Волчьи гонки - Николай Геронин

Были в фильме и другие несоответствия и нестыковки. К примеру, Штирлиц, служивший во внешней разведке, почему-то больше времени на службе проводил с Мюллером и выполнял приказы этого гестаповца, а не начальника разведки Шелленберга в исполнении Олега Табакова. Телефильм «Семнадцать мгновений весны» таил в себе мистические моменты. Не по содержанию, а по внешним обстоятельствам, связанным с этой лентой.

Вячеслав Тихонов вполне мог не попасть в состав исполнителей ролей в этом телефильме. Дело в том, что актер до этого проходил пробы на главную роль в художественном фильме «Мертвый сезон» о советском разведчике уже в послевоенный период. Но режиссер Савва Кулиш отдал предпочтение литовскому актеру Донатасу Банионису. Если бы Тихонов получил эту роль в «Мертвом сезоне», он уже не мог бы претендовать на роль разведчика в «Семнадцати мгновениях весны». Это уже было бы слишком — одно и то же лицо в двух фильмах о разведчиках. А так Татьяна Лиознова выбрала Тихонова на роль Штирлица. Поражение с «Мертвым сезоном» обернулось для Тихонова триумфом в «Семнадцати мгновениях весны».

Банионис прекрасно сыграл в «Мертвом сезоне». Этот фильм имел огромный успех. Но «Семнадцать мгновений весны» отличались оглушительным, небывалым успехом. Штирлиц стал для зрителей, да и для всего населения, народным героем почти как Чапаев. О Штирлице пошли анекдоты, как о Чапае.

* * *

В жизни Юрия Петровича Веригина наметились перемены. И весьма значительные. Но что это принесет в итоге — неведомо.

Майора Веригина вызвали летом к начальнику управления. Генерал-лейтенант, как обычно, не стал растекаться мыслью по древу и сразу же начал по существу:

— Веригин, принято решение направить вас в загранкомандировку.

— На встречу с МакНелли? — не утерпел вклиниться с уточнением Веригин.

— Забудьте о МакНелли! Это теперь не ваша забота. Вам предстоит другая работа.

— Какая же?

— Вы направляетесь в Малайзию заместителем резидента! Подготовлено представление о присвоении вам воинского звания подполковника.

— В Малайзию?! Замом резидента? — искренне удивился Веригин, хотя ему по роду деятельности вроде бы не к лицу проявлять удивление, тем более перед лицом высокого начальства.

— Да, в Малайзию, — подтвердил генерал. — Вы прекрасно понимаете, что мы не можем направить вас в Японию или в США. Западная Европа тоже отпадает — ЦРУ и японская разведка, наверняка, передали туда сведения о вас.

— Просто — все это неожиданно! — искренне поделился Веригин.

— Конечно, прошло сравнительно мало времени после бегства Мазуна, вашего напарника. Потенциальный противник прекрасно помнит, кто вы и каков ваш потенциал как разведчика.

— И все же… — начал было Веригин.

— Майор, вы прекрасно знаете себе цену как оперативнику! Мы тоже осведомлены о вашем потенциале. К тому же вы добровольно отказались от продолжения контактов с МакНелли.

— Это в интересах дела.

— Вот именно! В интересах дела! Для вас дело, судя по всему, важнее личного успеха. Такой подход следует ценить и поощрять.

Наступила пауза в разговоре. Майор переваривал услышанное, а генерал-лейтенант думал, не слишком ли он разоткровенничался с этим Веригиным.

— Малайзия, — продолжил начальник управления, — приобретает все больший вес в Ассоциации государств Юго-Восточной Азии. Нам также важна позиция этой страны в ООН в плане поддержки или неприятия наших внешнеполитических инициатив. Поэтому наша деятельность в этой стране становится все более значимой.

— Понимаю, товарищ генерал! — откликнулся Веригин. А про себя подумал: «Но Малайзия, конечно же, не Япония».

— Еще один момент, который следует учитывать! — подчеркнул генерал. — Нас интересует позиция Куала-Лумпура в случае чрезвычайных обстоятельств. Я имею в виду: смирится ли Малайзия с проходом наших военных кораблей через Малаккский пролив для их выхода в Мировой океан при резком обострении международной обстановки и угрозе военных действий?

— Буду иметь в виду, товарищ генерал!

— Да, Веригин, хочу по-дружески предупредить вас: Малайзия — это не Япония. Формат нашей работы там отличается от масштаба деятельности в Японии. Так что не лезьте на рожон!

— Что вы имеете в виду, товарищ генерал? — переспросил Веригин, хотя, пожалуй, не стоило задавать этот вопрос.

— Я имею в виду, что там уровень нашей работы ниже, чем в таких странах, как Япония. Это связано с различными причинами. Во-первых, Малайзия как государство все же не входит в число тех стран, которые определяют мировую повестку дня. Во-вторых, как бы это поделикатнее сказать, в Малайзии у нас кадры несколько слабее, чем в резидентурах в США, Великобритании, Германии, Японии. И это естественно.

— Конечно, Малайзия не входит в число ведущих государств мира, но занимает достойное место в Азиатско-Тихоокеанском регионе, — отметил Веригин.

— Я рад, что вы, майор, понимаете ситуацию. Но все же уточню кое-что: в Куала-Лумпуре у нас резидентура гораздо меньше, чем в Токио. И круг задач — уже.

— Понимаю, товарищ генерал!

— И последнее: резидент там уже предпенсионного возраста, поэтому направляем вас как молодую кровь. Но не зарывайтесь!

— Так точно, товарищ генерал!

Начальник управления поморщился. Он перешел с Веригиным почти на доверительный характер разговора, а тот все отвечал построевому, не обращая внимания на деликатность момента. Но все же следовало приоткрыть ему карты.

— Майор, работайте в Малайзии спокойно! Не лезьте поперек батьки в пекло!

Помолчав, генерал произнес самое важное в ходе этого разговора:

— Веригин, Малайзия для вас — не последний шанс в карьере. У нас большие планы в отношении вас на будущее!

* * *

Веригин начал готовиться к командировке в Малайзию. Стал изучать открытые материалы по этой стране, оперативные донесения из резидентуры в Куала-Лумпуре.

Параллельно он приступил к освоению обязанностей в рамках своей будущей официальной должности в посольстве СССР в Федерации Малайзия — первого секретаря, заведующего информационным отделом посольства.

В азиатском отделе МИДа он уже успел постажироваться перед командировкой в Японию. Теперь предстояло познакомиться в общих чертах с деятельностью на информационном поле.

Веригин выбрал в качестве ориентира ведущее информационное агентство страны, договорился с первым заместителем генерального директора агентства о встрече. Но первого зама не оказалось на месте в условленное время: он срочно уехал по каким-то неотложным делам. Веригину не оставалось ничего иного, как ждать его возвращения «с минуты — на минуту», как сообщила секретарша.

Огромная приемная была предназначена одновременно для генерального директора и его правой руки, но у каждого имелся свой секретарь. Направо была дверь в кабинет гендира, а налево — в кабинет первого зама.