В плену у талибов - Александр Тамоников

– В случае возникновения данной ситуации действия подгруппы по моей команде! И помните: наша задача – обеспечение безопасности госпожи Крофт и доставка ее на базу в Хуми. Вместе с группой или без «Ориона». Это понятно, Шепель?

– Так точно!

– Начинай выдвижение на плато.

Ровно в 22–00 подразделение специального назначения «Орион» начало ночной марш к горному массиву, к границе между Пакистаном и Афганистаном. Подполковник Соловьев повел основную группу к роще, майор Шепель вывел свою подгруппу непосредственно на плато. Там он отдал команду:

– Ким – вперед, Дрозд – в тыл, мы с Луизой посредине. Движение по карте.

Офицеры заняли свои места в боевом порядке подгруппы.

Шепель взглянул на Крофт:

– Прекрасная ночь, Лу, не правда ли? А небо? Все в звездах. Многие из них срываются с орбит и уходят в вечность. Загадывай желание.

– У меня одно желание – быстрее добраться до базы.

– Это понятно. Оттуда домой, в Штаты… Забыть эту чертову войну и начать жизнь с чистого листа.

– Нет, Майкл, я буду просить генерала Вайринка, чтобы он оставил меня в отряде.

– Зачем? – удивился Шепель. – Ты мало пережила за последние дни? Еще большего экстрима желаешь?

– Я приняла решение остаться в отряде, и оно не обсуждается.

– Ты действительно странная женщина…

«Орион» двинулся вперед. Выдерживая среднюю скорость в три с половиной километра в час, с привалами после каждых пяти километров, и основная группа, и подгруппа майора Шепеля должны были пройти двадцать пять километров по плато за восемь часов – естественно, при отсутствии внештатных ситуаций. Задача вполне выполнимая не только для спецназовцев, которые преодолели бы данный маршрут и за пять часов, но также для не подготовленных к маршам пилотов «Ил-76». На каждом привале Шепель связывался с Тимохиным, докладывая о пройденном отрезке пути. Таким образом, «Орион» вышел в квадрат… в 6 часов 10 минут. Место длительной стоянки представляло собой небольшую рощу на пологом склоне предгорья, имеющую перед собой террасу, поросшую кустарником. Идеальное место для отдыха и, в случае необходимости, обороны от противника, что наступал бы с востока, но весьма неудобная позиция для отражения атак боевиков с запада. Впрочем, на западе находилась граница, и ждать нападения оттуда не приходилось. Для этого талибам нужно было обойти участок пологого хребта и выйти к пакистанскому погранпосту, оттуда подняться на вершину и только тогда развивать наступление по спуску. На все это требовались уйма времени и информация о точном месте расположения спецназовцев, которой у талибов быть не могло. Да и решения на проведение мероприятий по выставлению заслонов, на которое требовалось большое количество боевиков, имеющих опыт ведения боевых действий в горах, руководство талибов могло принять только после тщательной экспертизы на месте падения сбитого ими «Ил-76». По всем раскладам получалось, что даже при получении данных об отходе спецназовцев, разгромивших базу Чаранди и уничтоживших Темирзая, талибы будут в состоянии предпринять что-либо не ранее завтрашнего дня, возможно утра. А к утру одиннадцатого числа группа Тимохина в полном составе уже должна выйти на плато у рощи, в двадцати километрах от афганского селения Пангур, где спецов будет ждать вертолет «Ми-8» майора Родионова.

Рассредоточив людей на отдых, Тимохин связался по радиостанции малого радиуса действия с майором Шепелем:

– Гость! Я – Орион!

– Гость на связи, слушаю тебя.

– Где находишься?

– В километре от вас, там, где по карте закончился маршрут моей подгруппы.

– И как место?

– Нормально. Устроились у невысокого утеса, в ложбинке. Сверху нас не видно, с флангов – только вблизи, метров с двадцати, а спуск и плато перед нами как на ладони. Выставил дозорный пост.

– Как Крофт?

– В порядке. Держится молодцом, практически ни в чем нам не уступает. Подготовка у нее, скажу, превосходная.

– Это радует. Оставь за себя кого-нибудь из офицеров и следуй ко мне для уточнения дальнейшей задачи и отработки маршрутов выхода подразделения к ущельям!

Отключив рацию «Блик», Тимохин приказал связисту Самойлову обеспечить связь с Москвой. Спустя минуту тот передал командиру группы трубку спутниковой станции «Орбита»:

– Генерал-лейтенант Феофанов на связи!

Тимохин кивнул, поднес трубку к уху:

– Утро доброе, Сергей Леонидович!

– Здравствуй, Саша. По голосу слышу, у вас все идет по плану?

– Так точно! В 6-10, совершив двадцатипятикилометровый марш по плато, группа «Орион» и подгруппа Шепеля вышли в заданный квадрат. Плато прошли без проблем. В настоящий момент бойцы рассредоточены на отдых с выставлением постов наблюдения.

– Понятно! Как чувствует себя госпожа Крофт?

– По докладу майора Шепеля, превосходно. У вас, Сергей Леонидович, нет данных по работе «духов» на месте крушения «Ил-76»?

– Есть кое-что, космическая разведка сбросила немного информации. Талибы вышли к обломкам самолета около 4 утра и с ходу начали разбирать останки, наверняка пытаясь вытащить фрагменты человеческих тел. В 6-00 по местному времени разведка сообщила мне о прибытии на место катастрофы еще одной группы талибов на вертолете. Скорее всего, это эксперты. По мнению специалистов, их работа может занять от суток до нескольких недель.

– Значит, время у нас более чем достаточно.

– Пока – да, а как будет в дальнейшем складываться обстановка, не известно никому.

– Прорвемся в любом случае.

– Лучше, если операция завершится тихо.

– Кто бы спорил. Но если надо…

– Знаю, Саша, – прервал генерал командира «Ориона», – если надо, вы сделаете невозможное. Хорошо, что для этого пока нет ни малейших причин… Следующий сеанс связи после начала второго этапа марша. С маршрутами когда определяться будешь?

– Я уже вызвал Шепеля.

– Вопросы ко мне есть, Саша?

– Никак нет, Сергей Леонидович!

– До связи!

Тимохин вернул трубку связисту:

– Отдыхай пока, Сережа, будешь нужен, разбужу.

В этот момент подошел Шепель:

– Неплохо устроились, командир. Одно хреново: днем отдыхать – только мучиться.

– Как будто для тебя это внове.

– Не внове, а привыкнуть не могу… Ладно, что у нас за дела? Маршруты на следующий этап марша?

– Да. Присаживайся рядом.

Шепель сел на траву, Тимохин выложил карту.

– До входа в Тальдакское ущелье пятнадцать километров, и все время на подъем, но под надежным прикрытием крон деревьев. Часов за пять дойдем, а вот дальше надо решить, по какому ущелью ты поведешь свою подгруппу: по северному от Тальдака или по южному?