Остров Бешеного - Виктор Доценко

— Бешеный говорил, что ты неплохо стреляешь, — невозмутимо заметил Воронов.

— Было бы из чего!

— Вот, возьми! — Он вытащил из подмышечной кобуры свой Макаров: — Стреляй по колесам!

— Вот это другой разговор! — повеселел Ростовский, дергая затвором. — В догонялки задумали поиграть с Ростовским? Сейчас поиграем!

В этот момент из «Ситроена» раздалась очередь, и одна пуля попала им в лобовое стекло, чудом не задев Воронова, который даже не дернулся. Он спокойно сказал Ростовскому:

— Пора кончать с ними, тезка!

— Ага, совсем оборзели, суки! — Ростовский вскинул пистолет и, почти не прицеливаясь, несколько раз нажал на спуск.

Водитель преследуемых, видно заметив действия Ростовского, успел дернуть машиной в сторону, и первые две пули впились в асфальт. Но от третьей пули уклониться не удалось. То ли в багажнике было что-то взрывоопасное, то ли пуля попала в бензобак, но сначала яркая вспышка озарила «Ситроен», а через мгновение мощный взрыв подкинул его метров на пять в воздух, кувыркнул дважды, шмякнул об асфальт, и машина, мгновенно превратившаяся в груду металла, объятая сильным пламенем, протащилась метров пятнадцать и замерла…

Рассчитывать на то, что внутри кто-то остался живым после такого взрыва, было глупо. Постояв несколько минут у объятого пламенем железа, Воронов попросил у Ростовского мобильник и набрал номер милиции «ноль два».

— При выезде с Университетского проспекта произошла автомобильная авария…

— Что случилось?

— Неожиданно взорвался черный «Ситроен».

— «Скорую» вызвали?

— Думаю, некому вызывать.

— Кто говорит?

— Прохожий!

— Назовитесь, гражданин!

Но Воронов уже отключил связь.

— Поехали отсюда, тезка! Здесь нам ловить нечего!

— Посмотри вокруг — там же свидетели! Они ж засветили твои номера!

— Вот и чудненько! Я специально предложил ехать в этой машине: она из гаража ФСБ. — Он подмигнул Ростовскому и добавил с явным огорчением: — А ты метко стреляешь: одним выстрелом троих! Мог бы одного и оставить на память.

— Откуда я знал, что у них затарено в багажнике?

— Не бери в голову, это я так, ворчу по-стариковски, — улыбнулся Воронов.

— Спасибо тебе и твоим ребятам: без вас я вряд ли нашел бы этих сволочей.

— Ты точно, как Бешеный! — покачал головой Ростовский. — Сначала матом покроет, а потом спасибо говорит…

— А чтоб не зазнавался…

Понимая, что Ростовский прав в отношении свидетелей и ему придется отвечать на вопросы милиции, Воронов быстро написал рапорт о случившемся на имя Богомолова, после чего сдал машину на базу ФСБ и отправился в Центральную клиническую больницу, куда отвезли генерала. Ему дали прочесть медицинское заключение профессора, делавшего операцию:

«…Нанесено проникающее колото-резаное ранение в область правого подреберья с неглубоким ранением печени. Выполнена лапаротомия…»

— Извините, что такое лапаротомия? — спросил он проходящую мимо молоденькую симпатичную медсестру.

— Лапаротомия — это вскрытие брюшной полости, — как на экзамене ответила девушка. — А что?

— Спасибо, я читаю медицинское заключение…

— Не за что… — почему-то облегченно вздохнула она и пошла дальше.

А Воронов продолжил чтение. Последнее предложение прочитал вслух, причем с большим удовольствием:

«Операция прошла успешно…»

Через пару дней Воронова допустили к генералу, правда, не без настойчивой просьбы самого раненого. Услышав рассказ Богомолова о том, что произошло в туалете, Воронов виновато вздохнул:

— Это я виноват. Был бы рядом, ничего бы не случилось…

— Или случилось бы кое-что похуже, — возразил генерал. — Ты лучше расскажи: удалось что-то выяснить о нападавших? Или — «как в воду канули»?

— А разве вам не доложили? — удивился майор.

— От меня даже газеты прячут, — недовольно пробурчал Богомолов. — Берегут мое спокойствие, — саркастически добавил он. — Как не понимают, что мне от правды гораздо спокойнее, чем от неизвестности!

— А мне не попадет из-за того, что я нарушу ваш покой?

— Тебе попадет, если ты его не нарушишь! — пообещал генерал.

— Нам удалось в тот же вечер выследить машину, в которой они слиняли от ресторана! Кстати, этот «Ситроен» я заметил еще тогда, когда мы отъезжали от нашего здания. К сожалению, не придал этому значения.

— И чего ты на себя все время одеяло тащишь? Мало ли машин за мной едет? Каждую подозревать, что ли? Ты не томи, расколол задержанных? На кого они работают?

— К сожалению, я с ними не смог поговорить… — Андрей виновато покачал головой.

— Упустил, что ли?

— Нет, мы их не упустили.

— Мы? Все-таки ментов подключил?

— Никак нет, вы ж запретили! Воспользовался подручными средствами…

— В смысле?

— Перехватить преступников помог Ростовский со своими ребятами.

— Так что ты мне голову морочишь, что не смог допросить их? Их что, забрали у нас?

— При попытке остановить их преступники открыли автоматный огонь, пришлось отвечать… — Он опустил голову.

— Авария?

— Нет, то ли бензобак взорвался, то ли у них в багажнике что-то было… Эксперты пока не дали своего заключения…

— Короче, все погибли?

— Все!

— Трое?

— По предварительному заключению экспертов — преступников было трое… Найдена и золотая сережка…

— И конечно, никаких зацепок?

— Никаких! Ни документов, ни следов…

— Понятно… — задумчиво протянул генерал.

— Мне кажется, что пока не следует закрывать дело, мало ли…

— Если бы меня хотели убить, то я бы уже был мертв! Меня о чем-то хотели предупредить…

— Или кого-то из вашего окружения! — вставил Воронов.

— Интересная мысль, — согласно кивнул Богомолов. — Но мы этого со смертью непосредственных исполнителей, к сожалению, не узнаем, по крайней мере пока. Так что оставь эту тухлятину, сдай в архив, «в связи со смертью виновников преступления». Ты мне скажи, продвигается дело, порученное Президентом?

— Честно?

— Конечно!

— Хочу попросить вас забрать у меня это дело и вернуть на оперативную работу!

— А как же твои недуги?

— Мои недуги? Константин Иванович, может, это связано с тем, что я переживал за вас, а может, из-за того, что побывал в отключке, но я чувствую себя гораздо бодрее, чем до кодирования!