Риск просчитать невозможно - Михаил Серегин

– Милая, ты сегодня так обворожительна, – пропел сладенький голосок где-то в отдалении.

Андрей спешно добавил громкость, и звук стал чище и ровнее.

– Что-то не так? Почему ты напряжена?

– Ты сам знаешь, – словно собаке кость, кинула в ответ женщина. – Меня все пытаются убедить, что это сделал ты.

– И ты веришь?

Голос так и располагал к доверию.

– Нет, но…

– Забудь. Они просто завидуют нашему счастью и хотят очернить меня в твоих глазах. Но ты ведь не позволишь им этого? Нет…

Последние слова растворились в звуке поцелуя и негромком постанывании.

– Расслабься. Мне так нравится, когда ты улыбаешься. Мне с тобой так хорошо.

– И только-то? – В сказанном звучал упрек.

– Конечно, нет. Я тебя просто обожаю. И ради тебя я готов на все. Кстати, у меня есть предложение.

– Какое?

– Очень и очень заманчивое. Я тут слышал, что в нашей клинике проводилось исследование какого-то препарата…

– Да, было такое при прошлом директоре, но…

– Но что?

– Я не вижу смысла это продолжать. Все ведь так плохо финансируется. И потом, я не вижу смысла в его доработке.

– Но он доработан.

– Откуда ты знаешь? – Она насторожилась. Но он быстро снял ее напряженность длительным поцелуем, после чего произнес:

– Все оттуда же. Я много беседую с теми, кто там работает. И вот что я подумал. Если бы ты подписала документ об отсутствии у этого препарата побочных действий и его можно было бы выставить в продажу, мы могли бы получить хороший куш и на эти деньги поехать куда-нибудь отдыхать.

– Мы и так можем.

– Ты можешь, – слегка надулся он. – А я не хочу за твой счет. А так это была бы моя идея, и мне полагался бы тоже какой-то процент. Как ты на это смотришь?

– Плохо.

– Почему?

– Во-первых, все, кто работал над этим проектом, – мертвы. Во-вторых, я знаю, что с ним было что-то не так и имелись какие-то отклонения. Он требует серьезной проверки.

– Глупости. Я лично участвовал в эксперименте, – как снег на голову обрушил он эти слова.

– Ты?

– Да я. Его пробовали и на мне тоже, и видишь, все в полном порядке. Я обещал никому не говорить, но тебе можно. – Он снова поцеловал ее. – Я совершенно здоров, никаких отклонений. Я чувствую себя лучше кого бы то ни было. А ты говоришь, побочные эффекты… Давай же, решайся: ты подписываешь бумаги, я ищу покупателя, и дело в шляпе. Пока только мы можем его производить, и мы будем первыми и самыми, – судя по скрипу полов, он поднял женщину на руки, – богатыми. Мы первооткрыватели!

Она голосисто засмеялась. Затем парочка вновь принялась целоваться, а когда все же отлипла друг от друга, женщина произнесла:

– Но ты ведь понимаешь, что я тут человек новый и не могу решать такие вопросы одна.

– Не можешь? Да брось – ты главная и самая-самая лучшая. Ты не обязана ни перед кем отчитываться. Кстати, если хочешь, все, что я сказал, тебе подтвердят другие. Ну, например, спроси о ходе эксперимента у Федора Феодосиевича. Он, кажется, в курсе. Он все объяснит. Давай же, решайся.

– Ладно, я подумаю и завтра тебе скажу, – сдалась женщина. – И давай больше сегодня не будем об этом. Я устала от всех этих ментов и сующих свой нос куда не нужно спасателей.

– А они тебя что, доставали? – Чувствовалось, что парень насторожился. Повисла минутная пауза, но потом она небрежно ответила:

– Не то чтобы очень. Так, задали несколько вопросов с подвохом, но я ничего не сказала. И, как ты и просил, была очень осторожна, на тот случай, если за мной вздумали бы следить. Эти люди действительно ненормальные: суют свой нос куда их не просят.

– Умничка. Ты у меня просто золотая.

Вновь послышались поцелуйчики, и сидящие у прослушивающего устройства спасатели брезгливо поморщились.

– Все, выключай, – скомандовал Ашот. – Терпеть не могу это слюнтяйство.

Андрей не слушал.

– Выключай, говорю! – повысил голос Мачколян.

– Не нужно, – попридержал его Грач. – Они могут продолжить разговор. Пусть пишет. А ты можешь выйти. Алекс, ты с нами?

Величко кивнул. Мужчины медленно переместились из кухни в спальню, дав Андрею, которому назревающее действо весьма нравилось и вызывало в нем целую бурю эмоций, возможность спокойно работать дальше.

– Мне интересно, почему он указал ей именно на этого старика? Странно и подозрительно. Почему не на кого-то еще, а именно на него?

– Да сдался тебе этот старик, – махнул рукой Ашот. – Ну, может, он больше никого там не знает.

– Не думаю. Если этот парень туда кем-то заслан, то он не станет общаться со случайными людьми, только с теми, кто завербован их конторой.

– Так ты думаешь, он человек Едунова?

– Его, не его, но не сам он тут чинит беспорядок, это уж точно. Слишком мелкая сошка для больших дел. Кстати, его не помешало бы проверить.

– Понял, – кивнул Ашот и, достав свой сотовый, отошел к окну. Остальные терпеливо ждали, когда он позвонит своим знакомым, а так как это длилось слишком долго, потеряли к его болтовне всякий интерес и стали беседовать между собой.