Пропавший в джунглях - Александр Иванович Волков

– Да легко! Su belleza, muchacha, no es compatible con su por la crueldad.

– И что это значит? – Даша оторопела.

– А вы в словарях поройтесь. Здесь же наверняка есть испано-русский словарь.

– И все-таки? – Она сгорала от нетерпения.

– Ваша красота, сеньорита, несовместима с вашей жестокостью.

В этот день они расстались, обменявшись очередными колкостями и взглядами неутоленного желания.

С этого дня Глотов регулярно стал наведываться в библиотеку.

Он каждый раз заказывал «Преступление и наказание» Достоевского и, прочитав страницу, всегда говорил одну и ту же фразу:

– Ну и мерзавец был этот Раскольников.

После очередной словесной дуэли Стас покидал библиотеку, но неминуемо возвращался через несколько дней.

– Ну и мерзавец был этот Раскольников.

Они подчеркнуто называли друг друга на «вы», хамили исключительно вежливо, не повышая голоса. Их отношения двигались по какой-то замкнутой траектории, и никто не решался сделать шаг на сближение. Но жизнь полна парадоксов, софизмов и самых неожиданных поворотов.

Как-то раз Глотов шел вечером по городу и услышал музыку. Он, сам не зная зачем, устремился на звук, как бабочка на огонь, и попал на дискотеку. Стас не жаловал подобные мероприятия, предпочитал рестораны с живой музыкой. Но уж коль пришел…

Глотов купил входной билет, вошел в танцзал и стал с интересом наблюдать за парами, вихляющимися под пластинки. Внезапно он увидел Дашу. Без очков, в нарядном расклешенном платье, с умело наложенным макияжем и распущенными волосами она выглядела великолепно.

«Дюймовочка», – подумал Глотов и стал за ней наблюдать.

К Даше подошел какой-то парень в рубашке с обезьянами и брюках в обтяжку. Он пытался пригласить ее на танец, но девушка ему упорно отказывала. Кавалер был настойчив, положил руки ей на плечи, но Даша брезгливо сбросила их и что-то сказала. Глотов знал Дашин характер и не сомневался в том, что эти слова были очень неприятными для этого типа. Он вновь схватил ее за руку. К ним подошли двое парней. Видимо, это были приятели назойливого кавалера.

Тут Глотова посетила неожиданная мысль:

«Да она же моя девчонка, а тут к ней какая-то шпана пристает!»

Он подошел к Даше, мягко оттеснил в сторону ухажера и кивнул по-гусарски, приглашая ее на медленный танец. Девушка, не раздумывая, обвила его шею руками, и они затерялись среди танцующих пар.

– Это ваш парень? – спросил Глотов с заметным напряжением в голосе.

– Нет, конечно, – сказала Даша. – Это Гоша. Вместе в школе учились. Он еще там ко мне приставал. А тут возомнил себя круче, чем навозная куча, руки начал распускать. И дружки у него такие же. Не берите в голову. Только будьте с ними поосторожней. Могут прицепиться после дискотеки и избить. Они такие.

Девушка ровным счетом ничего не знала о роде занятий Глотова. Разогнать компанию архаровцев для него являлось разве что развлечением, но ему нравилось, что Даша беспокоилась о нем. А потом она прижалась к нему всем телом, и капитан понял, что стена непонимания сломлена.

Когда, натанцевавшись, они покинули дом культуры, на улице их уже ждали пять парней не хилого сложения во главе с Гошей. Даша сразу же осознала опасность. Не для себя, а для Глотова.

– Стасик, давай вернемся и вызовем милицию. Они же тебя покалечат.

«Она перестала мне выкать и назвала меня Стасиком, – с восторгом подумал Глотов. – Надо побыстрей с этой шпаной разобраться, пока милиция не только за ними, но и за мной не приехала. Эх, не люблю я с гражданскими биться. Ладно, постараюсь. Только драться надо вдумчиво, а не на рефлексах. Не стоит махать кулаками и ногами куда попало. Сломаю пару челюстей и ребер. Им этого сполна хватит. Лишь бы ножей не применяли – тогда придется ломать их всерьез. Поехали! Вперед под танки!»

– Постой около входа. Я освобожусь через пару минут, – сказал Глотов.

Даша остановилась. Ее глаза были наполнены страхом.

Глотов какой-то игривой походкой направился в сторону компании, ожидавшей его.

– Эй ты, кентяра! – развязным голосом проговорил Гоша, явно провоцируя чужака. – Чурка черножопая, а на русских девок заришься. Тебя надо поучить, чтоб неповадно было. Что, уже обмочился?

«Он у них главный. Надо вырубить его, тогда, может, остальные успокоятся».

Глотов подошел к компании, сложил ладонь в «клюв» и резко ударил Гошу аккурат в солнечное сплетение. Тот согнулся пополам и начал, подвывая, качаться из стороны в сторону.

Остальные со всех сторон набросились на Глотова. Началась, казалось бы, бессистемная уличная драка. Но это с точки зрения стороннего неискушенного наблюдателя. Капитан ловко уходил от ударов, а его противники регулярно получали то в челюсть, то в нос или стопой по колену, что вызывало болевой шок, отключающий ногу.

– Вася, помоги Гоше, – сказал один из зрителей своему соседу. – Ты же ВДВ.

– Я ВДВ, но не дурак, – ответил тот. – Это профи работает. Он с этими сявками просто дурака валяет. А меня сразу же почует и вырубит по-взрослому.

Драка тем временем продолжалась.

«Так, этот уже не боец, а этому сейчас вот так, кулаком в лоб, и прости-прощай. Оба-на!»

Глотов получил скользящий удар дубинкой по левой скуле, пнул супостата в область печени, отобрал у него оружие. Взмах влево, потом вправо.

«Только не по загривку. По руке. Нормально».

Один его противник скорчился со сломанной ключицей, а второй, всхлипывая, баюкал предплечье.

Подъехал милицейский «газик». Видимо, стражи порядка хорошо знали дискотечные нравы и дежурили неподалеку. Глотов стоял, сложив руки на груди бубликом, в окружении поверженных противников и восторженных зрителей.

К нему подошел милицейский сержант и попросил предъявить документы.

Взглянув на служебное удостоверение, сержант козырнул и осведомился:

– Вы их не сильно, товарищ капитан?

– Да так, поучил слегка, – ответил Глотов, ощупывая пораненную скулу.

– Знаем мы эту шпану. Заберем, пускай ночку в обезьяннике посидят, ума наберутся.

Глотов подошел к Даше, которая находилась в состоянии ступора и только моргала.

– Ну вот, как и обещал. Освободился через пару минут. Нет, через пять – милиция вмешалась. Пошли.

– Ты кто? – спросила Даша, очнувшись. – Где ты так драться научился?

– Капитан Советской армии Станислав Глотов. Прошу любить и жаловать.

– Так ты военный? С базы? А я все думала, чего это меня к тебе так тянет. Женщин всегда привлекали мундиры. – Она чмокнула его в щеку.

Замкнутый круг был разорван. Их отношения вышли на новый уровень.