Жиган против банды - Сергей Зверев

В конце концов отец Василий махнул на все рукой и стал считать главным виновником внезапного исчезновения таблеток самого себя. Такое решение его вполне удовлетворило. Он достал из стоявшего под кроватью ящика новый пузырек, и на сердце стало гораздо спокойнее. Легкий убаюкивающий бриз держался в его душе до позднего вечера. А точнее, до того самого момента, пока в храм, в буквальном смысле этого слова, не вломился инструктор Романов.

– Ну, что я тебе говорил! – едва переступив порог, гаркнул он и, гордо вздернув подбородок, выдохнул полной грудью: – Твой Иванов – засланный казачок!

– Подожди, подожди, – попытался умерить пыл инструктора отец Василий. – По-моему, нечто подобное я уже слышал вчера. А когда рассказывают один и тот же анекдот дважды – это уже не смешно.

– Сейчас будет смешно, – усмехнулся Романов и принялся развязывать принесенный с собой вещмешок.

Его руки возбужденно дрожали, Павел то и дело облизывал губы, а когда ему наконец удалось справиться с задачей, он издал звук, похожий на хрюканье годовалого поросенка.

Из вещмешка на лакированную поверхность стола с грохотом выпал старый армейский «кольт», две упаковки с патронами и сотовый телефон…

– Ну, что теперь скажешь? – с видом победителя поинтересовался инструктор.

Около минуты отец Василий молча рассматривал лежавшие на столе вещи, а потом спросил:

– Где ты это нашел?

– В дупле, неподалеку от того места, где причалил твой любимчик Иванов. Да и не Иванов он скорее всего, а просто стукач. Самый что ни на есть заурядный стукач-эфэсбэшник. Но не на тех нарвался.

– Ты уверен, что это его вещицы? – мрачно спросил отец Василий.

– А чьи же еще?! – Романов криво усмехнулся. – Может быть, мои?

– Понятно, – задумчиво протянул расстрига и вопросительно посмотрел на Романова: – Что ты предлагаешь?

– То же, что и вчера – избавиться от него. И чем скорее мы это сделаем, тем лучше.

– Опять ты спешишь, – недовольно покачал головой отец Василий. – Ведь мы еще даже не знаем: с какой целью он приехал сюда?

– Дай мне его, горячий утюг и парочку парней. Через полчаса я сообщу тебе все мельчайшие подробности.

– А если нет?

– Все выложит, – стоял на своем Романов. – Вот увидишь.

– Не думаю, – отцу Василию наконец удалось преодолеть первоначальный шок, и теперь его голос звучал спокойно и уверенно. – Это во-первых. А во-вторых, – он кивнул на оружие, – ты считаешь, что без всего этого он представляет для нас какую-то серьезную опасность?

Удар был нанесен точно в цель. Ведь фактически было сказано – неужели ты, профессионал, боишься человека, у которого даже нет оружия? Естественно, самолюбие Романова было уязвлено.

– Если бы я хотел, то уже давно пустил бы ему пулю в лоб, – обиженно надул губы инструктор. – Причем еще тогда, когда он был вооружен до зубов.

– В этом я не сомневаюсь, – смягчил интонацию отец Василий. – Но, прежде чем ты это сделаешь, мы должны все выяснить.

Слова главы секты вызвали на лице у Романова кривую усмешку.

– Неужели вы, батюшка, встали на мою сторону? – с издевкой проговорил он. – Что-то не верится. По крайней мере, на вас это не похоже.

– Давай лучше о деле, – перебил его отец Василий.

Романов гордо скрестил руки на груди и с чувством собственного превосходства заявил:

– Я вас слушаю.

Внезапно в дверь кто-то постучал. Отец Василий недовольно поморщился, решив не открывать.

Однако стук стал настойчивее.

– Кому-то явно делать нечего, – недовольно буркнул Романов и предложил: – Может, пойти по шее настучать, чтобы следующий раз выбирал более подходящее время для визитов?

– Подожди, – остановил его отец Василий и направился ко входу в храм.

Отодвинув засов, он слегка приоткрыл дверь и мягко спросил:

– Что тебе нужно, дитя мое?

– Я по очень срочному и важному делу, – ответил ему женский голос.

– К сожалению, я сейчас очень занят, – извиняющимся тоном проговорил отец Василий. – Чуть позже я тебя обязательно приму. А лучше приходи завтра утром.

– Это важно, – упрямо повторила девушка.

Отец Василий устало вздохнул:

– Через пятнадцать минут. Хорошо?

– Нет, сейчас, – в голосе поздней гости послышались требовательные нотки. – То, о чем я хочу вам сказать, касается вашей и моей безопасности.

– Хорошо, – уступил расстрига, пропуская девушку в храм. – Только в двух словах. А подробнее мы поговорим после.

Заинтригованный Романов осторожно выглянул из-за дверного проема и увидел рядом с отцом Василием Феклу. Эта высокая светловолосая девушка никогда не нравилась Павлу. Несмотря на то, что Фекла пробыла в скиту без году неделю, вела она себя слишком высокомерно для новичка и смотрела на Романова с нескрываемым презрением. Странно было видеть эту недотрогу в таком возбужденном состоянии.

– Мы одни? – настороженно спросила Фекла и огляделась.

– Нет, – искренне признался отец Василий. – До того, как ты постучала, мы беседовали с инструктором Романовым.

– Мне нужно поговорить с вами наедине.

Отец Василий недоуменно пожал плечами и слегка наклонил голову. Припав к его уху, девушка быстро зашевелила губами.

«Стерва! – мысленно выругался инструктор. – Могла бы и по-человечески сказать. Или меня тут держат за козла отпущения?»

Романов ничего не слышал, но, видя, как меняется выражение лица отца Василия, понял, что Фекла действительно сообщила ему что-то очень важное.

– Я все понял, – выслушав ее, кивнул отец Василий и, схватив Феклу за рукав, потащил за собой в комнату. – Пошли со мной. Расскажешь обо всем мне и инструктору. Ведь до твоего прихода именно об этом человеке мы и говорили.

Зайдя в комнату и увидев у окна Романова, Фекла высокомерно кивнула и опустилась на табурет.

– Рассказывай, – приказал отец Василий.

Наморщив лоб и с минуту поколебавшись, девушка начала:

– Он меня окликнул, когда я выходила из храма после утренней молитвы, но тогда я не придала этому особого значения. Здесь, в храме, он назвал меня Светланой, но это могло быть и случайным совпадением.

– Вы знакомы? – искренне удивился Романов.

Однако реплика инструктора осталась без внимания.

– Ближе к вечеру, примерно час назад, ко мне пришла Мария и сообщила, что появившийся вчера незнакомец желает встретиться со мной.

– Она так и сказала? – Отец Василий недовольно нахмурил брови.

– Да.

– Но чем она мотивировала свою посредническую миссию?