В окопах Кремля - Альберт Байкалов

Однако и телефон доверенного лица в точности повторил ответ телефона жены.

— Что за чертовщина?

Теряясь в догадках, что происходит, он выключил в квартире свет и пошел прочь.

* * *

Базаров долго разводил руками, хлопал себя по бокам. Он то начинал хохотать, то вдруг становился серьезным. Матвей не понимал, что в его рассказе произвело такое впечатление на следователя, которому необходимо уметь сдерживать свои эмоции.

— Значит, теперь наш Захар будет жить на одну зарплату? — Базаров вновь беззвучно рассмеялся.

— А разве после того, как вы его закроете, он может на нее рассчитывать? — усмехнулся Матвей.

Он рассказал, каким образом ему удалось вывести из-под контроля весь капитал чиновника, который гарантировал бы ему безбедную старость.

— Послушай, — с трудом подавив приступы смеха, Базаров положил на плечо Кораблева руку: — А квартиры?

— Все записано и оформлено на бывшую жену. Никакой суд ничего не сможет отыграть. Недвижимость в Москве и Подмосковье приобретена гражданкой Захаровой после развода, как и два завода и строительная фирма.

— Так, значит, он еще и бомж! — Новый приступ смеха вынудил Базарова присесть на корточки и схватиться за живот. Если бы они встречались не в лесопарке, а дома, то он наверняка бы упал и стал кататься по полу.

— Ты зачем меня вызвал? — разозлился Матвей.

— Ох, ой! — Базаров, утирая выступившие слезы, достал из кармана пиджака конверт.

Матвей тут же посмотрел его содержимое. Пять четких снимков, где запечатлена убитая в машине женщина.

— Это случится через час. Через два информация попадет в СМИ, — стал инструктировать Базаров. — Дальше ты вступаешь в дело.

— У Захара и тех, кто за ним стоит, найдутся люди, которые займутся проверкой фактов, — Матвей убрал конверт в карман. — Опросят свидетелей, побывают на месте происшествия.

— Не бойся, — успокоил его Базаров. — Два дня отрабатывали с ней это покушение. Женщина грамотная, отнеслась с пониманием.

— Еще бы, ведь на кону ее жизнь.

— Она была готова к чему-то подобному, — вздохнул Базаров. — Тяжело быть чиновником у нас в стране. Чем выше пост, тем опаснее. Если не за взятки погоришь, то пристрелят…

— Это точно, — согласился Матвей.

— Не будешь брать и делиться, выдавят из кресла, — продолжил полицейский. — У нас есть города, где глава семейства — мэр, жена, например, председатель избиркома, а дети — судьи или прокуроры.

— Знаю, — отмахнулся Кораблев. — Ты мне запись с видеорегистратора должен был еще сделать.

— Чуть не забыл, — сунув руку в карман, Базаров достал оттуда пакетик с миниатюрной картой памяти и протянул Матвею. — Тут записано, как ты ее преследовал, потом подрезал и получил легкий удар.

— Когда сняли кино? — убирая пакетик в карман, спросил Матвей.

— Вчера вечером.

— Надеюсь, даты-то хоть сегодняшние? — Кораблев улыбнулся.

— Конечно, — обиделся Базаров.

— Тогда завтра я предстану пред очами Захара во всей красе, — облегченно вздохнул Матвей.

— Вот этот вопрос нужно оговорить во всех деталях. — Лицо Базарова сделалось серьезным.

— Вы все-таки намерены его брать? — догадался Матвей.

— Не волнуйся. — Базаров ударил собеседника по плечу. — Мы ведь тоже не сидели сложа руки. Как только ты сообщил нам о встрече и переписке Падаковой с Оречкиным, сосредоточили на этой парочке усилия. В ходе оперативно-следственных мероприятий удалось выяснить, что Оречкин не играет на два фронта, а метит в кресло Захара.

— Он пытался получить компромат у Тамары? — спросил Матвей.

— Не думаю, — покачал головой Базаров. — Они любовники… Просто через нее он узнавал, какие планы у нас.

— В общем, Оречкин ждал, когда стоящие над ним люди перегрызут друг друга, а тех, кто уцелеет, посадят, — задумчиво проговорил Матвей. — В конечном итоге это своего рода тоже представители борьбы за кресла…

— Они нам не интересны, — поморщился Базаров. — Ведь ничего противозаконного в их действиях нет.

— И все же, не боишься просто оторвать хвост ящерице?

— Уже не боюсь, — уверенно заявил Базаров.

— Но ведь Вострыгин не может действовать в министерстве один, — продолжал сомневаться Матвей.

— Еще как может, — усмехнулся Базаров. — Установлена его связь с неким Черепом.

— Кто это?

— Черепанов Егор Петрович, пятьдесят седьмого года рождения. Именно к нему стекаются все денежные потоки.

— Он не чиновник?

— Я же сказал «нет», — покачал головой Базаров. — Криминальный авторитет, пытающийся подмять под себя ЖКХ. Рассчитываем, взяв Захара и Вострыгина, кого-то из них раскрутить.

— Давай не будем торопиться? — предложил Матвей. — Вдруг повезет, и сам выйду на этого серого кардинала.

— Мы не можем тобой рисковать…

— Ты не понял, — Кораблев оглянулся по сторонам, — у Захара не осталось людей. Наверняка он попытается склонить меня к сотрудничеству.

— Не думаю, — категорично замотал головой Базаров. — Обычно таких, как ты, убирают…

— Здесь есть сложности, — Матвей сунул руки в карманы. — Они уверены, что я работаю с командой. Убив меня, все рискуют, что им отомстят…

— Хорошо, — нехотя согласился Базаров. — Я поговорю с шефом…

* * *

Утро пришло вместе с новыми неприятностями. Хотя это определение даже не подходит к тому, о чем Захар узнал от заикающегося финансового директора. Скорее это был Армагеддон, катастрофа. Как выяснилось, его бывшая жена вместе с директором Макаровым перевела все денежные средства на счета, которые оказались на следующий день уже закрытыми.

Сначала Захар не мог поверить в услышанное. Потом, осознав весь трагизм ситуации, громко и протяжно завыл. Наконец, взяв себя в руки, накричал на директора и разбил мобильник. Затем, словно во сне, они вместе с Леночкой перебирали осколки в поисках карты памяти.

— Ты можешь объяснить, что случилось? — тихо спросила девушка.

— Какое тебе дело? — не удержался он и двинул ее по лицу кулаком.

Охнув, Лена повалилась на пол.

— Ну ты что? — Он на четвереньках подполз к ней.

Из носа девушки хлынула кровь.

Захар приподнял ее за затылок и прижал к груди:

— Извини, ты единственная, кто у меня остался…

В дверь позвонили. Некоторое время Захар сидел, думая, что ему почудилось. Однако вновь раздавшийся звонок поднял его с пола. Прильнув к глазку, он некоторое время таращился на стоящего на площадке Матроса. Когда тот вновь потянулся к кнопке звонка, открыл двери: