Ветеран бандитских войн - Владимир Колычев

Несколько мгновений Рая растерянно смотрела на него, но вот, взяв себя в руки, усмехнулась и едко сказала:

— Нехорошо подслушивать!

— Ты могла меня убить.

— Скажи спасибо Вике.

— Ты реально могла меня убить! — еще жестче проговорил он.

— Ты меня изнасиловал! — ее взгляд вдруг заледенел.

— Что?! — похолодел он.

— Да, я шлюха! Но я сама решаю, с кем спать! А ты этого не понял!.. Я могла убить тебя только за это!

Рая могла убить — легко и просто. Чтобы в этом убедиться, достаточно было глянуть на нее. Такой, как она, не надо было проходить курсы спецподготовки, она и без них могла убивать — грамотно и хладнокровно. Но при всем при этом Рая подвержена обычным женским слабостям… Не простила она Хорватову Вику, поэтому Патрик до сих пор жив.

— Не было ничего такого. Считай, была игра… — растерянно и словно оправдываясь сказал он. — Я-то думал, что тебе без разницы, с кем!

— Живи! — не меняясь в лице, проговорила она.

— Ну, спасибо! — в том же духе отозвался Патрик.

Он вроде бы и шутил, но чувство облегчения испытал реальное. Как будто судья оправдательный приговор зачитал.

— Я действительно могла тебя убить, — сказала она. — Чтобы вернуться в прошлое. Но теперь туда дороги нет… Теперь ты можешь меня убить. Мне уже все равно…

— Могу одолжить веревку и мыло.

— Нет, это не для меня… Я человек пропащий, но в петлю не полезу. Я не сумасшедшая! — Она говорила об этом совершенно серьезно.

— Ты не сумасшедшая. Просто у тебя нет цели в жизни.

— Уже нет, — кивнула она.

— Но ты же хочешь со мной?

— А я тебе нужна?.. Я убила Аскольда, я могла убить тебя самого…

— Ну, Аскольд был моим врагом, если ты не знаешь. А то, что ты могла убить меня… — задумался Патрик.

Рая обладала сексуальной изюминкой, и одного этого хватало, чтобы завести его с пол-оборота. Но еще в ней была скрыта смертоносная опасность, первобытная сила дикой хищницы. Обычного человека это должно было отпугивать, но Патрик сам — часть дикой природы, кишащие хищниками джунгли — его стихия. Поэтому опасность, исходящая от Раи, очаровывала. Хотя и напрягала…

Он мог обвинить ее в покушении на собственную жизнь и под этим предлогом отправить в расход. Но ему будет очень не хватать этой заводной и опасной штучки. И он будет очень жалеть, если сейчас проявит слабость и отдаст ее на растерзание своим псам…

— Я готов тебя простить… — после долгого и напряженного раздумья выдал он. — Но с одним условием… Ты должна дать мне клятву верности. Ты должна подчиняться мне во всем. Ты должна беспрекословно выполнять мои приказы и распоряжения.

— С чего бы это? — удивленно посмотрела на него Рая.

— Если ты хочешь быть моей женщиной, мое слово должно быть для тебя законом.

— А я хочу быть твоей женщиной? — спросила она.

— Ты уже со мной! — отрезал он.

— С этим не поспоришь… Но я не хочу быть твоей рабыней.

— Называй это как хочешь, но ты должна дать мне клятву верности.

— У тебя больное воображение… — усмехнулась Рая. — Представляю, как жила с тобой Вика.

— Так и жила.

— Представляю, как ты ее достал.

— А это уже не твое дело! — разозлился Рома.

— Не будь занудой, и женщины к тебе потянутся.

— Что?! — вскипел он.

Рая откинула голову на спинку сиденья, скрестила на груди руки и закрыла глаза.

— Я не просила у тебя прощения, — с блуждающей усмешкой сказала она. — И не надо меня прощать… Можешь меня убить.

— И убью!

— Будешь убивать, не забудь, как тебе было со мной хорошо. Это я к тому, что не надо убивать меня больно. Сделай так, чтобы все произошло быстро, и я все прощу…

Разговор зашел в тупик, и Патрик повернул назад.

— А что ты там про Родю и Бадика говорила?

— Их застрелил Олег. А Конорева — я… Мы всего лишь защищались.

— А Баляс, Адык, Симак?

— Про них ничего не знаю. Если бы знала, сказала, а так — извини.

— Хорватов их положил. Это мои люди. Я должен за них спросить.

— С Олега? — Рая открыла глаза неторопливо, но к Роме повернулась резко. — Я дам тебе клятву верности! Я сделаю для тебя все, что угодно! Но у меня есть условие — не трогай Олега!.. Ты его уже наказал! С него хватит!

— Может, и Вику ему отдать? — язвительно спросил он.

— Нет, Вику ему отдавать не надо! — разволновалась Рая.

— Что ты там про нее говорила? На кладбище ее отправила? — вспомнил Патрик.

— Я бы не возражала…

— Хорватов, кажется, мне угрожал! Он собирается мстить мне из-за Вики! Она звонила ему, он должен был ехать за ней в Москву. Он должен был ее забрать! Он от меня теперь не отстанет. Что мне прикажешь с ним делать?

— Ты можешь убить его. А потом ты должен будешь убить меня.

— И убью!

— Вот и договорились!

Рая снова закрыла глаза и откинула голову назад, будто приготовилась принять смерть. И это взбесило Патрика. Он резким движением обхватил ее шею и стал душить. Рая даже не пыталась сопротивляться, и воздух ртом не хватала. И даже улыбнулась в ожидании смерти, в которой, возможно, видела избавление от земных мук.

— Ты сумасшедшая! — ослабив хватку, выпалил он.

Какое-то время Рая разминала горло.

— Я не сумасшедшая. Я ненормальная, — сказала она, глянув на него с беззлобным осуждением.

— А есть разница?

— Не знаю, наверное, есть. Была бы нормальной, мужу бы не изменяла. Люблю я Хорватова, очень люблю. Он для меня все. А я изменяла. Сначала мстила, потом во вкус вошла.

— Слабый передок — это проблема, — усмехнулся он.

— Дело не в передке, — пожала плечами Рая. — А в самой ситуации. Изменять мужу — целая наука. Тут хитрость нужна, осторожность. Это риск, адреналин. Я не сумасшедшая. Я ненормальная… А может, и сумасшедшая, — задумалась она. — Вику твою до сумасшествия ненавижу!

— А как, по-твоему, я к Хорватову отношусь?

— Так я же не собираюсь ее убивать.

— А на кладбище кого искать?

— Ну, значит, была такая мысль…

— Может, все же Вику Хорватову отдать? — усмехнулся Рома. — Ты со мной, он с ней.

Не собирался Патрик идти на такой размен, просто захотелось подразнить Раю.

— Исключено! — встрепенулась она.

— Он же другую найдет…