Фабрика №22 - Антон Волохов

Я поднял голову и посмотрел на Мэтта. Он флегматично ухмыльнулся, встретившись со мной взглядом и добавил:

– Говорят Палмер сильно напрягся, чтобы найти себе нового донора. Понимаете, какой ценой Роб Такер взял вас под свою опеку? Тоже хотел был честным и уйти с чистыми руками на пенсию. Да вот так случилось, как ни парадоксально. Жизнь такая, что поимеет всех правдолюбцев. И вас это тоже не обойдет стороной…

Ховерс посмотрел на свои золотые часы и, стукнув костяным набалдашником трости об пол, произнес:

– Впрочем, мне пора. Всего хорошо мистер Ривз. Надеюсь, вы по праву оцените все мои усилия, ответите мне взаимностью и проявите благоразумие, хоть вашей дурной персоне это и несвойственно. Всего хорошего, вам пора.

Охранник вышел из автомобиля и открыл мне дверь.

– Можно я задам один вопрос? – спросил я у Ховерса.

– Очень коротко, – цыкнул Мэтт.

– Кто же будет верить в любовь, когда в мире исчезнет последний дурак?

Ховерс недоумённо уставился на меня. Охранник дёрнул меня за плечо и вытащил из машины. Машина Мэтта Ховерса развернулась и неспешно покатила к выезду. Карл отпустил Ленни. Он тут же прыгнул в свой внедорожник и быстро умчал, догоняя элитный седан.

Карл подошёл ко мне и положил свою руку на моё плечо:

– Люди синдиката? – поинтересовался он.

Я задумчиво кивнул.

– Угрожали? – вновь спросил он.

– Идём в дом Демпси, – сказал я. – А то распугаем всех соседей вокруг.

– Все же знают, что ты полицейский! – удивлялся Карл.

– Они ещё помнят кем я был раньше, – ответил я.

Мы зашли в дом. Сальма и Лейла горячо обсуждали рецепты яблочного штруделя.

– Малыш, ты зачем взял оружие?! – возмутилась Лейла, когда посмотрела на Карла.

Сальма нахмурилась и строго посмотрела на меня.

– Я просто хвастался своей новой Береттой, извините, не удержался, – вступился я, забрав у Карла дробовик.

– Брайан, чтобы я больше этого не видела! – сказала Сальма погрозив пальцем. – Это что такое?! Вы в своём уме?

– Вроде взрослые мужчины, офицеры, а всё как дети! – добавила Лейла писклявым голоском.

Мы многозначительно переглянулись с Карлом, и я спрятал своё оружие под замок. Карл тут же принялся играть с детьми. Он бегал по дому, стучал себя в грудь и изображал злобного Кинг Конга.

Я решил растопить камин. Взяв несколько поленьев сухой лиственницы, я бросил их в растопку из мелких сучков и клочьев белоснежной бумаги, что вся была исписана цифрами, фамилиями и должностями.

Перевернув кочергой разгорающуюся черную папку, я увидел последний лист, на котором было написано:

«Выдать денежный оклад с премией Брайану Ривзу, как поощрение за убийство…» – дальше всё исчезло в огне.

Часть третья. По следам прошлого.

– Брайан, я устала повторять, клади грязное полотенце в стирку! – кричала вне себя Сальма. – Где второй носок?

– Здесь…Был… – лепетал я нерешительно. – Может за шкаф упал? Или Пончик утащил?

– Ты меня с ума сведешь! Никакого уважения к моему труду! Мне и так тяжело, а я должна нагибаться и выискивать твои вещи по всей квартире перед каждой стиркой! Сколько это будет продолжаться?!

К моему дому подъехал Карл и коротко просигналил. Пончик залаял.

– Извини, я вчера поздно приехал и не положил грязные вещи в корзину. – оправдывался я. – Мне нужно ехать.

– Поедешь, когда найдешь второй носок! – кричала Сальма. – Слышишь?! Куда намылился?! Брайан!

Я прыгал на одной ноге и спешно натягивал второй ботинок. Схватив фуражку, я открыл дверь и выскочил на террасу.

– Брайан, вернись! – визжала Сальма. – Вернись сейчас же, подлец!

Я бежал к машине, застегивая поясной ремень на ходу. На террасу выскочила Сальма с носком в руке:

– Вернешься домой, ужина не жди! Я что тебе нянька?! Этот носок будет ждать тебя на твоей подушке, Ривз!

– Доброе утро Сальмочка! – решил проявить вежливость Карл и улыбнулся во весь рот идеальными белоснежными зубами. – Чудная погодка, неправда ли?

Я оббежал вокруг машины и нырнул на переднее сиденье.

– Двигай, двигай! – протараторил я. – Карл, быстрее! Она бежит сюда!

– Я вам сейчас такую погоду устрою, засранцы, мало не покажется! Стоять! Стоять Карл, не смей уезжать!

– Ну, нам пора на службу, – отвечал Карл как ни в чем не бывало. – Всего вам наилучшего! От Лейлы привет!

Карл нажал на газ и помчал по дороге к выезду. Я сидел, вжавшись в сиденье по плечи. Демпси захохотал, вслед за ним прыснул и я.

– Брайан – это просто чудо! Держись братишка! – проговорил он.

– Чудо, что я до сих пор терплю это, – отвечал я. – Господи, когда она уже родит! Слышал что-нибудь про двойное проникновение? Знаешь, что это значит для меня? Это когда тебя имеет не только работа, но и любимая жена!

– Крепись брат, – ухмыльнулся Карл. – Когда она родит легче не станет, поверь!

– Ещё отцом не стал, а уже устал, – сокрушался я. – Как можно быть такой токсичной! Живу на вулкане!

– Усталость брат, – говорил Демпси. – Она у тебя очень чувствительная, тревожится, переживает, вот и несёт её. Главное, что она сделает тебя счастливым папочкой, помни об этом и всё прощай.

– Да уж, – отвечал я. – Мелочи жизни.

– Это и есть жизнь, – сказал Карл. – Любовь она всегда вопреки.

– Ладно, я верю, что это когда-нибудь кончится, – махнул я рукой.

– Кончится, когда тебе в роддоме дадут маленький, теплый сверток с новой жизнью. Ты только посмотришь в глаза своей девочке и всё…

– Что, всё? – спросил я с нескрываемым любопытством.

– Начнёшь любить вновь, – ответил Карл и многозначительно на меня посмотрел.

Я усмехнулся и уставился в окно с дебильной улыбкой.

– Экипаж 0-22, связь! – внезапно захрипела полицейская рация.

– Слушаю, Ривз, – ответил я.

– Обнаружен труп в двадцать втором районе, улица тупиковая, подозрение на убийство.

– Понял вас, выдвигаемся, по приезду доложим, – ответил я и включил мигалки.

Карл развернулся через сплошную полосу и ускорился в сторону двадцать второго.

– Тупиковая это где? – спросил меня Карл.

– Это фабрика, – отвечал я, грызя ноготь.

Карл нахмурился. Я тяжело выдохнул. Мы напряглись.

– Детективы там? – вновь спросил Карл.

– Пока мы не осмотримся, они не приедут, – сообразил я.

– Понял, – кивнул Карл.

Мы приехали в двадцать второй. Карл выключил сирену и медленно катился по кварталу, плавно подъезжая к тупиковой улице.

Я взглянул в окно и увидел свой бывший магазин. Дверь помещения была оторвана, внутри явно кто-то побывал. Стены магазина были разрисованы простейшими геометрическими фигурами, изображающими детородные органы. Кусок крыши гулял по ветру