Придворные отморозки - Александр Тамоников

Егор оторвал взгляд от окна:

— Сейчас я тебе все расскажу. Без твоей помощи мне не обойтись, поэтому-то я и нахожусь у тебя. Только, пожалуйста, не перебивай. На все вопросы твои я отвечу позже.

Галкин слушал очень внимательно.

— …Вот так, Паша, через Тофика, его брата Вазгена и их земляка полковника Мовяна я и попал к тебе в полк. И теперь ты знаешь, для чего я прибыл сюда!

— Да! — только и смог выговорить Галкин. — Значит, решил со смертью поиграть? Поставил на себе жирный крест и пошел ва-банк? Или пан, или пропал?

— Примерно так!

— Одного не пойму, Егор! Ты же всегда просчитывал вероятность успеха любой операции! Неужели сейчас не видишь, не понимаешь, что даже поиграть со смертью у тебя нет ни малейшего шанса? Не успеешь ты затеять эту игру!

— Это еще как посмотреть, Паша!

— Да как ни смотри, хоть в профиль, хоть в анфас!

— У меня другое мнение!

— Постой! Женщина глубоко в горах, в заброшенном ауле, под охраной и контролем. Тот, кто ее удерживает, по твоим же словам, о тебе проинформирован. И ждет твоего прибытия, так?

— Так!

— На что же ты рассчитываешь? На наше извечное авось? Но даже на него в данной обстановке рассчитывать не приходится!

— Ты, Паша, не горячись! Отбрось эмоции и посмотри на все с другой стороны.

— С какой стороны?

— Со стороны противника!

— Хорошо! Я — твой противник, у меня банда, пусть малочисленная, но вооруженная и к местности прекрасно адаптированная. Ко мне идет какой-то сумасшедший, чтобы отнять добычу и, мало того, еще пришить и меня. Так?

— Так! Только главарь мне лично не нужен, из-за него усложнять акцию я не собираюсь. Как бы ты среагировал на месте предполагаемого врага на такой вот выпад против тебя? На вариант действия одиночки?

— Посчитал бы его идиотом и приказал своим людям завалить того на подходе.

— Но подхода два!

— Отправил бы людей в двух направлениях!

— Противник знает, что одиночка не идиот, а профессионал достаточно приличного уровня. И он идет на тебя! У него, по-твоему, никаких шансов, но он идет! Что бы это значило? Ты, как главарь, задал бы себе такой вопрос?

— Возможно!

— И к какому выводу пришел бы? Какие меры предпринял бы?

— Про меры я тебе уже сказал, а выводов не стал бы делать никаких, и у профессионала могут быть проблемы с головой! Так что либо заблокировал бы оба подхода к аулу, либо организовал на некотором удалении круговую засаду с визуальным контактом всех членов банды, меняя бойцов, пока ты не попадешь на мушку чьего-нибудь прицела.

— Ну а если обозначить себя и отойти?

— А смысл?

— Пост, который заметит наемника, сообщит командиру о появлении последнего и утере его из поля зрения?

— Ну и что? Командир отдаст приказ посту продолжить наблюдение, ну, может, усилит его!

— А наемник не показывается. Сутки, другие, третьи? Не возникнет ли у главаря банды мысль, что тот пошел в обход?

— По скалам?

— И по скалам можно пройти, и ты это не хуже меня знаешь!

— Нет, Егор, это тебе не кино, это жизнь! Одиночка там ничего не сделает. Хоть месяц кружи вокруг этого Алтан-Юрта, толку не будет никакого. Рано ли, поздно, горцы подстрелят тебя! А если не подстрелят, то и ты никакой выгоды не получишь. Будешь, конечно, держать их в напряжении, но не более того! Но, скорее всего, вышлет главарь опытных охотников, и те тебя подловят! Ты в любом случае проиграешь, Егор Васильевич! Не те условия для успешных действий, к сожалению!

— В мрачном свете ты, Паша, все рисуешь! Или забыл Афган? Принцип — безвыходных ситуаций не бывает — забыл? Любому ребусу есть решение, надо только найти его!

— Ребусу, теореме — да, есть решение, аксиоме — нет, а ты как раз пытаешься изменить неизменное, выдать желаемое за действительное. Я тебя понимаю, но, поверь, одиночке там делать нечего, и ты, кстати, это тоже прекрасно понимаешь!

— Ладно, нагрузил я тебя! Пей, закусывай! А я прилягу, мне думать надо!

Егор прилег на солдатскую кровать, развернул карту, внимательно вглядываясь в каждое обозначение, пытаясь мысленно представить рельеф в радиусе примерно десяти километров от Алтан-Юрта. До этого радиуса его встречать вряд ли будут.

Так! Два горных хребта зажали ущелье своими скалами. За ними пологие склоны, переходящие в лесные массивы, затем вновь обрывы и утесы, другие, более мелкие ущелья. По основному ущелью течет горная река, прибиваясь к правой стороне, если смотреть против течения. Далее, выше по карте, сужение гор, где река занимает все пространство между скал, и за ними широкое, немного наклонное к воде плоскогорье на дне ущелья. Здесь, у самого склона и раскинулся аул Алтан-Юрт. Это вид с севера. С юга такая же практически картина. Конечно, из аула есть тропы наверх, к бывшим пастбищам, но на военных картах они не обозначены. А их, этих троп, может быть несколько. Но для него они непроходимы, потому что их обязательно перекроют «чехи», если уже не перекрыли. Для него оставлены только скалы. Значит, придется идти на какой-то хребет, туда, где скалы отвесно падают в ущелье, и там, наверху, устроить позицию. Понаблюдать за тем, что будет происходить в ауле. Там же принять окончательное решение, исходя из той информации, которую он получит за все время пребывания возле Алтан-Юрта. Возможно, получится прорваться по какой-нибудь неизвестной пока тропе к селению. Оружием Паша поможет, да и снаряжением тоже. Следовательно, сегодня же ночью надо выдвигаться и идти к восточному склону хребта, по лесному массиву, который начинается за тридцать километров от обозначенной десятикилометровой зоны действия.

Он отбросил карту, закурил.

Галкин, продолжавший задумчиво сидеть за столом, спросил:

— Что? Нет вариантов?

— Да нет, Паша! Кое-что есть, но нужна твоя помощь!

— В чем?

Егор поднялся, сдвинул банки с кружками, разложил карту:

— Во-первых, мне нужно оружие, прибор ночного видения, дистанционная прослушка, спутниковый телефон, маскировочный халат разведчика-снайпера, с лохмотьями, моток длинного, тонкого, но прочного троса. Во-вторых, переброска вот сюда, — Астафьев ткнул пальцем в место, где было обозначено начало лесного массива.

— А дальше?

— Дальше твоя помощь исчерпывается! Дальше я пойду сам! Мне главное — выйти вот сюда, — он вновь указал по карте, — на этот хребет. Там решу, что делать дальше!

— Все?

— От тебя все. Если, конечно, сделать все, что я перечислил, в твоих силах.

— Это в моих силах. Но на смерть тебя я не пущу. Прости, здесь командую я.

— Что это значит, Паша? Я к нему, как…