Судья и палач - Владимир Колычев

— Вам видней…

— Шестое апреля этого года. Двадцать два часа по московскому времени. Постарайтесь вспомнить, что вы делали в это время?

— Вы меня удивляете, товарищ подполковник. На этот вопрос я отвечал уже не раз… Только почему именно в двадцать два часа?

— В результате оперативно-розыскных мероприятий выявлено, что в это время на автостоянку, где ставил машину гражданин Мальцев, на джипе «Гранд Чероки» подъехал некий мужчина. Он предъявил техпаспорт на имя Болотова Виталия Георгиевича…

— Бред какой-то… Не ставил я машину на стоянку. У меня гараж есть…

— Но в принципе вы могли поставить машину на эту стоянку?

— В принципе можно все… Только я не ставил…

— А где стояла ваша машина?

— Как где, в гараже.

— Когда вы поставили машину в гараж?

— Где-то без пятнадцати десять вечера…

— Почему так поздно?

— Да на работе задержался…

— В чем причина вашей задержки?

— Надо было кое-какие документы подготовить на завтра…

— А разве нельзя было поручить это кому-то другому?

— Нет. Есть вещи, которые я никому не доверяю…

— Ваша супруга знала, что вы задержитесь?

— Да, я ей позвонил… И что выезжаю, позвонил. Чтобы ждала…

— Значит, она примерно знала, когда вы будете ставить машину?

— Ну да… Только я не пойму, к чему все это. При чем здесь моя жена?

— Гаражно-строительный кооператив, где вы ставите машину, охраняется?

— Да, разумеется…

— Мы разговаривали со сторожами. Они не видели вашу машину…

— Да что они могут видеть? Спят целыми днями…

— Возможно… Как вы объясните, что сторожу автостоянки был предъявлен техпаспорт на ваше имя?

— Да я откуда знаю…

— Преступник, который заминировал машину Мальцева, воспользовался вашим именем. Как это могло произойти?

— Не знаю…

— Подумайте, как у преступника мог оказаться ваш техпаспорт?

— Вы так говорите, будто видите в этом преступнике не меня…

У Виталия зародилась надежда.

— А разве кто-то говорит, что вы преступник? Ваша вина ведь еще не доказана…

— Значит, вы подозреваете еще кого-то, не только меня?

Виталию казалось, что за его спиной вырастают крылья.

— Допустим, что так. — Марков внимательно посмотрел на Виталия. Как будто изучал его реакцию на происходящее. — Только объясните мне, как у этого «кого-то» оказался техпаспорт на вашу машину?

— Я не знаю, как это могло случиться. Дело в том, что техпаспорт был всегда при мне…

— И никто не мог переписать с него данные о машине?..

— А зачем?

— Дело в том, что преступник воспользовался фальшивым техпаспортом. Это установлено точно. Вас подставили…

Ну вот, истина восторжествовала!

— Итак, кто имел доступ к вашему техпаспорту?

— Да кто… Жена, например. Я ведь дома в кармане пиджака его оставляю…

— А ваш водитель?

— У меня нет водителя. Я сам себе водитель…

— А на работе никто не мог снять копию?

— Да нет… Нет, исключено… Уж не думаете ли вы?..

Виталий аж вздрогнул от боли, с которой в его сознание врезалась страшная мысль.

— Я ничего не думаю, — оборвал его Марков. — Скажите, что вы знаете о Шлыкове Германе Владимировиче?

— О Германе?.. Так мы это, в школе вместе учились. А потом он из вида пропал…

— Когда вы виделись с ним в последний раз?

— Да со школы не виделись…

— Но слышать о нем вы, конечно, слышали?

— Разумеется. Моя супруга состояла с ним в гражданском браке. Она мне о нем кое-что рассказывала…

— И что конкретно она вам о нем рассказывала?

— Знаете, для меня это больной вопрос. Поэтому мы крайне редко касались этой темы. И, само собой, в подробности не вдавались. В общем, я знаю, что Герман закончил философский факультет МГУ. Вместе с Аллой пытался заняться бизнесом — не сложилось. А потом он сел в тюрьму… Пожалуй, все…

— А о том, что он вышел, вы знали?

— Да как-то не задумывался… А он что, вышел?

— Доброе утро, Виталий Георгиевич!.. — съязвил Марков. — Да будет вам известно, Герман Шлыков освободился в девяносто шестом году. Есть предположение, что с тех пор он активно занимается преступной деятельностью. Именно его подозревают в совершении заказных убийств…

— Он что, киллер?

— И очень высокой квалификации. Его специализация — взрывотехника.

— То есть это он мог подставить меня?

— Не исключено… И даже, возможно, в сговоре с вашей супругой…

— Возможно?!

Как будто пелена спала с глаз Виталия.

— Да так оно и есть!.. Им выгодно убрать меня. Завещание ведь на имя Аллы составлено… Только им куда выгодней было меня просто убить…

— Мы тоже так думаем. Поэтому нам до конца не ясны действия ваших противников. Но одно я вам могу сказать точно: вы ни в чем не виновны…

Как будто «КамАЗ», груженный свинцовыми слитками, съехал с его души.

— Значит, я могу быть свободным! — вскочил со своего места Виталий.

— К сожалению, не все так просто. Пока обвинение с вас не снято, какое-то время вы еще пробудете под стражей… Кстати, соседи вас не обижают?..

— Нет, все в порядке…

— Тогда потерпите до завтра…

— А что будет завтра?

— Завтра освободится одна камера. Одиночная и очень приличная. В ней сейчас криминальный босс сидит. Ковры в камере, мебель роскошная, холодильник, видеодвойка — в общем, все условия. Начальник изолятора выявил это безобразие. Уже сегодня авторитета в общую камеру на общую пайку переведут. А вы будете пользоваться благами цивилизации. Но только с завтрашнего дня. Мы обо всем уже договорились…

— Кто это мы?

— Я и майор Круча. Вы о нем, конечно, слышали?

— Да, это брат Любы… Он из меня чуть душу не вытряс…

— К сожалению, его ввели в заблуждение. Он думал, это вы покушались на его сестру… Но теперь он так не думает. Кстати, это благодаря ему следствие вышло на верный след…

— А Германа уже задержали?

— Пытались. Но он ушел… При задержании погибли двое наших сотрудников, — голос Маркова дрогнул.

— Шлыков?..