Волчья стая - Александр Бушков

Эмиль мотнул головой Вадиму – и первым вышел на дорогу,махнул рукой, крикнул:

– Эй, притормози!

В общем, ничего пугающего в его облике не было – штык-нож онзаранее спрятал в обширный боковой карман и застегнул его на пуговицу.Мужичонка, кажется, ничуть не удивившись, натянул вожжи:

– Стый, холера!

Лошаденка флегматично остановилась, повесила голову.

– Здорово, – сказал Эмиль.

– Коли не шутишь… – охотно отозвался мужичонка. –Стой-стой, где-то я тебя видел… Семенов свояк?

– Да нет, – сказал Эмиль терпеливо. – Раньше вродебы не встречались… Мы геологи, заблудились немного.

– А чего тут блудить? – на конопатой физиономии мужикаизобразилось крайнее удивление. – Не джунгли. Вон там – Парнуха, там –Чебаки… Вы где стоите?

– В Чебаках, – сказал Эмиль.

– Так вам что, туда надо?

– Не совсем. Нам бы до города добраться.

– До какого?

– Ну… – Эмиль неопределенным жестом показал в пространство…– Как он называется-то… Совсем забыл, мы тут третий день…

Вадим впервые в жизни осознал, каково приходилось шпионам идиверсантам, про которых любил иногда почитывать в отроческие годы. Вот так,наверное, и выглядело, когда по ошибке сбрасывали с парашютом черт-те где, внезнакомом месте…

– Который день, говоришь?

– Третий.

В хмельных глазах, смотревших вразброс, вдруг мелькнулосовершенно трезвое подозрение:

– Чё-то ты мне буровишь… – протянул он. – Откуда вЧебаках геологи? Их там второй месяц нету…

– Ну, может, и не Чебаки… – отчаянно импровизируя на ходу,усмехнулся Эмиль. – Говорю тебе, мы тут люди новые, все названия в головеперемешались. Вмазали вчера крепко, знаешь ли… Мозги до сих пор кувыркаются.Есть же город поблизости, как там его…

– И врешь ты все! – громогласно объявил мужичонка, тычав Эмиля худым грязноватым пальцем. – Как проститутка Троцкий. Что я,геологов не видел? Насмотрелся. Сам месяц провод таскал у Пашки Соколова. Вотгде не попьешь… Вы откуда сбежали? А? Для зэков что-то больно обросшие, да изон поблизости нету… Это что за полосатик? – он ткнул пальцем вВадима. – Ох, не простые вы ребятки-девочки…

Судя по всему, он был в том дурманно-упертом состоянии,когда голова мало-мальски работает и способна даже подметить в окружающемлогические несообразности, но вот всякое чувство опасности отшиблено напрочь.Иначе держался бы совершенно по-другому…

Он продолжал столь же триумфально, целясь пальцем во всехтрех поочередно:

– Непростые вы ребятки, сразу видно, и не надо мневкручивать мозги… Никакие вы не геологи, а непонятно кто, и вот что я вамскажу: надо вас, таких подозрительных, отправить парадным шагом, куда следуетбыть…

– Бдительный ты, я смотрю, мужик, – усмехнулся Эмильодними губами. – Прямо-таки Карацупа и собака Ингус, хоть границ на тысячуверст в округе и не имеется… Шпионы мы, шпионы, и послали нас выведыватьрецепты самогона… Слушай, кончай дуру гнать. Мне в самом деле нужно в город…

– К участковому тебе нужно! – огрызнулся мужичонка,явно не собиравшийся шутить.. – А то недавно такие же болтались подеревням, потом у Михалыча телка пропала, сволокли в тайгу, дали по рогам,грудину вырубили и уволокли, а остальное бросили… А может, это и вы, голуби? Сними вроде девка была… – Как порой с поддавшими случается, он вмиг перепрыгнулк крайнему озверению. – Шагай, блядь, в деревню, там разберемся!

Возможно, пронеслось во взбудораженном сознании Вадима, тутбыли скрыты своего рода комплексы – допустим, неполноценности. И мужичонка,вряд ли почитавшийся в родной деревне справным хозяином, впервые получил шанссебя таковым ощутить, пригнав к односельчанам на судный спрос непонятныхбродяг. В любом случае – миром не разойдемся…

К тому же выводу секундой раньше пришел Эмиль. Когдамужичонка, отбросив бутылку, для пущей убедительности потянулся к лежавшему взадке телеги топору, прыгнул на него, вмиг сдернул с телеги и свалил наземь,заломив руку. Бросил Вадиму:

– Лошадь держи!

Вадим с опаской приблизился – Аллах ведает, как ее следовалодержать. От кого-то он слышал, что лошади кусаются почище любого бультерьера.Однако лошаденка стояла столь же отрешенно, повесив длинную голову, пофыркивая.

– Эй, а как ее…

– Вожжи к дереву привяжи! – крикнул Эмиль. –Вожжи!

Сторонясь, стараясь держаться подальше от задних ногживотины, Вадим подобрал с телеги вожжи и накрепко привязал их к ближайшейсосенке. Эмиль уже волок мужика подальше в лес. Ника с Вадимом заторопилисьследом.

Отойдя от дороги метров на пятьдесят, Эмиль толкнул «языка»в мох, встал над ним со штык-ножом наголо:

– Сиди, пейзан, и молчи в тряпочку…

– Сам ты пейзан, бля, – плаксиво отозвался мужичонка.От прежнего боевого задора не осталось и следа. – Мужики, вы чего? Убить,что ли, хотите? Я сватье портвешок везу, свадьба завтра, надо на стол имагазинного поставить для культуры, как у людей… Вы че, мужики? Не надо!

– Что, жить хочешь? – жестко ухмыльнулся Эмиль.

– А кто не хочет? – Он жалобно сморщился: – Мужики, неубивайте, заберите, чего хотите…

– Раздевайся! – рявкнул Эмиль. – А топриткну, как Марата!

– Да Марат живой, вчера приезжал… – машинально возразилмужичонка, так и не поняв, что его сравнивают с исторической персоной.

Увидев клинок у горла, замолчал, трясущимися руками стянулсапоги, фуфайку, пропотевшую голубую рубаху и дешевенькие серые штаны. Эмильбросил Вадиму рубаху со штанами:

– Вот и разжился, а ты плакался… Эй, ты куда?

– Как в анекдоте, – вымученно улыбнулся Вадим. – Ипокакаю заодно…

– Ладно, побыстрее. И полосатку назад принеси… Не сидеть жемужику голышом.

Вадим побыстрее направился в лес, благословляя собственнуюсообразительность, – ведь едва не стал переодеваться при них, в последниймиг вспомнил о нагане…

Вернулся он быстро. Эмиль кинул мужичку полосатые, крепкоприпахивавшие дерьмом тряпки:

– Обряжайся. Вот, красивый получился… И не трясись, не убью– не стал бы я тебе давать такой красивый костюмчик, если б собрался резать…

– Да я, конечно… – приговаривал пленник, торопливо натягиваявонючие лохмотья. – Да я понимаю…

Эмиль присел на корточки, приказал Вадиму:

– Возьми-ка во-он тот сук. Встань сзади. Если попробуетдурить, шарахни по кумполу.

Вадим повиновался. Новая одежда пришлась ему почти чтовпору, но вот припрятанный наган теперь доставлял гораздо больше хлопот – вкармане портков был бы заметен, пришлось, туго затянув узенький ремешок изпаршивого кожзаменителя и тщательно запихав в штаны рубаху, сунуть револьверсзади за ворот, так, чтобы провалился к поясу. Лучшего тут ничего не придумаешь.Под бушлатом незаметно, только нужно следить в оба, чтобы не выпал в самыйнеподходящий момент…