Огненное ущелье - Александр Тамоников

— Спасибо за урок огневой подготовки, — улыбнулся Макаров.

— Пожалуйста, обращайся, всегда готов помочь боевому товарищу… Давай, Диман, вперед к плотине. Как выйдешь на позиции и осмотришься, доклад мне. Извини, но старший в нашей двойке я.

— Без вопросов.

— Я же сообщу тебе о выходе «духов» и отдам команду на открытие огня. Если будешь вызывать и не отвечу, то значит что?

— Значит, не можешь ответить из-за близости «духов» и мне надо действовать по обстановке.

— Правильно! Давай!

Макаров быстро направился по арыку к своему старому посту. В 6.50 он вызвал на связь Шепеля:

— Четвертый, это Пятый! Я на месте. Арык до изгибов контролирую полностью. Ни в овраге, ни на плато, ни у рощи моджахедов не замечено.

— Принял! До связи!

Шепель в свою очередь вызвал Тимохина и сообщил, что подгруппа ликвидации отдельного отряда боевиков на северной вершине к выполнению поставленной задачи готова.

Полковник отдал приказ приготовиться к обороне объекта. Все имевшиеся в его подчинении бойцы «Ориона» и сержант США Луиза Крофт, кроме офицеров, находившихся в доме и на вершинах ущелья, заняли определенные им позиции.

Группа «Ирбис», несмотря на то что продвигалась в основном по балкам да мелким рощам, прошла пять километров за тридцать семь минут. Полковник Дак видел, что его люди устали, но видел он и огонь в их глазах, стремление быстрее войти в бой, чтобы помочь своим русским братьям по оружию. То же самое касалось и бывших подчиненных Рифа. Они ни в чем не уступали бойцам Дака.

Выйдя на рубеж принятия решения, американский полковник вызвал по портативной радиостанции прапорщика Чернова:

— Десятый «Ориона», я — «Ирбис»!

— Вовремя, «Ирбис»! — ответил снайпер российской группы.

— Что у тебя?

— У меня все нормально, как и должно быть. Вижу банду талибов численностью в десять рыл, хорошо вооруженных, внешне свежих, готовых к бою.

— Как далеко от тебя талибы?

— Метрах в ста. Идут осторожно, ломаной линией, используя естественные укрытия.

— Так ты что, на своей прежней позиции?

— Э нет, «Ирбис», мы не глупее других. «Духи» выдвигаются прямо на пост, а я устроился в сторонке, южнее. А где ты?

— В километре от тебя. Обозначь точно свою позицию.

— Координаты старого поста вам известны?.. Бери двадцать метров на юго-запад, отклонение пять градусов. Там моя новая позиция.

— Когда начнешь бой?

— Как только «духи» сблизятся с постом на пятьдесят метров и окажутся на лишенном каких-либо естественных укрытий участке плато, в секторе обстрела, тогда и начну.

— Мы подойдем минут через двадцать. Держись!

— А куда ж я денусь, «Ирбис»? Отступать мне некуда, да и не привык я к этому делу.

— С боеприпасами проблем нет?

— Нет. Вы теряете время!

— Группа в движении.

— А, ну тогда, конечно, можно было еще поговорить; но и «духи» на месте не стоят. До них метров семьдесят.

— Я понял тебя. Удачи!

— Всем нам удачи! До встречи!

Отключив радиостанцию малого радиуса действия, американский полковник отдал приказ:

— «Ирбис»! До противника километр, против него один боец «Ориона». Напряглись, ускорились!

Американское подразделение перешло на движение перебежками.

Чернов же вызвал Тимохина:

— Первый, это Десятый! На связь выходил «Ирбис». Взаимодействие согласовали. Отряд «духов» входит в сектор обстрела. Вступаю в бой!

— С богом, Десятый!

Прапорщик, отключив станцию, поднял снайперскую винтовку, поймал на прицел первого слева бандита, перевел ствол на второго, третьего — и вернулся к первому. Выдохнув воздух и задержав дыхание, нажал на спусковой крючок и тут же перевел винтовку вправо. Прозвучало еще два выстрела. Трое талибов рухнули на каменистый грунт с разбитыми черепами.

Обстрел со стороны оказался неожиданным для полевого командира Али. Он должен был просчитать, что российский спецназовец может сменить позицию, но надеялся на превосходство в численности своего отряда. За что и поплатился, потеряв в считаные секунды треть бойцов. Причем никто из них не определил новой позиции, с которой стрелял российский снайпер. Пришлось Али отдать приказ остаткам отряда залечь, — что, впрочем, боевики сделали и без запоздалого приказа своего главаря.

Упав на землю, Али достал радиостанцию. Надо было связаться с Ходжани, но душман не знал, что его уже поймал в оптический прицел прапорщик Чернов. Раздался четвертый выстрел. Али уткнулся окровавленной головой в мелкую гальку, обильно поливая ее темной кровью. Бандиты открыли беспорядочную стрельбу по всему западному сектору.

Чернов сменил винтовку на автомат, передернул затворную раму, сместился левее на запасную позицию и посмотрел на часы. 6.57. Группа «Ирбис» должна находиться где-то поблизости, но ее мог задержать слепой огонь шестерых талибов. Поэтому Чернов не стал ждать. Используя небольшой валун, он открыл огонь по позициям боевиков. Услышал вопли двух или трех врагов, получивших ранения, и тут же спустился в укрытие. Сохранившие способность вести бой талибы перенесли огонь на валун, разбив его в пыль. Но они потратили на это время, а главное, не заметили, как во фланг им вышла группа «Ирбис». «Духи» так ничего и не поняли. Огнем автоматов бойцы Дака расстреляли остатки банды Али.

Чернов поднялся из ямы и крикнул:

— Ну, здорово, что ли, барсы? Лихо вы по горам бегаете, ничего не скажешь. Не то что по полосе препятствий. Одно слово, ирбисы…

К нему подошел улыбающийся Дак:

— Но и ты достойно встретил гостей. И как только умудрился практически без перерыва положить сразу трех «духов»? Я видел это через оптику.

— Как говорится, полковник, кто чему учился…

— Главарь банды успел сообщить Ходжани об обстреле отряда?

— Нет. Я успокоил его, как только он достал рацию.

— О’кей! Ты, Юрий, доложи Тимохину о разгроме банды, а я продолжаю выполнение задачи. — Дак повернулся к подчиненным: — Внимание! В подчинении прапорщика Чернова остаются сержант Шинлер и сержант Линке. Остальные за мной бегом марш! Встретимся еще, — обернувшись, бросил Дак Чернову.

— Конечно, полковник! Мы прикроем вас.

Группа «Ирбис» без двух бойцов пошла на восток.

Напрасно Абдул Ходжани вызывал Али. Станция его помощника из Купши молчала. Полевой командир выругался:

— Шайтан! Али не смог сломить сопротивления одного спецназовца? Но этого не может быть.

Его станция сработала сигналом вызова. Ходжани облегченно вздохнул: