Взлет «Стрелы» - Александр Тамоников

— Так вы решили вывести на главную роль меня?

— Временно, Петя, временно! На период неразберихи и разного рода бессмысленных разговоров уровня штаб дивизиона – полка – дивизии – корпуса – главкомата сухопутных войск – РВСН. Как только в Москве поймут, что дело нешуточное и к переговорам подключат серьезную, полномочную фигуру, в игру вступлю я. И буду дальше вести ее до конца. Ты же сейчас переговори с заместителем Табанова. Учти, полковник с семьей взят тобой в заложники. И может быть в любую минуту расстрелян, если силы полка сдуру решатся попытаться отбить позиции пусковых установок. Охлади пыл подполковника, если он уже сам по себе не остыл. Время проанализировать ситуацию у заместителя было!

Команадир корпуса поднялся:

— Короче, навести тень на плетень.

Самаранов отрицательно покачал головой:

— Напротив, Петя, правдиво описать сложившуюся обстановку и передать, что в 7.00 ты должен иметь связь с главным штабом ракетных войск! В 7.00! Понял?

— Понял!

— Давай! Табанов, вызови на связь своего заместителя да одностороннюю громкоговорящую связь включи. Все послушаем, что скажет твой Шорин.

Федин спросил:

— Как его зовут-то?

— Игорь Алексеевич! – ответил Табанов. – Я напомню, если забудете!

— У меня хорошая память, полковник!

— Тем лучше!

Табанов вызвал заместителя:

— Стяг-2! Я – Стяг-1, прошу ответить!

Шорин ответил немедленно. И было слышно в динамиках односторонней громкоговорящей связи, что в штабе дивизиона подполковник находился не один.

— Я – Стяг-2! Слушаю вас!

— Передаю связь руководителю диверсионной группировки, захватившей дивизион.

За пульт сел Федин:

— Здравствуй, Шорин! Не узнал?

— Нет!

— А мы знакомы! Генерал Федин!

В штабе удивленно загалдели – Федин, комкор, генерал-майор, не может быть!

Заместитель командира дивизиона спросил:

— Но вы понимаете, что данной акцией ничего, кроме гибели военнослужащих, не добьетесь? Ракетные комплексы надежно заблокированы от попыток несанкционированного запуска. Это вам может подтвердить полковник Табанов, и это вы можете сами испытать!

Федин усмехнулся:

— Насчет всякой тем блокады, подполковник, ты заблуждаешься. Не забывай о «дьяволах»! А вот насчет гибели военнослужащих ты прав. Плохо организовал охрану объекта стратегического значения. Какой-то отряд, насчитывающий менее сотни человек, сумел разгромить колонну, а также уничтожить охрану ракетных комплексов. Вы с Табановым специально готовили дивизион для сдачи террористам или американцам? И это не я предатель, а вы, Шорин! Я честно служил своей стране, пока такие, как вы, и те, кто пришли к руководству страной, не продали ее за гроши выродкам, разворовавшим все, что можно! Я не желаю больше служить олигархам, защищать их богатства и оберегать покой тех, кому место на нарах. Короче, Шорин, дивизион в моих руках. Что я намерен делать дальше, тебя не касается. Разговор будет вестись с более значимыми фигурами. А посему лично ты в 7.00 должен обеспечить мне связь с главным штабом. Вопросы, Игорь Алексеевич?

— Вы уничтожили весь боевой расчет?

— Да! И трупы выбросили за проволоку в болото, что тебя еще интересует?

— Меня ничего. Здесь вот прибыл ваш заместитель. Он желает поговорить с вами!

— Кто такой? У меня было пять заместителей.

— Начальник штаба!

— А, генерал Воробьев? Что ж, передай ему связь!

В динамиках раздался хриплый, властный голос:

— Петр Георгиевич! Воробьев!

— Слышу тебя, Александр Семенович!

— Что с тобой случилось, Петр Георгиевич? За сколько ты продался?

Федин изобразил изумление:

— Я продался? О чем ты, Воробьев? Ты же хорошо знаешь меня!

— Оказывается, плохо знал!

— Вот что, говори, чего хочешь?

— Довожу до вашего сведения, что назначен временно исполняющим обязанности командира корпуса.

— Поздравляю! Дальше!

— Предлагаю вам прекратить бессмысленную акцию! Пока еще не поздно!

— Не смеши меня, новоиспеченный комкор! Для меня поздно не наступит никогда. А вот для вас… но это отдельный разговор, и не с тобой! Кто там еще желает переговорить с Фединым? Нет желающих? Отлично. В 7.00 жду связи с главным штабом! Спокойной ночи, господа офицеры.

По сигналу Самаранова Федин отключил станцию, повернулся к бывшему командующему:

— Ну как?

Самаранов кивнул:

— Нормально, Петя! Представляю, что сейчас творится в штабах. Москва уже наверняка в курсе событий, и что-то подсказывает мне, в Кремле не так спокойно, как обычно в это время суток.

Генералы рассмеялись. Табанов ухмыльнулся.

В дверь постучали.

— Ты что, не выставил охрану перед штабом? – спросил у Федина Самаранов.

— Нет! Подумал, это излишне!

— Дурак! Немедленно выстави пост!

— Есть!

Командующий положил перед собой автомат, крикнул:

— Войдите!

На пороге появился Журов:

— Разрешите доложить, товарищ командующий?

— Докладывай!

— Комплексы «дьявол» лишены защиты от пуска! Заблокировать их из Центра невозможно!

— Хорошо! Отправь для охраны «дьяволов» всю свою группу. Сам с ракетчиками готовь к применению «струну», заряженную болванкой. Этот учебный комплекс не заблокирован.

— Есть!

— И лично находись возле учебного комплекса! Все, иди!

Подошли вызванные Фединым диверсанты Быкова.

Самаранов приказал им занять пост перед временным штабом, предварительно по связи сообщать о лицах, прибывших на пункт управления. И только после разрешения командующего пропускать внутрь здания.

Проинструктировав охрану, Самаранов повернулся к Табанову:

— Слушай, полковник, а обесточить позиции из твоего штаба в полку не могут?

— Могут, но это ничего не даст!

— В смысле?

— Автоматически включится резервная система электропитания позиций. А комплексам вообще никакое питание не нужно. Они в этом вопросе полностью независимы от внешних факторов!

Самаранов кивнул:

— Ясно! С комплексами. А резервное питание, насколько соображаю, – это дизельные станции, приводящие в действие генераторы?

— Так точно!