Окончательный приговор - Сергей Самаров

– Может быть. Но если испытывал спецназ ГРУ, он может продолжить испытания и здесь. Данные на Майрбекова беглецы могли получить только у своего командования. Точно так же они могли и «глушилки» получить.

– Башир, твоя техника «глушилки» определит?

– Их только радиопеленгаторный узел определит, – сказал офицер связи. – Или спутник, хотя насчет него я не уверен.

– А проверить связь можешь? – В голосе Вахи послышалась обеспокоенность.

– Нарушить режим молчания? – Башир обернулся и вопросительно посмотрел на майора. Только при этом повороте я сумел рассмотреть его погоны – старший лейтенант.

– А что вообще этот режим дает?

– Прослушать разговоры можно с простого мобильника, – объяснил мне Башир. – Звонишь кому‑то, и попадаешь на разговор группы. Случайность, конечно, но случайностей нам лучше избежать. Вдруг они как раз в этот момент подходят, звонят куда‑то и определяют, что здесь засада. И все труды напрасны.

– Не знаю, что лучше, – задумался Руманов.

– Лучше всего вызвать подкрепление и послать кого‑то проверить посты, – подсказал я.

Я и имел право только подсказывать, но никак не командовать, потому что официально силы спецназа ФСБ республики не принимали участия в поисковых мероприятиях сбежавших подследственных.

И в этот момент мне позвонили. Я посмотрел на высветившийся на экране мобильника номер. Звонил из Москвы подполковник милиции Раменский, с которым мы накануне ездили в Судиславль.

– Слушаю вас, Валерий Андронович, – сказал я, лихорадочно думая, как мне сообщить Раменскому о том, в какое положение я попал. Но подходящего варианта пока не просматривалось.

– Артур Юрьевич, вы же сейчас в Грозном?

– Так точно. В Грозном. Сижу в компании с майором Румановым из местного спецназа ФСБ. Жаждем встречи с нашими оппонентами.

Несмотря на то, что я стоял вполоборота, я заметил, как отреагировал Ваха на мое сообщение о том, с кем в компании я нахожусь. Он, кажется, готов был сию секунду воткнуть в меня свой нож. Но я делал вид, что все идет нормально, и я ничего не замечаю. Однако сделал два шага по направлению к двери. Эти шаги выглядели совершенно непреднамеренными.

– Я только что получил всероссийскую сводку о происшествиях. Там, в Грозном, минувшим утром было ЧП. Нападение на дом заместителя министра внутренних дел республики полковника Дакашева. Официально охрана перебила нападавших бандитов – девять человек, включая женщину. Бандиты опять были из окрестностей Киров-Юрта. Как и в Судиславле. Я бы поверил в способности охраны заместителя министра, но еще два случая совпадения с событиями в Судиславле заставили меня насторожиться. У одного из нападавших сломан шейный позвонок точно таким же образом, каким ломает капитан Беклемишев. У другого бандита и у женщины, входившей в банду, шеи свернуты в сторону. То же было и в Судиславле, если помните. Это, видимо, почерк кого‑то другого из банды Беклемишева. Я почувствовал, что здесь что‑то не так, и попытался проверить полковника Дакашева по базе данных МВД. И нашел там интересный факт. Этот полковник уже был однажды, несколько лет назад, захвачен бандитами и какое‑то время пробыл у них в плену. И был освобожден из плена отрядом спецназа ГРУ. К сожалению, нет указаний, что кто‑то из наших подследственных участвовал в той операции по освобождению. Тем не менее, есть о чем подумать.

– Очень интересный факт, товарищ подполковник, очень интересный, – сказал я, умышленно называя Валерия Андроновича не по имени-отчеству, а по званию. – Я попробую здесь все разузнать. И позвоню вам. Если в течение двух часов не позвоню, значит, со мной случилась какая‑то неприятность. Я сейчас близок к этому…

Я говорил специально для Вахи-Взрывателя, и он прекрасно понимал меня. И что‑то коротко сказал офицеру связи. Тот встал, взял свой автомат и переставил его к своему раскладному столу с рацией.

– До связи, Артур Юрьевич. Буду ждать вашего звонка.

– Я позвоню, – пообещал я и повернулся к Руманову.

Ваха готов был испепелить меня глазами. Он мог взорваться в любой момент. Но я опять попытался снять напряжение.

– Кто такой полковник Дакашев? – спросил я.

– Заместитель министра внутренних дел, – ответил за Руманова Башир.

– Это я знаю. Что он за человек?

– Серьезный человек. И уважаемый, – теперь уже ответил сам Ваха-Взрыватель. – Чем он вас заинтересовал?

– Минувшим утром было совершено нападение на его дом. Напали бандиты из окрестностей Киров-Юрта, которых перебили без собственных потерь. Официально сообщается, что бандитов перебила охрана. Но есть некоторые следы, говорящие о том, что нападавших перебил Беклемишев со своими людьми. Вопрос у меня такой: может ваш заместитель министра внутренних дел поддерживать отношения с капитаном Беклемишевым и его товарищами?

– Может, – подсказал старший лейтенант. – Дакашев побывал однажды в плену, и его оттуда вытащил спецназ ГРУ. Допустимо считать, что среди освободителей был или сам Беклемишев, или кто‑то из его коллег.

– Это я знаю. Но подробности выяснить все же следует, – проговорил я. – И вот я думаю, будет ли Беклемишев после утренних событий, и готовясь к ночным действиям, устраивать взрыв машины Саламбекова? Лично мне это кажется маловероятным.

– А кто же тогда взорвал машину? – спросил Башир.

Я не удержался. Мне бы просто плечами пожать. Дескать, загадка очередная, которую следует разгадывать, но, к счастью, не мне. А я посмотрел на Руманова. Наши взгляды встретились, и Ваха понял все. Он догадался, что я не спал в машине. Он сделал шаг по направлению ко мне. Лицо его выражало откровенную угрозу, и нож все еще был в руках.

– И кто же все‑таки взорвал машину? – не совсем точно повторил он вопрос старшего лейтенанта.

А я снова не удержался. Да мне и терять уже было нечего. Оставалось только надеяться на помощь офицера связи, у которого под рукой был автомат.

– Я скажу, кто взорвал. Взорвал ее террорист по кличке Ваха-Взрыватель. И сделать это ему было легко, потому что он имел свободный доступ к этой машине. Я даже имя Взрывателя назову… – Я озлобился, понимая уже, что пути к отступлению отрезаны. – Ваха-Взрыватель во второй своей ипостаси зовется майором Румановым…

Ваха шагнул ко мне. Я шарахнулся в сторону, но он все правильно рассчитал – погнался не за мной, а нанес удар ножом в шею Баширу. Я был уже у двери, когда Взрыватель поднял автомат и ребром ладони ударил по предохранителю.

– Не спеши. Я успел дверь на ключ закрыть, – сказал он с торжествующей улыбкой.

Ни разу не видел, как улыбается крокодил, когда замечает, что у жертвы нет пути отхода, но подумал, что улыбками они с Вахой должны быть схожи.

Я все же попятился, прижался спиной к двери, но она, вопреки утверждению Руманова, оказалась открытой, и я просто упал за нее в чьи‑то подставленные руки. А мимо меня шагнул за порог какой‑то немолодой чеченец с поднятым автоматом.