Пустое сердце бьется ровно - Владимир Колычев

– Да? – встрепенулся Валентин.

Он смотрел на нее настороженно и с надеждой. Он вроде бы понимал, что в него Женя влюбиться не могла, но при этом верил в чудо.

– В Артура.

– Это неправильно! – Он растерянно мотнул головой.

– Почему?

– Артур мой друг… Мы с ним компаньоны… Я не должен говорить о нем плохо… Да я и не могу ничего такого сказать… Могу только предупредить…

– О том, что он бабник?

– Еще какой!.. Я не знаю, что в нем есть такого, но женщины от него без ума, – выдавил Валентин.

– Я никогда ни в кого не влюблялась… И ни в кого никогда не влюблюсь.

Женя смотрела ему прямо в глаза, давая понять, что вынуждена идти на такие откровения. Ему с ней ничего не светит, и он просто обязан был об этом знать. И еще она хотела объяснить, почему вчера отдалась Артуру прямо в машине. Чтобы он не тешил себя напрасной надеждой на повторение пройденного, но со своим участием.

– Только в Артура?

– Я потеряла голову.

– Я это понял.

– И я хочу, чтобы Артур это знал.

– Ему это не нужно, – качнул головой Валентин.

– Откуда ты знаешь?

– Я знаю его самого.

– Ты можешь рассказать мне о нем?

– О нем?

– О тебе мне знать неинтересно, – отрезала она.

– И чем я хуже Артура? – расстроенно, с беспомощностью неудачника спросил он.

– Хуже.

– Да?

Валентин вздохнул с такой тоской во взгляде, что Жене стало его жаль. И она всего лишь кивнула в подтверждение.

– Тогда извини.

Он медленно поднялся, вышел в коридор.

Женя должна была остановить его, именно этого он, похоже, и ждал. Она молчала, и он, казалось, собирался повернуть назад. Но не повернул. И ушел, тихонько закрыв за собой дверь.

* * *

Клиент всегда прав. Клинту зеленый свет. Клиент – святая святых. Все это Артур прекрасно понимал. Но как быть, если желание наслаждаться жизнью бьет ключом не только в голову? Как быть, если этой радостью хочется поделиться с этой губастенькой белокурой красоткой с длинными стреловидными ресницами. Вся в брендах, вся на понтах. И в поиске острых ощущений. Хотя вид она делала, что ее интересуют машины.

Ее обхаживал менеджер, а она все посматривала на Артура. Он всего лишь один раз ей подмигнул, и этой искры вполне хватило, чтобы она зажглась. В нем тоже полыхало, и он знал, как объединить два огня в один пожар. Сейчас он подойдет к ней, предложит осмотреть минивэн в дальнем конце зала. Она сразу все поймет. И согласится. Он по взгляду видел, что согласится. Если, конечно, он не станет распускать перед ней сопли.

А она уже ждала. И даже подбадривала его взглядом. Артур уже решил, что пора, но вдруг появился мощного сложения мужик с крепким пуленепробиваемым лбом. Он шел вразвалку, сытый и разморенный, как медведь, обожравшийся малины. Красотка встрепенулась, увидев его, и поспешила к нему, бросив на Артура разочарованный взгляд.

Мужик протянул к ней руку, как будто собирался поймать, обняв за талию. Пальцы толстые, как сардельки, две массивные печатки на них.

Амбал заметил, куда глянула его подружка, покосился на Артура, сфотографировал его. И тут же, казалось, потерял к нему интерес.

Артур звонко цокнул языком. Было бы глупо устраивать драку с клиентом из-за бабы. А желание вдруг возникло. Где-то в глубине души, но шевельнулось. Обидно, такая рыбка сорвалась.

Но это же не печаль, так, мелочь. Москва – это целое море, и столько живности, только успевай сети забрасывать. А если ничего не обломится, на ночь он отправится к Яне. Она всегда его ждет. А куда ей деваться? Злая любовь самая крепкая…

К салону кто-то подъехал. Через витринное окно было видно, как паркуется серебристая «Тойота». Из машины вышла роскошная девушка. Волосы не самые длинные, но густые, роскошные. Яркий, но в меру макияж, стильное платье чуть короче среднего, жемчужное ожерелье на шее, на руке золотые часики. Красивая, эффектная. И чертовски знакомая.

Артур повел бровью, узнав Женю. Ну да, она говорила, что у нее есть машина. И спортивный костюм на ней был фирменный, да и белье не из дешевых.

Бедрами Женя не виляла, походка спокойная, без принуждения. Свободная и грациозная. Она зашла в салон, окинула взглядом торговый зал, прошлась по машинам и остановилась на Артуре.

Женя улыбнулась ему, как это сделала бы Яна, которую он всерьез считал своей девушкой. И которая сама считала его своей пусть и условной, но собственностью.

Улыбнулась, подошла к нему.

– Привет!

Она даже подалась к нему, чтобы подставить щеку для поцелуя. Но не подставилась. И сама с поцелуями не полезла.

– Рад приветствовать вас в нашем салоне!

Он улыбнулся, давая понять, что действительно рад видеть ее. Если она хотела произвести на него впечатление, то ей это удалось. И так захотелось вдруг слиться с ней в одном пожаре.

– В лице руководства?

– Я как бы исполнительный директор, – Артур обвел рукой пространство вокруг себя.

– Как бы?

Женя вела себя как человек, который вдруг оказался в центре всеобщего внимания. Который вдруг почувствовал себя «звездой».

– Для тебя – персональный менеджер. И путеводитель.

Но Артур и сам чувствовал себя звездой. Путеводной. Он знал, какой путь ей предложить. В минивэне им будет куда удобней, чем в обычной машине.

– Меня интересуют исключительно генеральные директора.

– Это к Валентину.

– Я знаю.

– Знаешь? – нахмурился Артур.

Валя запал на Женю, он это видел. Он даже спрашивал ее адрес. Но неужели он так далеко зашел, что Женя теперь ищет с ним встречи? Возможно, после бурной ночи под одним одеялом.

– Мы с ним подружились.

– Подружились?

– А что в этом плохого?

Женя провоцировала его на возмущение. Она хотела раззадорить его, вызвать в нем протест поведением друга, а вместе с тем и ревность. Она хотела, чтобы Артур боролся за нее. Она хотела его самого… Нужно было быть слепым, чтобы не видеть этого.

– Да нет, все хорошо… Просто Валентина сейчас нет…

Артур не оговорился, он на самом деле был как бы исполнительным директором. Он, конечно, знал, как работает система, имел полное представление о всех раскладах, в любой момент мог взяться за руль. Но в этой системе все вращалось вокруг Валентина. Убери его, и все пойдет наперекосяк. А если вдруг исчезнет Артур, этого никто и не заметит. Но личная прибыль делится пополам, на него, и на Валентина. У них равные доли, просто один получает кайф от работы, а другой от безделья. Именно к такому кайфу Артур и стремился, когда выбивался из сил, толкая свой бизнес в гору. А сейчас он мог позволить себе кататься с этой горочки – на санках, с девочками. А Валентин пусть генералит, он только «за».