Сила присутствия - Александр Афанасьев

– Как?..

– Нормально.

– Да, слышал.

– Да ни хрена ты не слышал! – взъярился вдруг гость.

– Эй!.. – Генерал покачал головой. – Я вообще-то про твою новую работу говорю. Ты когда в туалет идешь, ноги не ошпариваешь, а? Давай-ка дернем.

Из небольшого сейфа, вделанного в стену, появилась бутылка, на две трети заполненная коричневой влагой, и два стакана. Хозяин кабинета набулькал по две трети, толкнул один стакан гостю.

– Армянский?

– Он самый. Видишь – без этикетки. Специальный резерв, такой вообще не продают. Армянские товарищи прислали.

Гость пригубил напиток. Армянский коньяк и в самом деле был хорош, несколько суховат по сравнению с французским, но очень неплох.

– Что нового? Я слышал, от вас отстали?

– Пока да, но впечатление очень хреновое. Один урод…

– Уходи. Делай, как я.

– Ты знаешь, я к этому делу непривычен. Я человек государственный. У меня мозги по-другому работают.

– Я тоже так думал. Попробовал сам – понравилось. Это проявление слабости – все валить на тех, кто сверху. Не устраивает, уйди и стань себе хозяином.

В общем-то это было правильно. Сама ситуация с бывшим министром, который сейчас проходил подсудимым по делу о многомиллиардных хищениях, отдавала непередаваемой дикостью. Как смог этот человек, не имеющий никакого отношения к армии, стать не просто министром обороны, но и вообще государственным чиновником высокого ранга? Как он продвигался наверх, почему система его не распознала и не исторгла из себя? Как он смог такое долгое время проработать министром и совершить столько всего?

Ведь все эти истории с продажей имущества – только верхушка айсберга. Как, например, насчет того, что бывший министр собрал всю современную, только что заказанную летающую технику всего на четырех базах? Это как нарочно. Четыре удара «Томагавками», и у России больше нет ВВС. Как, например, насчет разгрома центра боевого управления войсками? Министру, видите ли, понадобились помещения под кабинеты для приближенных. Это при том, что в оснащение центра совсем недавно вложились, сделали серьезный ремонт.

Как насчет попытки разгромить ГРУ – спецслужбу, которая создавалась десятками лет? Американцы только сейчас пытаются сотворить нечто подобное: военную разведку, сочетающую в одном ведомстве аналитику высшего класса и ударные подразделения первого уровня. У них не получается. А мы свое уничтожаем.

Как насчет попытки разгрома ВДВ? Публичное повешение – самое малое, что можно получить за такое.

Но дело не в этом. Обратная сторона медали в том, что все эти люди, многозвездные генералы, опытнейшие оперативники, сносили такое почти безропотно. Максимум, что они делали, – жаловались.

Так, как он, поступили немногие. Хотя это и есть нормальная реакция на подобные вещи. Не платят, к примеру, зарплату – не продолжай работу, уйди. Издеваются, как только могут, – бросай это дело. Если не уходишь, значит, все в норме. Такое положение тебя устраивает.

– У нас появилась проблема, – сказал генерал. – Очень серьезная.

– Для начала скажи, в качестве кого я здесь нахожусь? – уточнил гость.

– Пока консультанта. А потом, может, и работу получишь.

– Даже так. Нет, спасибо. Работа у меня уже есть.

Генерал стукнул кулаком по столу.

– Не выделывайся! Я, знаешь ли, тоже претензий ко всем имею вагон и маленькую тележку. Вот только понимаю, что если на излом брать, то оно и сломаться может. А ты знаешь, что с нами со всеми в таком случае будет? Начнут ловить по всем щелям и колбасить почем зря. Я тебя как человека пригласил. Нет – отваливай.

Гость протянул руку, без спроса налил себе еще коньяка и осведомился:

– Ты чего такой злой? В туалете ноги не ошпариваешь?

– А каким мне быть, когда я один, а вас целый полк и у каждого свои тараканы в башке?! Тебе легко тут выеживаться. На мое место встань!..

Гость выдохнул, выпил.

– Проехали…

– Да ясно, что проехали. Если хочешь знать, работа не для тебя, а для той структуры, которую ты создал. Тут тоже не долбодятлы сидят. Американцы на этом рынке вовсю играют, творят, что хотят. Пора бы и нам, прямо с нашим свиным рылом! Ты сделал – хорошо. Поддержим. Только не бухти тут!..

– Проехали, говорю. Что там у тебя?

– Что-что!.. – Генерал убрал остатки коньяка в сейф, достал взамен обычный канцелярский конверт. – Да все то же самое.

В конверте оказалась карта памяти для мобильного телефона. Генерал вставил ее в разъем своего ноутбука. У него их на рабочем столе было целых три, в том числе один совсем маленький, чтобы носить с собой. Другой был отключен от сети. В него-то он и вставил флешку, повернул на сто восемьдесят. Гость впился взглядом в экран.

Черный флаг. Гнусавый голос, произносящий шахаду, символ веры. Да, все то же самое. Ничего не меняется.

Камера явно любительская, хотя сейчас такие снимают и на уровне профессиональных. Не на штативе, на руке оператора, что необычно для съемок такого рода. Луч фонаря, два человека на земляном полу какой-то хижины. Этим людям что-то бросают, один из них подбирает и раскрывает. Это газета «Дейли Мушрик», крупнейшая в регионе. Число вчерашнее.

Луч фонаря высвечивает ствол автомата. Это «АК» старой модели или китайский, самое распространенное оружие в тех местах. По нему ничего не скажешь.

Потом запись прерывается.

– Наши?

Генерал тяжело вздохнул.

– Они самые. Владимир Михальчук, «Гипроводстрой», Волгоград, технический специалист высшего уровня. И Айрат Сергеев, банк ВТБ, член совета директоров. Изучали возможность вложений в пакистанскую гидроэнергетику. Вот и изучили!

– Сколько?..

– Десять лимонов. Срок – две недели. Затем их казнят.

– Вечнозеленые?

– Евро. Сам знаешь, пятисотенными куда проще.

– Ерунда. Надо торговаться и по срокам, и по сумме. Десять лимонов евро – нереально. Похитители и сами это понимают.

– Ну почему же…

– Есть еще что-то, так? Это ваши люди?

Генерал покачал головой.

– Не совсем так. Они не выполняли разведывательную миссию, если ты об этом. Но Сергеев – человек Старой площади. Выходит куда-то на самые верха. А они не объясняют, что и зачем делают. Но информация для размышлений такая. Михальчук и Сергеев пропали в Пешаваре позавчера вечером. Они заселились в отеле «Перл Интерконтиненталь», их охраняли не частники, а взвод антитеррористической полиции. Сам понимаешь, такое прикрытие дают только тем, кто прибыл по делам государственного уровня или имеет очень хорошие связи в Пакистане, на самой верхушке. Отель взорван, они числились погибшими при взрыве, пока мы не получили это. Теперь считаем, что террористический акт у отеля – лишь прикрытие для их похищения. Погиб шестьдесят один человек, больше трехсот пострадавших.