Жиган против банды - Сергей Зверев

Профессиональным взглядом он пробежался по стенам, полкам и остановился на расположенном прямо за престолом комоде. На нем стояло несколько банок с каким-то белым порошком.

«Наркотик», – догадался Панфилов.

Затем он подошел ближе и осторожно потянул на себя один из ящиков. Внутри его в самом уголке лежал маленький пузырек с таблетками. Панфилов был немало разочарован, когда увидел, что на пузырьке нет никаких опознавательных знаков. Высыпав таблетки в карман, он возвратил пузырек на прежнее место и задвинул ящик. Потом попытался открыть второй. Послышался скрип. Поняв, что ему вряд ли удастся заглянуть внутрь, не привлекая внимания, он решил не рисковать и открыл соседнюю дверцу. В более просторном отделении комода оказались все те же курения, а точнее, наркотический порошок. Некоторые банки были запечатаны.

Внезапно в каморке отца Василия позади алтаря послышался едва уловимый звук шагов. Видимо, почувствовав какую-то опасность, глава секты решил выглянуть наружу и проверить, все ли в порядке.

В мгновение ока Константин выскользнул из алтаря и сделал вид, что рассматривает иконы. Неожиданно ощутив на себе чей-то взгляд, Панфилов оглянулся и заметил стоявшую у входа в храм Марию.

«Если она видела, как я выскользнул из-за алтаря, – пронеслось у него в голове, – то у меня могут быть большие неприятности, и никакие басни уже не помогут».

Константин хотел было заговорить с Марией, чтобы хоть как-то нейтрализовать ситуацию, но этот момент из своей комнаты вышел отец Василий.

– Я смотрю, вы уже осваиваетесь понемногу, – мягко проговорил он, увидев Панфилова.

– Да-а-а… – неопределенно ответил тот и покосился на Марию.

– Он хотел немного побыть в храме, – вмешалась в разговор девушка. – И я не стала ему отказывать в этом. Ведь теперь он не чужой. Правда?

– Ты поступила правильно, – одобрительно кивнул отец Василий, но на всякий случай уточнил: – Надеюсь, ты не оставляла гостя одного?

– Конечно, нет, отец Василий.

Такого подарка от Марии Константин и не ожидал. Он был уверен, что девушка, не задумываясь, сдаст его. Но произошло невероятное!

Панфилов перевел глаза на свою спасительницу, пытаясь встретиться с ней взглядом, но та даже не посмотрела в его сторону.

– Ну, что ж, я думаю, для начала хватит, – тактично попытался избавиться от подопечных отец Василий. – А вас, Петр, – он посмотрел на Панфилова, – я хотел бы поздравить с первым, так сказать, причастием.

– Но меня зовут… – хотел было поправить Константин, но Мария не позволила ему этого сделать.

Она резко дернула Панфилова за рукав и, нахмурившись, проговорила:

– Пойдем! Я тебе потом все объясню.

– Ступайте с богом, молодые люди, – отцу Василию явно не терпелось поскорее остаться в одиночестве.

Он даже проводил Марию и Панфилова до порога.

На крыльце, к своему удивлению, Константин едва не столкнулся с Павлом Романовым. На этот раз армеец сменил военную форму на удобный спортивный костюм, а сапоги – на кроссовки. Было несколько странно видеть на пороге храма этакого физкультурника, которого хоть сейчас отправляй на соревнования.

Судя по раскрасневшейся физиономии, Романов очень торопился поделиться с отцом Василием какими-то новостями, но, увидев Константина, резко затормозил.

– А-а-а, рыбак-грибник, – недобро усмехнулся Павел. – Строил из себя дурачка, а выбрал самую красивую девушку.

– Перестань, – осекла его Мария.

– Ладно, ладно, – скривил губы Романов. – Я, конечно, ценю твои религиозные убеждения, но не надо строить из себя святую. Я же все знаю.

– Ничего ты не знаешь! – сердито надула губы Мария. – И, пожалуйста, веди себя как подобает.

– Слушаюсь! – Романов вскинул ладонь к голове, потом мельком взглянул на часы и суетливо проговорил: – Извините, больше нет времени. Спешу.

На прощание заглянув Константину в глаза и криво усмехнувшись, он переступил порог храма и громко захлопнул за собой дверь.

– У них какие-то особые отношения с отцом Василием? – поинтересовался Константин, услышав, как щелкнул замок.

– Отец Василий лишь по своей доброте душевной терпит этого хама, – пояснила Мария. – Хотя, если по совести, то Романова давно пора бы выгнать. В духовном плане он – ничто. Только и делает, что позорит нашу веру.

– Так в чем проблема?

– К сожалению, он профессионал в той области, которую мы всего лишь пытаемся освоить, – понимая, что ее объяснение влечет за собой ряд попутных вопросов, Мария попросила: – Только не спрашивай у меня, в чем заключается его профессионализм. Скоро ты сам все узнаешь.

Тяжело вздохнув, девушка принялась пальцами массировать левый висок.

– Тебе плохо? – сочувственно спросил Константин.

– Немного. Почти всегда выход из транса для меня очень мучителен. Голова побаливает, иногда слегка подташнивает. Но это со временем пройдет…

– Уверена?

– Отец Василий так говорил. Он сказал, что вначале все испытывают подобное состояние, но потом происходит адаптация организма. И не забывай, что я здесь всего лишь чуть больше месяца.

– Теперь мне понятно, почему я тоже чувствую себя не очень здорово, – заключил Константин.

– По-моему, нам нужно немного отдохнуть друг от друга, – предложила Мария.

Константин немного удивился такому повороту событий, но затем понял, что девушке неприятно, когда посторонний видит ее в таком плачевном состоянии. И Панфилов не стал спорить.

Мария провела его до комнаты и, на прощание, как бы оправдываясь, виновато улыбнулась:

– Извини, что так получается. Слишком уж мне не по себе. Давно такого не было. Даже не знаю, что со мной.

– Все будет хорошо, – обнадеживающе проговорил Константин и поинтересовался: – Надеюсь, сегодня мы еще увидимся?

– Конечно. Я загляну ближе к вечеру. Бог даст, к тому времени я уже приду в норму. Пока, – устало опустив глаза, Мария вышла из комнаты.

– До встречи, – на этот раз Панфилов закрыл дверь на засов.

«Наверное, в связи с моим появлением отец Василий слегка переборщил с дозировкой…» – подумал он и как подкошенный рухнул на кровать.

Константин и не заметил, как уснул. Он спал крепко, без сновидений и, как ему показалось, минут пятнадцать. Когда же открыл глаза, то с удивлением констатировал, что Мария находится в его комнате. Сидя на табурете и облокотясь на стол, она молча растирала пальцами виски. Девушка была настолько поглощена собственными размышлениями, что даже не отреагировала на скрип кровати.

– Мария? – мягко позвал Панфилов.

От его голоса девушка вздрогнула и повернулась.

– Ты уже проснулся? – Она с усилием улыбнулась. – Ну, тогда добрый вечер.