатить определенным людям… Сами понимаете.

– Понимаем.

– Вы располагаете такими деньгами?

– Кое-что у нас есть, – чуть понизил голос майор. – Но в ближайшие дни, думаю, мы соберем нужную сумму.

– Криминальным путем? – усмехнулся Петраускас. – Я ведь видел вас с тем уголовником в «Лилии». Впрочем, это не мое дело. И мне все равно, где вы достанете деньги. Как соберете нужную сумму, найдите меня.

– Надеюсь, вы нас не обманете, – осклабился Рябцев.

– Молодой человек, я свое слово всегда держу. В этом можете не сомневаться.

– Мы и не сомневаемся, – кивнул Коновалов. – Просто мы тоже не первый день на свете живем, всякого повидали.

Мужчина понимающе кивнул.

– Ну, если вам так нужны гарантии надежности, можем сделать так: отдадите деньги частями. Скажем, половину – за документы, половину – за все остальное.

Напарники немного помолчали и переглянулись.

– Ладно, договорились, – согласился Николай.

– Вот и славно. Кстати, а где вы живете?

– Комнату снимаем, недалеко от рынка.

– А где именно?

– В трехэтажном доме. У женщины по имени Регина.

Мужчина рассмеялся.

– А у вас не так хорошо с деньгами, как я думал, если вы снимаете жилье у этой ведьмы.

– Почему ведьмы? – удивился капитан.

– Скоро узнаете. У нас город небольшой. Все друг про друга всё знают.

Он кивнул на прощание и не спеша пошел по улице. Василий сплюнул и достал папиросу.

– Чертов пижон, – процедил он сквозь зубы.

– Пижон не пижон, а дело с ним иметь придется, – хмыкнул Николай.

– Ну да, никуда не денешься. – Рябцев затянулся. – Навестим Витеньку?

– Навестим. Но попозже. Тем более что точное время встречи он не обозначил.

– Тогда чем займемся?

Коновалов помолчал, потом оглянулся. Начал накрапывать обещанный Рябцевым дождик, который грозился если не перейти в ливень, то усилиться.

– Может, попробуем пособирать местные сплетни? – он кивнул на непрезентабельного вида заведение с потрепанной вывеской в одном из ближайших домов, напоминающее то ли бар, то ли рюмочную.

Капитан усмехнулся.

– Почему бы и нет?

Заведение оказалось чем-то средним между рюмочной и баром. Несмотря на середину дня, здесь было многолюдно и оживленно. Напарникам с трудом удалось найти местечко с краю стойки, где они и расположились с кружками пива.

Майор искоса наблюдал за окружающими. На них с Василием не обращали внимания. Похоже, завсегдатаев здесь было не так уж много, зато случайные посетители шастали постоянно. Рядом с офицерами стоял мужчина чуть постарше их самих, с усами, в потертой кепочке и неброском пиджачке.

– Спичек не будет? – обратился он к стоящему практически вплотную к нему Рябцеву.

– Будет. – Капитан достал коробок и протянул мужчине.

– Спасибо. – Усач закурил папиросу. – Недавно здесь?

– Так сильно заметно? – покосился на него Василий.

– Еще бы! – Мужчина усмехнулся. – Это местечко для тех, кто любит пропустить стаканчик за копеечку. Об этом все местные знают. А вы на таких не похожи.

Коновалов понял, что имел в виду мужчина. Контингент здесь и впрямь представлял собой по большей части сборище забулдыг. Из-за плохого освещения сразу это в глаза не бросилось, но теперь, когда напарники побыли в рюмочной какое-то время, это стало более заметным.

– Да пиво вроде нормальное, – пожал плечами Рябцев.

– Разбавленное, – поморщился мужчина и смачно затянулся. Затем протянул руку. – Андрей.

Офицеры по очереди представились.

– Тогда, ребятушки, за встречу, – Андрей поднял свою кружку и, несмотря на то что назвал пиво разбавленным, с удовольствием сделал большой глоток. – Здесь проездом?

– Вроде того, – уклончиво Николай.

– В гостинице остановились? – Под усами мужчины промелькнула улыбка.

– Ага, в «Метрополе», – в тон ему ответил капитан. – В лучших нумерах.

Андрей рассмеялся.

– Молодец, с юмором порядок. Ценю. А то знаешь, Вася, идешь, бывает, по улице, а вокруг одни хмурые физиономии. И самому даже как-то кисло становится.

– Так война недавно же закончилась, – заметил майор. – Люди только-только в себя начали приходить.

– Так-то оно так, Коля, но я тебе вот что скажу: как бы погано ни было, надо везде уметь найти что-то хорошее. Вот я, например. Сегодня, допустим, у меня есть деньги только на эту бурду, а завтра, глядишь, и на хороший портвешок найдутся.

– Надо еще их найти, – подмигнул Василий.

– Тоже верно.

Судя по теме разговора, Андрей явно не первую кружку выпил. Может, даже и с чего-нибудь покрепче начал.

– А ты, Андрюша, местный? – поинтересовался у нового знакомого Рябцев и тоже закурил.

– Как есть, – кивнул собеседник. – И сам всю жизнь здесь жил, и мамка моя, земля ей пухом, тоже.

– А папка?

– А пес его знает, где он и кто он. Матушка-то у меня русская, а меня родила от литовца. Ну, говорили мне так. Хотя сомневался я долго в этом.

– Да, местные нашего брата не жалуют, – согласился Николай.

– Я о чем и говорю. Нет, бывает, конечно, всякое. И к советской власти некоторые хорошо относятся. А иной раз и нет.

– То есть? – не понял Коновалов.

– Служат советам верой и правдой, а сами шерсточку стригут с этого, как с овечки. Немцы пришли – они к ним переметнулись, давай любовь да преданность изображать за личную выгоду. А как снова красные пришли, такой же фокус провернули. И все с них как с гуся вода.

– Прощелыги.

– А! – Андрей поморщился и махнул рукой. – Жуки навозные они. Вот и весь сказ. Их даже свои, литовцы, иногда не жалуют.

– Это уж точно, – заметил потрепанный лохматый парнишка, который стоял рядом с Андреем и был свидетелем, точнее слушателем, их беседы. – Вон, со мной по соседству живет одна литовка. Муженька ее местные прибили за то, что против них и немцев партизанил. Зато ей и матушке коммунисты все блага дали, но свои презирают.

– Неужели? – приподнял брови капитан.

Про отношение литовцев к русским офицеры были, конечно, наслышаны. За неполные два дня, что они провели в городке, с откровенной враждебностью они, конечно, не столкнулись, но хмурые взгляды на себе ловили, и не раз.

– Да чтоб мне не сойти с этого места, – уверенно сказал парень. – Мамка ее, Регина, комнаты сдает. Да только желающих нет, даже задарма. Вот как раз из-за этого. Их и называют не иначе как красными подстилками или что-то в этом роде.

– Регина? – переспросил майор. – Пожилая, с пучком волос на голове?

– Она. А вы ее знаете?

– Так мы у нее и остановились.