Черные дьяволы - Александр Тамоников

Крымов взглянул на Тимохина. Тот сказал:

– У ополченцев есть и патроны, и гранаты, да и группа имеет трехсуточный запас боеприпасов. Но от лишнего арсенала я бы не отказался. Особенно это касается выстрелов «РПГ-7». Или самих гранатометов!

Полковник передал слова Тимохина генералу.

Тот ответил:

– Ясно! К 20.00 готовьтесь встретить «УАЗ» с боеприпасами. Гранатометов не обещаю, их в Осетии не так много, а вот патронов хватает.

– Понял, товарищ генерал!

– Ну и последнее! Когда начнется бой, пусть Тимохин по возможности держит меня в курсе происходящего. Удачи ему! Удачи всем вам! До связи!

Крымов отключил станцию. Спросил Тимохина:

– Сань! У тебя выпить есть?

– Есть! Вино местное, кстати, очень даже неплохое, и спирт.

– Налей по-нашему, спиртику!

– А с чего это ты вдруг решил выпить?

– Ни с чего! Просто захотел, и все. Или у тебя такого желания не возникает?

– Я стараюсь на выходах подавлять его, но случается, и приму на грудь граммов сто.

– Вот и налей!

– Без проблем.

Тимохин достал походную фляжку, налил в кружку крепкую жидкость.

Подполковник выпил спирт, запивать водой не стал, лишь поморщился и резко выдохнул воздух:

– Хорошо пошел. Ладно, Сань, ты размещай «алтайцев», готовься здесь к драке, я поехал. Надо «Мираж» вновь перебросить на прежнюю позицию!

– Спасибо тебе, Крым!

– За что? За то, что оставляю одного против целой армады жаждущих крови грузин?

– Ну далеко не все грузины жаждут крови, а армия обязана исполнять приказы своего Верховного главнокомандования. Спасибо за то, что понял меня и помог.

– И обрек на гибель!

– А вот этого господин Сардикашвили не дождется. Я провожу тебя!

Офицеры вышли во двор. Крымов сел в армейский «УАЗ» и покинул селение.

К Тимохину подошел Федоров:

– Ставь задачу, командир, с сего момента я в полном твоем подчинении.

Александр пожал руку майору:

– Задача определится без нас и позже, а сейчас обустраивай своих подчиненных в доме, благо, это ненадолго и места хватит на всех.

– Гостей под утро ждать предстоит? – спросил Федоров.

– Скорей всего. Но не исключено, что они придут раньше. В 20.00 прибудет машина с дополнительным арсеналом боеприпасов. Как примем его, проведем совещание и решим, что делать дальше. А пока размещайся. Я к ополченцам!

Командир боевой группы «Алтай» кивнул:

– Понял! Вопросов не имею!

Тимохин подозвал к себе штатного заместителя, майора Гарина:

– Пойдем, Витя, прогуляемся по селу и прилегающей к нему территории!

– Остаемся здесь?

– Да!

– Верное решение, ополченцам не отбиться, впрочем, и нам придется тяжело, но у нас опыт. По крайней мере, не дадим уничтожить мирных жителей.

– Надеюсь, что не дадим.

– Их убрать бы из села.

Тимохин улыбнулся:

– Я давно добиваюсь этого от ополченцев – не получается. Осетины – гордый народ, не хотят бросать дома.

– Надо заставить!

– Что мы и попытаемся сделать. Так как с этой минуты вся власть в селении переходит к нам.

– Объявлено военное положение?

– Мы его, Витя, сами объявим! Да, вызови Кима, он пойдет с нами!

– Минуту.

Вскоре трое офицеров вышли на улицу. Увидели стоявшего посреди села Багоева и двух ополченцев. Подошли к ним. Тимохин спросил командира отряда самообороны:

– Как решается вопрос с эвакуацией жителей?

– Я отвечу на твой вопрос, но сначала ты ответь на мой.

– Хорошо! Слушаю!

– Вы уходите или остаетесь?

– Остаемся! Более того, на меня возложена ответственность за оборону населенного пункта. Решение окончательное, так что и ополчение, и все жители обязаны подчиняться мне.

Осетины переглянулись, улыбнулись. Багоев сказал:

– Это другое дело. Спасибо!

– Не за что! Слушаю твой ответ на свой вопрос.

Командир ополченцев обратился к Тимохину на «вы»:

– Извините, товарищ подполковник, но все мои усилия убедить жителей покинуть дома оказались тщетными. Нет, пять семей готовы уйти из села, это семьи моих ребят, а вот остальные упираются. И больше всех выступает против эвакуации небезызвестная вам Белла Худаева, призывает всех драться с грузинами – и женщин, и стариков. А к ее мнению соседи прислушиваются.

– Местная Жанна д’Арк?

– Можно сказать и так!

– Ясно! – Тимохин повернулся к подчиненным офицерам. – Пройдите вокруг села, прикиньте, где можно оборудовать оборонительные позиции стрелков и гранатометчиков. Тебе, Ким, определить места наиболее эффективного минирования участков вероятного подхода к селу бронетехники и живой силы противника.

Офицеры ответили «есть!» и направились к посту ополченцев.

Александр, взглянув на Багоева, спросил:

– Сколько у тебя человек?

– Тринадцать.

– А рядом, как понимаю, заместители?

– Ну какие заместители?! Командиры отделений – Аслан, Давид. Хасби разбирается с оружием.

– Значит так, всем твоим людям сбор во дворе оборудованного для нас дома в 20.20. Собираться не гурьбой. Подходить по одному. За селением с грузинской стороны наверняка ведется наблюдение, так что светиться перед противником не надо. Пусть твои командиры доведут приказ до подчиненных, а мы пойдем к нашей гордой Худаевой.

– Понял!

Отправив к ополченцам Аслана и Давида, Багоев повернулся к Тимохину:

– Я – готов!

– Веди к Худаевой!

Тимохин с Багоевым подошли к дому и не вдовы, и не замужней женщины. Прошли во двор. Дети играли на невысоком топчане в тени старой яблони.

Хозяйка дома, находившаяся на веранде, заметив гостей, вышла к ним. Поздоровалась с Тимохиным:

– Здравствуйте, офицер. – Перевела недобрый взгляд на Багоева. – А ты с чем вновь пожаловал? Опять уговаривать уйти из села будешь?

– Да, опять!

– Не будет этого, Тимур! Это наша земля, и мы должны всем миром защищать ее. Лучше раздай людям боеприпасы. Мы не станем со стороны смотреть, как вы будете драться с грузинскими солдатами. Я все сказала. И больше по этому поводу не приходи.

Багоев развел руками, повернулся к Тимохину: