На линии огня - Александр Тамоников

— Курс сильно изменился. Когда я здесь служил, рубль меняли на 10 крон.

— Да, было время — замечу, не самое лучшее для нас, чехов. Тогда за ваш червонец давали двенадцать долларов.

Александр взглянул на водителя:

— Сейчас живется лучше?

— Да. По крайней мере, мы независимы и не строим утопический коммунизм. Мы просто живем, и неплохо!

— Я рад за вас.

Сложив кроны в портмоне, Александр откинулся на спинку сиденья и попросил водителя до конечного пункта поездки не беспокоить его. Против спокойной музыки в салоне он ничего не имел. Дорога до Бардовиц заняла 2 часа. У въезда в город водитель спросил:

— Куда вам здесь надо?

— Вы хорошо знаете город?

— К сожалению, нет…

— Тогда подъезжайте к железнодорожному вокзалу, это второй поворот по прямой. Второй светофор.

— Добже!

У вокзала Александр расплатился с водителем, выдав ему две тысячи двести крон, забрал сумку и попрощался с чехом:

— Счастливой вам обратной дороги, пан Лемарек!

— И вам приятного времяпровождения в Чехии!

«Шкода» отъехала, Александр закурил. Огляделся. Здесь, у вокзала, мало что изменилось. Те же аккуратные домики, брусчатка с водоотводами, чистота и порядок вокруг. Только магазинов стало больше да машин. И среди них не было российских марок, в отличие от восьмидесятых годов, когда чехи охотно покупали советские «Волги», «Жигули», собственные «Шкоды» и «Татры», немецкие «Трабанты». Сейчас по дороге проезжали все больше немецкие и японские автомобили, современные «Шкоды». Забросив сумку за плечо, Александр прошел в центр города, пообедал в ресторане. Выйдя на улицу, медленно пошел в сторону дома, где раньше жила Злата. Начало темнеть. Он подошел к подъезду, где в квартире на втором этаже они со Златой были так счастливы. Посмотрел на окна. В них горел свет. Там ли его возлюбленная? Возможно. И, наверное, не одна. Черников увидел домофон, нажал на кнопку нужной квартиры. Ответил ему незнакомый женский голос:

— Да?

— Извините, я разыскиваю Злату Рингер!

— Она здесь давно не живет.

— Я прилетел из России, мне бы хоть что-нибудь узнать о ней! Я не отниму у вас много времени.

После непродолжительной паузы женщина ответила:

— Хорошо! Проходите.

Щелкнул замок, Александр открыл дверь, поднялся на второй этаж. На пороге его встретил молодой мужчина.

— Здравствуйте!

— Добрый вечер!

— Войдите.

В прихожей Александр спросил мужчину:

— Скажите, как давно уехала Рингер?

— Может, пройдете в гостиную?

— Нет, спасибо. Пара вопросов, и я уйду!

Мужчина повернулся к кухне:

— Гана, гость интересуется, когда отсюда выехала Злата Рингер.

Женщина вышла в прихожую:

— Точно сказать не могу. Я приобрела эту квартиру пять лет назад у семьи, уехавшей в Прагу. Мне сказали соседи, что раньше здесь проживала женщина с таким именем, но когда она съехала, не знаю.

— А соседи могут знать?

— Вряд ли. Здесь все жильцы сменились.

— Понятно.

— А, вот еще вспомнила: прежние соседи говорили, что Рингер выехала отсюда с дочерью еще до вывода советских войск.

— С дочерью?

— Да.

— И с мужем?

— О муже ничего не слышала. Ну, наверное, и с мужем.

— Спасибо! Извините за беспокойство, пойду я.

— Да не за что.

Женщина сказала:

— Надеюсь, вы найдете свою Злату! Чехия — страна маленькая.

— Я тоже на это надеюсь. Всего хорошего!

И Александр вышел из дома.

Март в Чехии выдался теплым. Снег сошел. Начал накрапывать дождь. Черников усмехнулся — как восемнадцать лет назад. Тогда, когда он впервые встретил Злату, тоже шел дождь. И благодаря ему он оказался в гостинце «Под каштаном». Правда, было это летом. Подняв ворот куртки, он пошел по улице Братиславской. Прошел мимо дома, в котором жил сам. И в его бывшей квартире горел свет. Там тоже жили другие люди. Да, времена меняются и, как ни старайся, время вспять не повернуть.

Выкурив сигарету под навесом подъезда, Александр решил пойти в кафе «Под каштаном». Уж там-то он должен получить информацию о возлюбленной и о ее семье. Теперь было очевидно, что Злата замужем. По крайней мере, выходила замуж. Вне брака, как католичка, она на роды не решилась бы. Хотя и аборты у католиков не поощряются. А за кого они могла выйти замуж? За Марека Челенека? Тот бессовестный и прилипчивый, мог добиться своего. Но тогда он так же мог вывести ее в любую другую страну…

Вот и кафе. В нем, во внешнем облике тоже ничего не изменилось, кроме вывески. Было заметно, что ее недавно заменили. Александр вошел в полумрак кафе. Здесь так же практически ничего не изменилось, даже интерьер. Только за стойкой была не пани Мария, а молодой суетливый парень, рядом с ним — девушка-официантка. Поздоровавшись, Александр прошел к столику в углу. Поставив сумку рядом, присел. Девушка тут же подошла к нему. На визитке Черников прочитал ее имя — Дана.

— Что угодно пану?

— Кружку пльзенского пива, пожалуйста.

— У нас пиво «Гамбринус».

— Хорошо.

— Больше ничего?

— Пока нет.

Девушка отошла к стойке, парень, наклонив кружку, наполнил ее светлым пенистым напитком. Дана вернулась, положила на стол картонную подставку, поставила на нее кружку:

— Пожалуйста!

— Спасибо! Извините, Дана, я могу задать вам несколько вопросов?

— Конечно!

— Раньше, в восьмидесятые годы заведение принадлежало пани Марии Рингер, в зале работала Злата Рингер, ее дочь. Скажите, вы что-нибудь знаете о них?

— Вы были знакомы с пани Рингер?

Александр улыбнулся:

— Да! Недолго, к сожалению.

— И вы приехали из России?

— Это заметно?

— Да…

— Так что вы можете сказать о бывших владельцах кафе?

— Одну минуту, пан, я должна кое-что уточнить.

Девушка повернулась, но в это время в кафе вошла женщина в плаще. Темный зонт скрыл ее лицо. Дана остановилась, взглянула на Черникова:

— А вот и хозяйка кафе, пани Злата Рингер!

У Александра словно что-то оборвалось внутри. Его тело охватила дрожь. Он поднялся, глядя на вошедшую женщину, которая сложив зонтик, снимала плащ.

Официантка подошла к ней: