Мститель - Александр Тамоников

– Это и есть знаменитый левый берег Дона?

– Да!

– Мутное место!

– Для кого как! Вечером и ночью здесь весело.

– А с утра такое ощущение, словно едешь на кладбище.

Ибрагим усмехнулся:

– В каком-то смысле, вы правы. В свое время здесь немало людей полегло. И сейчас иногда случаются трагедии.

– Угрожаешь?

– Да что вы? У нас не принято угрожать гостю!

Сотовый телефон подельника Кабана издал сигнал вызова. Ибрагим включил трубку:

– Слушаю!

– Это Халиф!

– Говори!

– За тобой «хвоста» нет!

– Точно?

– Да!

– Спасибо!

Отключив телефон, Ибрагим снизил скорость, выехал на обочину, остановил престижную и дорогую иномарку.

Андрей спросил:

– Что-то случилось?

– Нет, мне надо закончить разговор с другом, но с другого телефона, этот как назло разрядился. Извините, вторая труба в бардачке, вы не могли бы передать ее мне?

– Какие проблемы?

Дементьев открыл бардачок и в это время почувствовал легкий укол в плечо. Он повернул голову к бандиту и... потерял сознание. Ибрагим захлопнул бардачок. Пристегнул обмякшее тело капитана ремнем безопасности, включил «севший» телефон, набрал номер.

– Лечо? Ибрагим!

– Да?

– Клиент приведен в надлежащий вид!

– Как насчет «хвоста»?

– Халиф звонил. Доложил, что нет никакого «хвоста». Он сейчас блокирует дорогу. Пока сигнала тревоги от него не поступало.

– Хорошо! Вези гостя ко мне.

– Не обыскать его?

– Это я сделаю сам.

– Понял!

Ибрагим отключил телефон и продолжил движение. Ехал недолго. Пройдя километров пять, остановился. Из лесополосы к «Мерседесу» вышли два крепких на вид парня. Вытащив спящего Дементьева из машины, потащили в заросли. Передав клиента, Ибрагим развернул иномарку и повел ее обратно в город. По пути встретил машину Халифа. Моргнул ему фарами. Тот ответил тем же. Иномарки разъехались. Стрелки часов на руке Ибрагима показывали 12 часов 53 минуты.

Очнулся Дементьев в темной каюте судя по всему небольшого теплохода, стоявшего либо у причала, либо на реке, на якоре. Шума движения слышно не было. Андрей поднялся. Тряхнул головой, выглянул в иллюминатор. Увидел берег, поросший лесом. Значит, судно, на которое его доставили, предварительно усыпив сильно и быстро действующим снотворным, стояло возле берега. Вопрос, далеко ли от Ростова? Андрей включил свет в каюте. На столике стояла бутылка с минеральной водой, лежали его сигареты, зажигалка рядом с пепельницей. Капитан проверил карманы. Ни оружия, ни документов, ни денег при нем не было. Бандиты сняли и часы. Андрей открыл крышку бутылки, жадно припал к горлышку. Утолил жажду, сушившую полость рта после снотворного. Еще бы таблетку аспирина выпить, но аптечки в каюте не было. Он присел на диван, закурил. Сделал две затяжки, затушил окурок. Дым вызвал приступ тошноты. Сплюнув на пол, Дементьев подошел к двери. Она, как и ожидалось, оказалась закрытой. Андрей ударил по ней ногой, крикнув:

– Эй, на палубе?! Что за дела?

В коридоре раздались шаги. Дверь открылась, и Дементьев увидел улыбающуюся физиономию Кабадзе:

– Проснулся, мент? Как чувствуешь себя?

Андрей отошел к дивану-полке, присел:

– Как чувствую себя, спрашиваешь? Хреново чувствую. За каким чертом было колоть мне всякую гадость? Хотя... меры предосторожности, предпринятые тобой, говорят о том, что ты предполагаешь отпустить меня после разговора.

Кабадзе присел на противоположный диван. Каюта походила на купе железнодорожного вагона. Разница состояла в том, что вместо окна был установлен иллюминатор. Бандит увидел след от плевка:

– Ай, нехорошо ведешь себя, мент? Разве приличные люди плюются на пол?

– На пол, значит, нельзя? А на стены, потолок?

– Ладно! Перейдем к делу. Что за информацию ты хочешь продать мне? Никаких документов в сумке я не обнаружил. Впрочем, это объяснимо. Только идиот потащит с собой ценные бумаги в надежде тут же получить за них деньги, а не пулю в лоб. Так что за информация?

Дементьев посмотрел на дверь:

– Ты уверен, что нас никто не слышит?

– На теплоходе верные мне люди.

– Я спросил не о том, кто находится на этом суденышке, а о том, уверен ли ты, что нас никто не слышит.

– Считай, никто не слышит.

– Что ж, дело твое, но предупреждаю, если суть нашего разговора станет известна твоим надежным людям, то тебе может не поздоровиться. Более того, ты будешь обречен.

– В чем дело, мент?

– Обеспечь секретность наших переговоров. Мою настойчивость ты оценишь позже.

– Говори, нас никто не слышит!

– Хорошо! Тогда позволь представиться: капитан спецподразделения Главного управления по борьбе с терроризмом Дементьев Андрей Семенович! Как и говорил, не совсем мент, не совсем участковый. Большего по телефону сказать не мог.

Кабадзе впился в Андрея черным безжалостным взглядом:

– Офицер спецслужбы?

– Да, Кабан! Тебе дали уйти из Москвы по решению командования Управления. И мой визит на квартиру Каримова, которого ты завалил, был игрой.

– Ты самоубийца? Или у тебя крышу снесло после получения крупной суммы денег? Только безумец или смертник способен прийти к своему врагу для того, чтобы открыться ему! Но в спецслужбе смертников не держат, хотя вы все по натуре своей смертники. Но не для данной ситуации. Ты не понимаешь, что теперь я просто обязан убить тебя?

– Это ты не совсем понимаешь, в какое положение попал. Разве стала бы спецслужба посылать на контакт с тобой своего офицера, не обеспечив его полного прикрытия?

Глазки Кабадзе забегали. Действительно, спецы всегда прикрывали своих. Но тогда зачем объявился этот Дементьев?

Андрей, видя замешательство противника, произнес:

– Да расслабься ты, Кабан! Если бы мы хотели завалить или захватить тебя, то теплоход подвергся бы штурму сразу после того, как на борт выгрузили меня. И на этот раз тебе не удалось бы уйти.

Поняв, что попал в засаду, Кабан прошипел:

– А твое начальство не подумало о том, что перед тем, как подохнуть самому, я завалю тебя?

Дементьев ответил спокойно:

– Мое начальство продумало все варианты перед тем, как выходить на тебя! Кстати, ты не задумывался, как я узнал номер твоего сотового телефона? От старого же ты избавился? Что молчишь? Не задумывался! А зря. Впрочем, все равно тебе это ничего не дало бы. Мы вытащили бы тебя из кошары под Хаба-Юртом, где ты последнее время отсиживался. Или это не кошара, а дом со всеми удобствами и кучей проституток в придачу? Что совершенно не важно. Служба вела тебя от самой Москвы, и сейчас на дисплее спецаппаратуры штаба Управления светится точка, указывающая на место твоего нахождения.