Операция "Цхинвал" - Альберт Байкалов

Хлопки в наушнике заставили поморщиться. Антон весь превратился в слух.

— Готов! — воскликнул Шаман.

— Козел, — едва слышно пробился сквозь треск и шум голос Джина. — Ты его не убил?

— Нет, — заверил Шаман. — Смотри, он из машины выскочил!

Антон понял, что Шаман обстрелял водителя преследовавшего их автомобиля. Неожиданно трансляция из машины Джина прервалась зуммером. Кто-то выходил по второй линии. Антон посмотрел на дисплей. Высветилась единичка. Значит, Родимов.

— Слушаю, Филин.

— Только что получена информация. На шоссе М-4 совершено ДДП с участием автомобиля, в багажнике которого находилась гражданка Беляева Татьяна Николаевна.

— Кто такая? — не сразу понял Антон.

— Та самая дамочка, с которой уехал Болтун, — пояснил генерал.

— И что? — Антон встал с дивана.

— Несмотря на множественные переломы, смогла рассказать, где находится Болтун и какова судьба контейнера. В общем, бандитов двое, Нуха и Муртаз, — генерал кашлянул в трубку. — По всей видимости, они уже в Москве. Так что Джин везет пустышку.

— Он не долго в этом сомневался, — заметил Антон.

Радости это известие не прибавило. Да, Джин не клюнул на наживку и не выдал себя, однако и контейнер теперь уже точно в руках террористов.

— Ты давай, заканчивай с гостиницей и растворяйся. Хватит отдыхать.

— Понял, — Антон посмотрел на часы. — Поеду, заберу вещи и сдам номер.

— Смотри без фокусов, — предупредил генерал. — У нас вся надежда, что Джин с Шаманом вотрутся в окружение Гапура. Если террористы догадаются, что вы одна команда, полнейший провал обеспечен.

— Я знаю, — Антон посмотрел на вошедшую в комнату Регину. — Нам «жучка» надо снять из кабинета Филонова.

— Это кто такой? — не сразу понял Родимов.

— Фактический управляющий гапуровской гостиницей.

— Понял, — генерал выдержал паузу, размышляя над сказанным. — Хорошо. Только еще раз напоминаю, очень осторожно.

Антон отключил телефон и сунул его в закрепленный на поясном ремне чехол.

— Пойдем обедать, — позвала Регина.

— Не могу, — он сокрушенно вздохнул. — Мне пора.

Антон не долго думал, а вернее сказать, совсем не ломал голову над тем, как снять оставленный в кабинете Филонова «жучок». Необходимости держать его там не было никакой. Как выяснилось, директор не знает, чем на самом деле занимается Гапур и в чем причина скрытного образа жизни, который он ведет. Напротив, в случае его обнаружения возникала прямая угроза провала Джина. Конечно, кроме него там было много людей, но в свете последних событий главным подозреваемым окажется все-таки он.

Антон собрал вещи, оглядел комнату, после чего отправился к директору. Филонов скучал за столом, таращась в установленный напротив телевизор.

— Я могу с вами поговорить? — спросил Антон с порога и представился.

— Конечно, — насторожился Филонов, взял пульт и убавил звук. — Проходите, — он указал рукой на стул. — Что-то случилось?

— Видите ли, — Антон обвел взглядом кабинет, словно последний раз взвешивая в уме, стоит ли обращаться к сидящему перед ним человеку. — Обстоятельства сложились так, что сегодня я должен покинуть Москву. Номер уже сдал. Но есть одна проблема. Накануне по соседству со мной поселились два кавказца. Не могли бы вы сказать, до какого числа они здесь?

— Мы не даем таких данных, — лицо Филонова приняло неприступно-холодное выражение. — К тому же этими вопросами ведает администратор.

В этот момент Антон нащупал устройство, размером с металлический рубль, приклеенное снизу к крышке стола на двусторонний скотч, и оторвал его.

— Говорите, не даете справок? — он слегка наклонился вперед. — А если я заплачу?

— Знаете что, — Филонов неожиданно улыбнулся, — собрались домой, езжайте.

— Хорошо, — Антон встал. — Воспользуюсь вашим советом.

— А почему вы спросили? — Филонов прищурился.

— Мне показалось, что два этих типа были на вокзале в день моего приезда. К тому же вчера я слышал шум…

— Ничего особенного, — Филонов отмахнулся. — Это они поссорились между собой. Я в курсе. Кстати, оба уже оставили номер.

— Так быстро? — Антон сделал вид, будто удивился.

Филонов развел руками.

Антон отправился прочь, однако едва оказался в коридоре, как зазвонил сотовый. Это снова был Родимов.

— Слушаю, — Антон оглянулся. Коридор был пуст.

— Ты где?

— В гостинице.

— Закончил?

— Да, — подтвердил Антон.

— Тогда давай ко мне.

Антон домчался до учебного центра в рекордно короткие сроки для пораженной пробками Москвы. Уже через час он вошел в свой кабинет, который Родимов по своему обыкновению оккупировал на время операции. Так было всегда. Две трети своего рабочего времени генерал проводил в учебном центре. Его апартаменты в главной резиденции ГРУ чаще всего пустовали. По словам Родимова, здесь, среди полей, лесов и болот, ему лучше думалось.

— В нашем деле появились новые обстоятельства, — он пожал Антону руку и указал взглядом на стол для совещаний.

— Плохие? — усаживаясь на стул, осторожно поинтересовался Антон.

— Даже не знаю, — Родимов отошел к окну. — Линев сообщил, что обнаружен Болтунов. Его пытались устранить, но он выжил.

— И что это дает? — удивился Антон. — Контейнер все равно он отдал.

— Как раз все далеко не так, — Родимов развернулся и внимательно посмотрел на Антона. — Этот парень умудрился заранее высыпать содержимое контейнера в чугунок и спрятать его в сливной яме бани.

— Вот так Болтаев! — с восторгом проговорил Антон. — Он знал, что рискует?

— Конечно, — Родимов кивнул. — Сейчас его отправили на обследование. С ним работает Линев. Эксперты занимаются материалом. Его уже изъяли и везут в Москву.

— А если люди Гапура догадались, что контейнер пуст? — Антон вопросительно уставился на Родимова.

— Он насыпал туда обыкновенного грунта, — генерал прошел на свое место и сел. — Вряд ли бандиты решатся вскрывать контейнер. Я думаю, это произойдет только тогда, когда они станут собирать взрывное устройство.

— А если они его просто решат рассыпать по Москве?

— Не думаю, — возразил генерал. — Это опасно и нерационально. Другое дело взрывы. При небольшом ветре облако может покрыть большую территорию.

— Знаете, о чем я подумал? — Антон выжидающе уставился на Родимова.

— Глупый вопрос, — хмыкнул генерал. — Как я могу знать, о чем ты думаешь?