Окончательный приговор - Сергей Самаров

– Чем это может для меня обернуться? – слегка насмешливо спросил Висангири Мажитович.

– Пару дней назад восемь бандитов, которых наняли родственники погибших – не вы, а другие родственники, – устроили нам в городе Судиславле засаду. Они были вооружены, мы были вдвоем и без оружия. Мы уничтожили их всех. Сегодня утром была устроена вторая засада в одном доме здесь, в Грозном. И опять куча вооруженных бандитов против нас, безоружных – правда, уже троих. Их постигла та же участь. Если бы вы нас нашли, и вам бы не поздоровилось. Впрочем, тот, кто толкал вас на кровную месть, был уверен, что вы не поедете в Москву.

– Не понял… – сказал хозяин дома. – Как он мог толкать меня на это и знать, что я не поеду? Что‑то здесь не вяжется.

– Вас только заставляли начать собираться, чтобы нас сюда выманить. Этот человек надеялся, что вы, не имея возможности найти нас, пожелаете расправиться с нашими семьями. И специально допустил утечку информации, надеясь, что мы приедем убить вас на месте, где вас проще найти, чем в Москве.

– И этот человек… – начал Висангири Мажитович.

– И этот человек имеет непосредственное отношение к тем, кто посадил гражданских людей в машину. Только мы представляем реальную угрозу для Вахи-Взрывателя. Поймать его – это значит оправдать себя. Если не станет нас, никто всерьез не будет его искать. Его много раз пытались найти, но не сумели. А для нас это путь к возвращению к прежней жизни, следовательно, мы будем продолжать поиски. Ваха понимает это, и боится разоблачения.

Висангири Мажитович кивал в такт моим словам, и даже автомат поставил сбоку от кресла так, что не мог бы сразу взять его в руки. То есть демонстрировал доверие ко мне и к моим словам. Мне казалось, что я сумел его убедить. По крайней мере, начал уже убеждать.

– Говоришь ты, капитан, складно. Только человек, который помогал мне – не толкал, а только помогал, – никак не может иметь отношения к Вахе-Взрывателю. Да, он хотел поймать тебя и твоих друзей. Для этого и заманивал тебя сюда. И меня предупредил о примерном времени твоего появления. Потому я и ждал тебя сегодня ночью. Но у него только одна цель – поймать беглых преступников.

– Он тоже родственник погибших в машине мирных жителей? – спросил я.

– Нет. Просто он – офицер спецназа ФСБ.

– Все так. Только у республиканской ФСБ нет такой официальной задачи, как поимка моей группы. Это только частная инициатива группы лиц. Нашим розыском занимаются МВД и ФСБ в Москве. И никто не задействовал чеченские силы, потому что у вашей ФСБ своих дел хватает. И потому я берусь утверждать, что этот человек имеет отношение к Вахе-Взрывателю и к убийцам мирных жителей, оказавшихся в машине. Иначе ему просто нет необходимости проявлять такое рвение. Его рвение – это только желание обезопасить себя.

Висангири Мажитович опять задумался. Я видел, что мои доводы на него подействовали, но он все же сильно сомневается.

– Назовите мне этого человека, – я уже не просил, а требовал. – Назовите мне человека, который послал на смерть вашего сына и внука.

– Я, пожалуй, сам спрошу его… – сказал Майрбеков.

– И обречете на смерть себя и свою семью. Будет гораздо проще, если мы вместе спросим его. Нам он обязательно ответит. И для вас это будет безопасно.

– Каким образом вы его спросите? – усмехнулся Висангири Мажитович. – К нему еще подобраться нужно.

– Имя! – снова потребовал я.

– Это майор спецназа ФСБ Вахид Георгиевич Руманов. Вам дать его номер телефона?

– Спасибо, Висангири Мажитович. У меня было подозрение, что это именно Руманов. Слишком большую активность он проявлял. Извините, я попробую узнать, где он находится.

– Я – «База», – прозвучал в наушнике «подснежника» голос подполковника Волоктионова. – Майор Руманов вместе с Артуром Юрьевичем Розовым находится рядом, в оперативном штабе. Кроме них, там есть только один человек. Так спутник показывает. Выходите в темпе. Дорога прямая и свободная. Я послал туда людей. На ней было еще два поста. Теперь наблюдатели «отдыхают».

– Я – «Первый», все понял… – Я поправил у воротника микрофон, чтобы Майрбеков не подумал, что у меня «крыша поехала». – Висангири Мажитович, вы знаете, где располагается оперативный штаб спецназа ФСБ? Тот штаб, что руководит всей операцией, и командует всеми спецназовцами, выставленными вокруг вашего дома?

– Нет, не знаю. Я даже не знаю о существовании этого штаба.

– Тогда я провожу вас. Это недалеко. Руманов сейчас там.

– Ладно, пойдем, капитан…

Майрбеков наклонился и взял автомат. Вадима в коридоре видно не было, и мы вдвоем вышли из дома. И Вальтера на крыльце тоже видно не было, потому что он должен был слышать наши шаги, да и мои слова «подснежник» тоже донес до ушей членов моей группы. Я примерно помнил, где располагается штаб. В случае, если не туда пойду, подполковник Волоктионов обязательно подскажет мне дорогу.

ПОДПОЛКОВНИК РОЗОВ

Я испытывал сильное напряжение. А внешний вид майора Руманова не обещал ничего хорошего. И только один офицер связи, кажется, ничего не хотел замечать. Он спокойно сидел в своих наушниках и, мне даже показалось, слушал музыку.

– А связь‑то у нас работает? – поинтересовался я, чтобы хоть каким‑то действием заставить этого офицера связи обратить внимание на обстановку. Должен же он хоть что‑то почувствовать. Может быть, его действия самого Ваху отвлекут от ножа и от собственных ногтей, заставят и от меня отвлечься, и тогда у меня может появиться возможность добраться до автомата.

– Во время проведения операции выходить на связь разрешается только в момент появления спецназовцев ГРУ, – сказал Руманов. – Они парни опытные, и могут услышать разговор. Даже простой треск «переговорки» могут услышать. Сами, небось, знаете, как эти «переговорки» трещат. Это опасно – спугнуть можем.

– А если они выставили «глушилки»? – начал я фантазировать на ходу.

– Какие «глушилки» они могут выставить? – усмехнулся майор. – «Глушилка» – это целая машина со сложной электроникой, создающая помехи. Откуда им взять здесь «глушилку»! У нас на всю республику есть единственная, которая прикрывает передвижение президентского кортежа, чтобы исключить взрыв радиоуправляемой мины.

– Это у вас, – сказал я не слишком вежливо. – Такие машины, как у вас, – это позавчерашний день. Помнится, на последних антитеррористических учениях в Подмосковье мы тоже там участие принимали – много новой техники было. Там «глушилка» занимала немного места в обычном портфеле. Наука, майор, быстро развивается. Точно сказать не могу, но, кажется, тогда спецназ ГРУ выставлял «глушилки», чтобы прервать связь спецназа внутренних войск. И у них это неплохо получилось.

– Я слышал, что ведутся какие‑то разработки. – Офицер связи сбросил наушники на шею – значит, слышал наш разговор. – Но не в курсе, чтобы это поступило на вооружение. Наверное, просто испытывали.