Черный город - Александр Тамоников

Группа десантников вышла к участку укрытия БМД в 2.47. Боевая машина десанта вышла из укрытия, тело рядового Лукрина положили в десантный отсек, Юрченков и трое солдат запрыгнули на броню, остальных Сомов повел вперед пешком. В 3.10 группа поиска подошла к позициям 7-й парашютно-десантной роты и под прикрытием бойцов капитана Кошерева прошла к зданию КНП батальона. Сомов и механик-водитель остались в машине, остальные бойцы ушли в подразделение, их сменили солдаты капитана Уханина. Впрочем, они укрылись в подъезде, попав под обстрел снайперов, бивших с водонапорной башни. Боевики даже попытались провести гранатометную атаку, но узкие окна-бойницы башни не позволяли гранатометчику прицельно выстрелить. Граната прошла мимо БМД и ударила в угол брони командно-штабной машины «Сорока», не выведя машину из строя и оставив только след в виде небольшого отверстия. Из гранатометов боевикам было стрелять неудобно.

Юрченков поднялся на КНП. Его ждал Голубятников.

– Ну, и как рейд? – спросил он.

– БМД, как сам, наверное, видел, вернулась в полной исправности. Лукрина нашли, привезли. Мертвого. Умер.

– Умер?

– Да. Мы осмотрели тело, никаких следов насилия не обнаружили. Своей смертью умер Лукрин, рана оказалась смертельной.

На связь вышел командир приданной десантно-штурмовой роты капитан Уханин и сообщил о выстреле снайперов с башни из гранатомета.

– Последствия? – спросил Голубятников.

– Вашу «Сороку» царапнули, БМД не задели. Из РПГ с башни духам стрелять прицельно сложно.

– Понятно! – Комбат повернулся к бодрствующему вместе с ним начальнику штаба батальона: – Сергей! Передай приказ: «Сороку» и БМД в укрытия! Тело Лукрина передать в медпункт. После чего всем отдых!

– По башне работать будем? – спросил Кувшинин.

– Обязательно, но завтра. Все завтра. Точнее, сегодня, но позже.

– Если духи не предпримут попытки очередного ночного штурма…

– Вряд ли!

И действительно, остаток ночи прошел спокойно, если не считать ставшего обыденным снайперского обстрела позиций батальона.

Грозный, 7 января 1995 года.

Подполковник Голубятников находился на КНП, когда в центре города загрохотали взрывы, слившиеся в практически единый грохот, содрогавший и землю, и здания плацдарма. Комбат прильнул к триплексу, через который мог видеть и площадь, и кварталы, и «зеленку», и часть улиц, уходивших к центру Грозного. Видел он и Белый дом – здание, где находился штаб руководства непризнанной Ичкерии, так называемый Дом Дудаева. Точнее, верхние этажи, покрывшиеся грибами разрывов. По Белому дому велась массированная артподготовка. Разрывы мощных снарядов поднимали столбы огня и дыма. Артиллерия била и по административным зданиям, и по всей прилегающей к ним территории. Комбат перевел триплекс левее, на улицу, где десантники подбили вражеский танк, и увидел российскую технику: танки, БМП, бронетранспортеры. Войска медленно, но неудержимо продвигались к Белому дому. Неожиданно один из танков резко встал, окутавшись дымом. Боевики не собирались сдаваться, и им удалось подбить российский танк.

Подошедший к комбату начальник штаба оценил обстановку:

– Похоже, командир, наши пошли на штурм.

– Да, Серега, это штурм. – Голубятников поднялся. – Духи один наш танк подбили – как раз там, где до этого барражировала чеченская «коробка».

– Огрызаются, суки!

– Да, представляю, что сейчас творится в Белом доме… Артиллерия плотно взяла его в оборот. Накрыла она и площадь «Минутка», кинотеатр развалила, рушит административные здания. И пехота подползает. Надо бы уточнить обстановку. – Голубятников повернулся к сержанту Выдрину: – Сергей! Связь с комдивом, срочно!

– Есть!.. Питон на связи, товарищ подполковник.

Голубятников подошел к радиостанции:

– Питон! Я – Аркан!

– Слушаю тебя, Аркан!

– Вы можете сказать, что происходит?

– Конечно! Началось общее наступление на Грозный!

– Понял. Моя задача?

– Задача остается прежней: оборона плацдарма. Где-то к 20.00 к тебе выйдет батальон 51-го парашютно-десантного полка. Встреть батальон, а в дальнейшем поддержи захват батальоном второго квартала. Отработай с комбатом туляков все вопросы взаимодействия и обеспечения расширения плацдарма.

– Это хорошая новость! Сделаем!

Голубятников передал связисту гарнитуру, посмотрел на Кувшинина, улыбнулся:

– Вечером на плацдарм выйдет парашютно-десантный батальон Тульского полка. Его задача – захват второго, северо-восточного квартала. Ну, а в центре наши войска перешли в общее наступление.

– Да и пора уже!

В 8.30 комбат услышал стрельбу с КНП рядом, справа. Произнес:

– Что еще за черт?

И тут же Р-159 сработала сигналом вызова. Выдрин обратился к комбату:

– Товарищ подполковник, вас просит на связь командир 8-й роты!

– Стрельцов? Что у него?

– Не знаю!

– Да, – ответил Голубятников.

– Я – Стрелок! Группа духов прорвалась вплотную к вашему командному пункту. Боевики на данный момент укрылись в здании котельной. Прорвались из восточного сектора частных домов.

– Что за ерунда, Стрелок? Что значит прорвались духи? То они к башне прорвались, то к КНП… Что за хрень? Откуда они взялись в «зеленке»?

– Так как, судя по всему, группа малочисленная, она могла просочиться из сектора ночью по одному.

– Да сколько их?

– Не знаю! Точно не знаю. Несколько человек. Сам видел одного.

– Что они делают?

– Стреляют! У меня сержанта ранили. Минуту… стрельба из котельной прекратилась. Боевики орут: «Аллах акбар! Русские, сдавайтесь!»

– Они что, анаши обдолбились? Или чем потяжелее ужалились?

– Не иначе, Аркан!

– Я сейчас подойду к тебе. – Голубятников повернулся к начальнику штаба: – Ты будь здесь, а я пойду к Стрельцову, посмотрю, почему духи подошли так близко.

– А стоит ли, командир, идти одному? Что, Стрельцов не снимет проблему?

– Сергей, сейчас, по-моему, не место и не время обсуждать мои решения. Их вообще не следует обсуждать.

– Так точно!

– Если что, пошлешь за мной посыльного; но думаю, я у Стрельцова надолго не задержусь.

Забрав с собой связиста, Голубятников прошел на командный пункт командира 8-й роты. Котельная находилась в каких-то тридцати шагах. Ротный встретил комбата, доложил:

– Духи паузу взяли, товарищ подполковник, – видимо, надоело орать.

– Да? Посмотрим.

Голубятников осторожно выглянул в окно. В этот момент дверь котельной открылась, и на пороге появился боевик. Сделав несколько выстрелов по зданию КП 8-й роты, он истошно закричал: