Вражье логово - Александр Александрович Тамоников

– Понимаю. Тогда предлагаю встретиться в другом месте, где ваши секреты никто не подслушает. И вы мне все расскажете.

– А вы точно сможете помочь? – подался чуть вперед Рябцев.

– Возможно, – уклончиво ответил собеседник. – Предлагаю встретиться завтра, около полудня, возле костела.

Офицеры немного помолчали.

– Идет, – согласился Коновалов.

– Тогда встретимся завтра.

Николай и Василий, не прощаясь, встали из-за столика и пошли обратно. Тем более что к столику уже шла светловолосая спутница Йонаса. Витя же по-прежнему дремал, уложив голову на руки.

– Будем будить? – спросил капитан.

– Если получится. – Майор присел рядом и потряс спящего парня за плечо. – Витя, подъем!

Тот что-то промычал сквозь сон.

– Тут по-другому надо, – усмехнулся Рябцев и, наклонившись к уху парня, сказал: – Витя, шухер!

Виктор тут же открыл глаза.

– Ох, – выдохнул он и приподнялся. – Где я?

– В Караганде, – хмыкнул Николай. – Просыпайся, Витя, а то проспишь все на свете.

– Да уж, – парень огляделся мутным взглядом. – Что-то меня развезло.

– Поэтому давай-ка, Витенька, по домам. И мы тоже пойдем. А завтра встретимся.

Кое-как уговорив собутыльника покинуть кафе и даже проводив его до выхода из «Лилии» и до ближайшего поворота, офицеры отправились обратно на квартиру. По пути они обменивались ничего не значащими фразами и шуточками, свойственными подвыпившим людям. И лишь очутившись в своей комнате, решили обсудить события сегодняшнего дня.

– Первый шаг сделан, – заметил Коновалов.

– Да, Йонаса мы нашли, – согласился Рябцев. – Осталось, чтобы он клюнул на нашу наживку.

– Думаешь, сейчас не клюнул?

– Мы хоть и передали ему привет от Эдика, но рассказали-то не все.

– Так-то да. Вот завтра и посмотрим. Если придет на встречу, значит, поверил.

– А если нет?

– А если нет, тогда, Вася, ситуация может сложиться паршивая. Сам понимаешь почему.

Капитан покачал головой. Его напарник был прав. Мало ли что может заподозрить Петраускас? А «лесные братья» слыли людьми, не церемонящимися как с представителями советской власти и военными, так и с теми, кто симпатизирует ей. По самому Йонасу сложно было сказать о его принципах, но Рябцеву хотелось думать, что этот местный прожигатель жизни, как и любой другой спекулянт и завязанный с криминалом тип, ставит на первое место личную выгоду. Преимущественно денежную. Интересно, а от «братьев» он тоже деньги получает? Василий невольно усмехнулся и, увидев заинтересованный взгляд Коновалова, поделился своими мыслями на этот счет.

– Может быть, ты и прав, – задумчиво произнес Николай. – Знаешь, на типичного шпиона или диверсанта Йонас явно не тянет. А вот на жулика вполне себе.

– В том-то и дело, Коля. Если Йонас – жулик, то с «братьями» вряд ли будет работать за идею.

– Я тоже так думаю. Но не исключено, что он может и сообщить местным партизанам про нас.

– Тогда нас будут проверять.

– Однозначно. Ладно, мы для них не местная власть, но мы – русские, а стало быть, уже не стоим доверия. Пусть даже мы с тобой и прикинулись мутными и сомнительными личностями.

– Если переводить на наш язык, – усмехнулся капитан, – то хрен редьки не слаще.

– Да, что-то вроде того. И нам с тобой главное – не переиграть завтра на встрече.

– Да уж. И нам еще к Витеньке завтра на бульвар тащиться. Неохота, но…

– А куда деваться, Вася? Раз роли примерили, то будем их играть до конца. Другого выхода нет.

– Ты прав. Кстати, а что насчет связи с Грачевым?

– Пока сидим тихо. Информации у нас еще нет, с Йонасом толком не договорились. Как будет что-то стоящее, тогда и пойдем.

Рябцев кивнул.

– Я спать, – сказал он. – А то после местного пива и водки голова гудит.

Он разделся и лег. Майор последовал его примеру, но, несмотря на выпитый недавно алкоголь, сон не шел. Коновалов немного поворочался, затем встал и приоткрыл окно. В душную комнату потянулся с улицы прохладный воздух. Наступала ночь. Стояла тишина. Она успокаивала, но вместе с тем была какой-то зловеще обманчивой, скрывающей за собой что-то страшное, неприятное. Постояв немного, Николай закрыл окно и снова лег.

Утро принесло серые тучи и ветер. Глядя в окно, Василий болезненно поморщился и потер руку.

– Дождь будет, – вздохнул он.

– Думаешь? – спросил майор.

– Знаю. Рука сломанная ноет.

– Надеюсь, не застанет во время встречи с Йонасом.

– А я надеюсь, что он придет.

– Ночь прошла спокойно, подозрительных типов поблизости не видать, так что, думаю, придет.

В половине двенадцатого офицеры отправились к условленному месту – к костелу. Петраускас уже был там – он стоял, прислонившись к тумбе, и небрежно листал газету. Однако беспечность была напускной – Коновалов это явно почувствовал. Сегодня на Йонасе был светлый плащ модного фасона, сшитый явно не из дешевой ткани.

– Добрый день, – поприветствовал он мужчину.

Петраускас оторвался от газеты.

– Здравствуйте, – сказал он. Потом свернул газету, убрал ее в карман плаща. Из другого же достал сигареты, зажигалку и закурил. – Перейдем к делу. Итак, вы хотите уехать за границу, я правильно вчера вас понял?

– Абсолютно, – подтвердил Рябцев.

– И куда же именно?

– Чем дальше, тем лучше. Где нас точно не достанут.

– Хорошо. Тогда расскажите, что вам грозит здесь.

Напарники выдержали паузу.

– Нас могут осудить за службу немцам, – сказал Николай.

– Все так серьезно? – улыбнулся Йонас.

– А что тут смешного? – насупился Василий.

– Я не смеялся, молодой человек. Я спросил, все ли так серьезно.

– Скорее всего, – ответил майор. – Если нас поймают, тюрьмой мы вряд ли отделаемся.

– Кем же вы служили?

– Вася был полицаем. А я служил в концлагере. Охранником.

– На службу пошли добровольно?

– Добровольно.

– Ну, если с вами все понятно, – мужчина покосился на Василия, потом посмотрел на Николая, – то вы меня немного удивили. Я слышал, немцы на такие должности русских не брали.

– Я – наполовину немец.

– Правда?

– Правда, – ответил вместо Коновалова Рябцев. – Он пострадал в тридцатые годы из-за этого. Родителей у него того… – Он приставил палец к голове, изображая пистолет.

– Вася! – резко обернулся к нему майор.

– А что не так-то? – изобразил удивление капитан. – Ты же мне сам говорил.

– А с Эдиком вы где познакомились? – прервал их перепалку Йонас.

– У границы, в одном городке. – Коновалов назвал город, где действительно «работал» и потом был задержан Буткус. – Он нам и сказал, что вы можете помочь перебраться за кордон.

– Так и сказал?

– Ну да, – пожал плечами Рябцев. – Он сказал: найдите Йонаса в Красноморске, или как он по-вашему называется, передайте привет. Он поможет.

Мужчина помолчал. Напарники вопросительно смотрели на него.

– Я могу вам помочь, – произнес наконец Петраускас. – Но, сами понимаете, не бесплатно.

– Понятно дело, – кивнул Василий. – Сколько?