Правила абордажа - Сергей Самаров

– Полковника Нефедова поднимай. Высылай машину. Срочно.

– Есть.

Полковник Нефедов – второй заместитель генерала. Конечно, полковник Стариков больше в курсе происходящих дел. Но вызывать и подключать к операции его – это значило бы начать все сначала и показать, что идешь на попятную. Пока дежурный, как слышно было через открытую дверь кабинета, дозванивался в гараж и на квартиру к полковнику, Владимир Андреевич еще раз перечитал шифротелеграмму и внимательно изучил пояснительную записку. Все документы, полностью, ему предоставить не захотели, было там, видимо, что-то такое, что его работы не касается, потому и составили эту выписку – случай обыкновенный. Сложившаяся ситуация очень генералу не понравилась. И так группа, отправленная в Македонию, готовилась очень мало, просто непростительно, непозволительно мало. Кроме того, она получила достаточно расплывчатое задание – «найди то, не знаю что». И осложнений им только не хватало для полного счастья.

Нефедов появился через двадцать минут. Он недалеко жил. С опухшим спросонья лицом, не совсем еще соображающий.

– Вызывали, товарищ генерал?

– Заходи. Тебе следует срочно войти в курс дела. Не знаю, сам будешь работатать или кого из своих офицеров подключишь, но ситуация такова. В Югославии американцы испытывают психотронное оружие. Там сейчас находится наша группа. Оружие разработано в Стамфордском международном институте профессором Баффало Броуди. С ним плотно работает наш человек – капитан Тарасова. Каким-то образом на нее вышли чеченцы, которые тоже заинтересованы в получении технологии. В Москве у Тарасовой оставался сын. Его похитили. Предположительно, он находится в Чечне. Почему-то не доложили в управление. Делом о похищении занимается милиция. Но ты сам знаешь, что это такое. Тарасову шантажируют, принуждают передать чеченцам копии всех добытых документов. Возможно, в институте у них есть свои люди. И она вынуждена будет передать чеченцам сведения. В том числе и об испытаниях. Естественно предположить, что чеченцы отреагируют немедленнно. И появятся в Македонии.

Твоя, полковник, задача – немедленно включить все каналы по поиску сына капитана Тарасовой. И сделать это необходимо максимум в два-три дня. Все средства будут хороши. Вплоть до применения спецназа. Дело того стоит. Сейчас поднимись в оперативный отдел, выясни все, что у них по этому вопросу имеется. И попробуй разнюхать. Не исключено, что Тарасову просто ликвидируют. Тогда вся наша затея будет лишней, и эксцессы лягут на наши плечи. Прочувствуй обстановку. От этого и пляши...

– Есть. Иду, Владимир Андреевич, иду.

– А я тут кстати кое-что вспомнил. Попробую другие каналы найти. Если получится, тебе передам. Все. Новости появятся, сразу ко мне.

– Есть.

Полковник вышел. Генерал немного поколебался, но посчитал, что служебные дела выше соображений собственной гордости. И набрал домашний номер полковника Старикова.

– Слушаю, – сонным голосом ответил Стариков.

– Костомаров. Разбудил тебя? Ничего, только на минутку. Потом будешь досыпать. Скажи-ка мне только одну вещь – кто тебе тогда сказал о Макараджиче первым.

– Не помню, – Стариков еще не проснулся полностью. – Сейчас, сейчас... А, генерал Болотов. Точно, он. Есть какие-то новости? Может, мне, товарищ генерал, следует прибыть? – Стариков спрашивал с такой надеждой, что генералу стало его жалко.

– Нет, спасибо, тут дело другое. По другому профилю. Ты не в курсе. Извини за беспокойство. Досыпай.

И положил трубку.

– Пол-Москвы сегодня подниму, – покачал он головой и снова взялся за телефон.

С генералом Болотовым у Владимира Андреевича были не то чтобы приятельские отношения, но вполне добросердечные. И он, несмотря на поздний час, позвонил ему домой. К удивлению, телефон был долго занят и беспрестанно набирать номер пришлось в течение минут, наверное, десяти.

– Слушаю, Болотов, – ответили наконец.

– Приветствую тебя, тезка. Извини за поздний звонок. Узнаешь?

– Скорее ранний, чем поздний. Привет, Володя.

– Разбудил?

– Нет, я еще не ложился.

– Что так?

– Ты же наши телефонные сети знаешь... В Интернет можно только ночью по-нормальному пробиться. Вот я и пробиваюсь.

– Сочувствую компьютерщикам. Я вот, кроме простейших операций, ничего освоить не смог. Потому восхищаюсь и сочувствую. А у меня к тебе дело. Ты как-то рассказывал моему полковнику про одну мобильную группу...

– Про Согрина. Помню. Его там один парень заинтересовал. Нашли?

– Нашли. Мы и Согрина нашли. Сам я с ним не встречался, но кое-что помню из его рассказа. Там присутствовал еще один герой. Где-то около Чечни живет. Промышляет тем, что пленных вызволяет.

– Тут уж надо с Согриным связаться. Он в Самаре живет.

– Хорошо. Только по телефону такие вопросы не решишь. А вызывать его сюда – дело долгое. Для меня время – петля на шее. Просто секунды считаю.

– Ладно. Есть еще вариант. Я с Согриным могу связаться через электронную почту. Сначала позвоню, предупрежу, чтобы он в свой почтовый ящик заглянул. А потом свяжусь. У меня с ним шифрованная связь. Эксклюзивная. Товарищеская.

– Это дело. Надежно?

– Вполне. Подвози текст.

– Текста нет. Просто нужно все узнать о том парне, что рядом с Чечней живет. И главное – как до него добраться.

– Тогда я просто запрошу звонком. А остальное пусть шифрует. Как только передаст, я сразу подошлю к тебе. Пойдет?

– Пойдет. Спасибо, Володя.

– Счастливо. За тобой коньяк.

Только Владимир Андреевич успел закончить разговор, как вернулся полковник Нефедов. Лицо озадаченное.

– Докладывай.

– Ситуация такая. Капитан Тарасова, как они говорят, суперагент. Я про многих «супер» за свою жизнь слышал, но такого еще не приходилось.

– Агент под псевдонимом Робот.

– Вот-вот... Она самая. И очень они своим Роботом дорожат. Она даже на связь самостоятельно никогда не выходит. Только через резидента. И связников к ней не посылают. Чтобы не засыпалась.

– Шестьдесят процентов засыпаются на связниках. Ну, и что дальше?

– Сын капитана Тарасовой жил с бабушкой. Три месяца назад бабушка умерла от инфаркта. Ей это не сообщили. Чтобы не переживала. Отца найти не смогли. Он шибко пьющий и давно уже где-то потерялся. Родственников близких нет. Парня устроили в интернат до возвращения матери. Она вскоре должна уже вернуться. Оттуда его и похитили.

– Обстоятельства?

– Стандартные. Гулял с друзьями по городу. Подъехала машина. В машине, по словам друзей, кавказцы. Подозвали его, что-то сказали...

– Что?

– Друзья не слышали. Да трудно ли что-то придумать. Мать ждет или отец... Сказали, он без разговора сел в машину, и его больше не видели.