Отверженный 追放者 Часть V - Александр Орлов

— Куда-то торопишься? — прищурился я.

— У меня продукт пропадает, — наклонил он голову. — Её сердце ещё качает кровь, и оно на пределе.

Я снова взглянул на маленькое тельце на столе. Будто персонаж из детской сказки переступил через страницу и случайно попал в совсем другой жанр. Алиса в стране ужасов. Случайно я заметил аккуратно сложенную стопку одежды под столом. Рядом с розовым рукавом кофточки на бок завалился серый потрепанный плюшевый заяц. Длинные уши закрывали его мордочку, не давая увидеть бусины глаза, будто он прятался от кошмара, в котором оказался.

— Это её? — поинтересовался я.

— Хай, их приводят с улиц. Мы обеззараживаем, переодеваем, вещи оставляем с телами на острове. Так, что Икари-кун? — Спросил он требовательно. — Мне нужно закончить работу.

— Мне тоже, — тихо произнес я и резко навалился на него, зажимая рот ладонью и пронзая грудь ножом.

Он даже вскрикнуть не успел, так был уверен, что я оставлю его в живых.

Справа, ещё справа, в легкое, чтобы этот выродок почувствовал вкус своей крови, что хлынет по гортани в рот. Мы упали на гладкий пол, я вырвал танто из плоти, направил его обратным хватом и с рыком вонзил нож уроду в глазницу, заглядывая в единственный оставшийся глаз. Лезвие пробило линзу очков и вошло глубоко в череп, моментально закончив схватку.

— Я бы хотел и тебя расчленить, больной ты кусок дерьма, — прошептал я ему на ухо.

А ещё люди говорят, что я псих. Только посмотреть на этих моральных уродов, как я буквально белым и пушистым кажусь.

Я выдрал танто из его головы, и поднялся, тяжело дыша. Так. Выход. Пора бежать.

Я ринулся к двери в операционную, но наткнулся на Музу, что встала в проходе. Она молча смотрела на меня своими красными глазищами, будто на что-то намекая.

— Что⁈ — не выдержал я, с трудом сдерживая злость.

Она перевела взгляд на операционный стол. Я замер на секунду, пытаясь осознать её намек.

— Нет, — замотал я головой. — Есть Правило.

— Ты о нем не вспоминал на острове, — пожала она плечами.

— Нет, я не буду этого делать, — помрачнел я. — Даже, мать твою, не думай.

— Бросишь её так? Подыхать от потери крови? — хмыкнула она.

Я развернулся в нерешительности, глядя на девочку на столе. Если я не убью её… брошу её⁈ Что мне делать?

Нет, это извращенная логика Музы, не моя. С каких пор я прислушиваюсь к её сумасшедшим идеям⁈ Если бы послушал её тогда, Асуры бы не было в живых. Пошло оно все, нужно уходить.

Вдруг меня бросило в пот. Доселе невидимая мной фигура отделилась от стены и приблизилась к столу. Склонилась над девочкой, мягко проводя ладонью по её голове. Что за черт? Дыхание сбилось, я смотрел на человека у стола, не понимая что происходит.

Он поднял голову, глядя на меня и выходя на свет.

Черт возьми. Теперь и ты.

Акира Терада смотрел на меня с мрачной решимостью.

Он выглядел так, будто он никогда не покидал службу. Зачесанные назад волосы, аккуратная бородка и белая рубашка с накрахмаленным воротником.

Ему не нужно было ничего говорить, все и так понятно. Он не просил и не требовал. Его изогнутая линия бровей будто говорила за него, — ты должен. Ты убил меня, так отвечай за это. Сделай это за меня.

Так будет правильно, — говорил он без слов.

Так будет правильно.

— Куда ты смотришь? — спросила Муза раздраженно.

Я проигнорировал её, отбросил бычок, и твердым шагом направился к столу. Я собирался сделать немыслимую глупость, и времени на размышления у меня не было.

Я встал у стола и неожиданно понял, что так работать не смогу. Он был слишком высоким, настроенным под рост хирурга, а ублюдок Цуме был долговязой скотиной. В этом случае, он мне и поможет…

Я протащил труп Цуме по полу, оставляя кровавый след. Перевернул его на живот под столом и наступил ему на спину, будто на ступень. Так… где это… скальпель обычный и брюшистый, зажимы, пинцет, крючки, зонд, иглодержатель, где, мать его, хренов шовный материал⁈

Ну же, ну же! А, вот он, я схватил моток, вооружился иглой и выдохнул.

Что тут у нас… Цуме нужно было сердце, он сам так сказал. Ублюдок успел сделать два диагональных разреза и повел линию вниз к животу, на чем я его и прервал. Он не успел отделить грудину от ребер для доступа к внутренним органам, а значит, шанс у меня есть. Я на всякий случай проверил, не повреждены ли хрящи, что соединяют ребра с костью. Прощупал пальцами, простучал и проверил глубину разреза.

(Руки! Руки помыть забыл!)

Вот черт, а ведь и правда… На моих ладонях осталась кровь Цуме, а я пытался оперировать девочку. Но на приготовления просто нет времени, нужно работать, пока никто не зашел!

Я обработал раны антисептическим раствором, вооружился иглой и склонился над телом.

— Ты что, совсем спятил? — зашипела Муза. — Ты её спасти пытаешься?

— Это ты в конец свихнулась, если решила, что я убью ребенка, — рявкнул я в ответ.

— Идиот, выметайся отсюда, пока шанс есть! Я же помочь пытаюсь!

— Вот и хорошо, — отреагировал я спокойно, — мне как раз нужен ассистент. Вдвоем быстрее справимся.

— Любезно хочу напомнить, что я здесь в физическом плане не присутствую, ты один!

— Заткнись и передай зажим.

Она фыркнула, но послушалась. Порез был кривым, пришлось ровнять, чтобы пласты кожи максимально плотно прилегали друг к другу.

— Тканевые щипцы, — потребовал я.

— Вот.

— Я сказал тканевые, дура!

— Пошел на хер! Я откуда знаю, как они выглядят!

— Выглядят так, будто ими только анальную пробку доставать!

— Так бы и сказал сразу!

Ещё стежок, ещё один… Дьявол, вот картина будет, если кто зайдет. Я балансирую на спине убитого мной Цуме, ругаюсь сам с собой и пытаюсь наложить швы так, чтобы невзначай не прикончить девчонку. Тут даже спорить бесполезно, легче