Последний штурм - Александр Тамоников

Первыми в открывшийся проем, откуда к «Хаммеру» вышли местные охранники, рванулись Сургин с Семашиным. В их первоначальную задачу входило уничтожение этих проверяющих машины охранников. Два бесшумных выстрела легли точно в цель. Офицеры прыгнули под металлическую конструкцию смотровой площадки, так как подоспевший гранатометчик с ходу всадил кумулятивный заряд в хвост джипу. «Хаммер» взорвался, подброшенный вверх. Спецконвой так ничего и не понял, уничтоженный кумулятивным зарядом. В огонь метнулся Семашин, ведя за собой тройку бойцов. За ними рванулся и Сургин со вторым гранатометчиком и подоспевшим Павловым. Оказавшись на открытой территории между двух зданий, одно из которых было огорожено колючей проволокой, спецназ сразу же открыл огонь по вышкам, сбивая с них основных часовых. Прорыв в Шаргаур провели в считаные секунды.

Сургин отдал команду Семашину:

— Саня! Мухой в администрацию! Блокировать начальника тюрьмы. Я в подвал!

Директор Абидин Даяни прибыл на рабочее место полчаса назад и должен был, по идее, находиться в кабинете. Основной персонал Шаргаура еще не подошел. Его рабочий день начинался в 9 часов.

Майор морского спецназа повел группу из трех человек в административное здание.

И сразу на входе столкнулся со служащим тюрьмы. Араб был одет в военную форму с огромными четырехугольниками вместо привычных звезд на погонах. Он попытался вытащить из кобуры пистолет, но боец Семашина сразил его короткой очередью. Перескочив через дергающийся в предсмертных судорогах труп, Семашин побежал по лестнице на второй этаж, где находился кабинет начальника тюрьмы.

Андрей с гранатометчиком и Павловым по бетонной лестнице спустились в подземный бункер, который оканчивался железной бронированной дверью. Сургин вызвал Талала:

— Друг! Как твои дела?

— Шум вы подняли большой. Черный дым поднимается над тюрьмой! Он наверняка привлечет внимание местных полицейских!

— Черт с ним! Ты подогнал «Ниссан»?

— Да!

— Наши люди в салоне?

— Да!

— Передай им рацию и сваливай домой! Твоя работа окончена.

Халиф не ответил. Вместо него раздался другой, спокойный голос:

— Я – Прикрытие! Обстановку перед тюрьмой контролируем!

— Отлично! Мы быстро!

Сургин, отключив рацию, взглянул на Павлова с гранатометчиком. Теперь многое зависело от того, как сработает майор Семашин.

А тот в это время ворвался в кабинет начальника тюрьмы.

Абидин Даяни держал в руке трубку, наклонившись над телефоном. На столе перед ним лежал пистолет. Выстрел, и трубка телефона, выбитая пулей, отлетела в сторону. Даяни вскрикнул, схватился за кисть, упав в кресло, с ужасом глядя на неизвестных людей в масках. Второй выстрел заставил его вздрогнуть и закрыть глаза. Но боли начальник тюрьмы не почувствовал. Только что-то ударилось в стену. Семашин скомандовал по-английски:

— Сидеть на месте! Не дергаться! Да глаза открой! Быстро!

Даяни выполнил приказ.

Майор спросил:

— Кому успел позвонить?

Начальник тюрьмы отчаянно замотал головой:

— Никому! Честное слово! Хотел предупредить подвал, не успел, появились вы!

Семашин сблизился с арабом, приставив к его виску глушитель автомата:

— Так звони сейчас! Сообщай, что прибыла смена!

Но Даяни вновь отрицательно покачал седой головой, объяснив:

— Это не в моей компетенции. Я могу лишь предупредить людей эмира об опасности, но о прибытии смены сообщает своему коллеге сам новый начальник тюрьмы!

Майор вырвал из чехла рацию:

— Первый! Тюремщик не может открыть дверь в подвал!

Андрей сориентировался быстро:

— Понял! Вали его и начинай отход. Перекрой улицу!

— Принял!

Сургин, отключив станцию, повернулся к гранатометчику:

— Давай, выбивай дверь!

И обратился к Павлову:

— После разрыва гранаты врываемся в подвал. Там пять рыл. У нас секунды, чтобы сделать их.

— Ясно, командир.

Гранатометчик вскинул свое оружие на плечо:

— Готов!

Андрей приказал, упав на бетон и повалив рядом с собой Павлова:

— Огонь!

Граната ударила в левую сторону железной двери, прожигая металл, а заодно и сбивая ее с петель. Грохот чуть не порвал перепонки ушей спецназовцам. Но им предстояло действовать. И Сургин с Павловым рванулись в рваную дыру, образовавшуюся от разрыва гранаты. Сквозь дым и пыль заметили в начале коридора изуродованный, сожженный труп. Видимо, один из гвардейцев спецкараула во время атаки находился непосредственно у двери. За что и поплатился.