Сирийский гамбит. Операция "Мертвая рука" - Александр Полюхов

Стерев сетевой адрес из списка посещенных сайтов, Матвей довольно хмыкнул: «Это будет чудесный месяц, ребята. Погуляете вместе, развеетесь. Николас, держи ключи от виллы и аванс, сегодня же арендуй машину – большой внедорожник. И самое важное: я передаю под твою опеку любимую Ксению. Не дай Бог, с её головы хоть волос упадет…». Коммандо утвердительно кивнул. Литвинова гордо подняла подбородок – став охраняемым лицом, трудно поначалу не возгордиться.

Концертный зал имени Фредерика Манна огромен – 2700 мест не считая балкона! Пирамидальный потолок отлично расширял звук, и всё же маэстро остался недоволен первой репетицией. Да, поздний вечер, да, перелет из Москвы долог, да, строгий контроль безопасности в аэропорту Бен-Г урион. Тем не менее, симфонический оркестр мог бы звучать лучше. Концерт уже завтра! Насквозь пропотевший – тяжек труд дирижера, направился в душ. Вышел свежий и готовый к общению с гостями, посетившими репетицию. Среди деятелей культуры и высокопоставленных меломанов выделялся сдержанностью невысокий мужчина с бритой головой. Прямая спина, уверенный взгляд и еще что-то неуловимое выдавали в нем военного. Теперь руководитель Моссада не участвовал в боевых действиях, но, судя по его усталому виду, мир Израилю не грозил, по крайней мере, на тайном фронте.

– Маэстро, – начал шпион, владеющий русским языком, – потрясен погружением в тайны симфонической кухни. Особенно проняла ремарка в адрес группы духовых инструментов.

– Не припомню. Какая ремарка?

– «Фаготы еще в рот не взяли, а тромбоны уже кончили».

– Неужели я такое произнес? Кошмар!

После обычных любезностей гастролёр передал главе местных шпионов привет от Композитора. Израильтянин посуровел.

– Просил прислать Эстер Эдельстайн? Кто она такая, хотел бы я знать. Вы уверены в своем знакомом?

– Давно дружим.

– Можете его охарактеризовать?

– Достойный человек.

– Спасибо за информацию, маэстро. К сожалению, завтра не смогу посетить концерт: Хезболла опять что-то затевает в секторе Газа.

Сев в авто, Четырехпалый, приказал немедленно разыскать женщину, интересующую русского. Ночью в пригороде Бат-Ям белая полицейская машина остановилась у столь же белого домика, увитого розовой бугенвилией. Дверь открыла располневшая матрона, лицо которой сохранило следы прежней красоты. Через час удивленная, но не испуганная, она входила в неприметное государственное здание. Утром вылетела на Кипр. Шеф напутствовал кратко: «Русские задействовали серьезные каналы для выхода на меня. Разберись, что там происходит».

Экс-шпионка особенно не огорчилась временному и хорошо оплачиваемому возвращению на службу, хотя пожалела, что ей не дали время собрать вещи. С другой стороны, можно будет освежить гардероб в Ларнаке. В супероперацию Москвы израильтянка не верила: «Руководителям всегда мерещатся глобальные заговоры на пустом месте, лучше бы арабскими террористами плотнее занимались». Пришло на ум, как в былые годы участвовала в охоте на палестинцев в Европе. О погибших тогда коллегах, о происшествии в Копенгагене и об Алехине не вспомнилось. Память человеческая избирательна.

Адвокат швырнул портфель через кабинет, снес часть дорогих письменных аксессуаров на столе. С утра настроение поганое: голова трещит после ужина-попойки со Шмутко, опять же, лопнула труба в загородном доме и залила винный погреб, который он собирал по пришедшей в Россию моде нуворишей. Заглянула взволнованная секретарша: «Извините, что беспокою, но скончался Шмутко». Неожиданно для неё Адвокат улыбнулся: «Вот и чудненько, лапочка! Узнай подробности и купи мне билет на Кипр на сегодня». Вообще, он собирался завтра вылететь по делам другого клиента в Лондон, но первым делом надо заняться личным – посмотреть, что можно слямзить из активов Шмутко, так и не оставившего завещания. «Недоумок оформил виллу в Ларнаке на офшорную компанию, – юрист восторженно глянул на себя в зеркало, не замечая кругов под глазами и обрюзгшей мины, – как я ему и советовал, а учредительные документы и доверенность хранятся у меня!»

Ближе у вечеру Адвокат уже выходил из такси возле заветной калитки. Дом у моря ему понравился, Жданов – нет.

– Вы садовник? – поинтересовался приезжий.

– Типа того. А вы кто? – мрачно ответил отставник, превращавший округлую крону фикуса Бенджамина в куб.

– Новый владелец. Впустите меня.

– Ишь, разогнался. Подожди с полчаса, пока главный не вернется с купания.

– Хоть воды дайте.

– Бог подаст.

Появление Алехина несказанно огорчило «наследника» выморочного имущества, несмотря на приглашение за стол и предложенные напитки.

– Здравствуйте, мы встречались, – начал юрист, – в Пушкинском музее. Помните, вместе со Шмутко?

– Здесь по какому поводу?

– Мой клиент умер ночью.

– Его убили?

– Почему убили? – удивился гость и, заглянув в блокнот, процитировал, – гипогликемическая кома.

– То есть передозировка инсулина? – уточнил разведчик. – Причина?

– Не ясна, обычно такое происходит из-за резкого перепада концентрации глюкозы в крови, – читал записи Адвокат, – возможно, в результате избыточного введения инсулина. Потом потеря сознания и паралич ведут к смерти. Еще вчера выпивали…

– Вы напоили диабетика! И тот на фоне алкоголя ввел большую дозу или ввел препарат внутримышечно, а не под кожу! – воскликнул пораженный известием шпион.

– Нет-нет, я ничего не знал про диабет. Клиент жаловался на врачей, в самой общей форме. А на ужин меня пригласил, отметить благополучный исход дела. Ну, вы знаете, того, по старым его прегрешениям.

– Что еще вам известно о деле? – Матвей буровил гостя взглядом.

– Материалы видел. Насколько понимаю, вы помогли их изъять и уничтожить в обмен на какие-то консультации по Минфину.

– Да, – вздохнул ветеран, осознавая, что очередной труп частично на его совести, – что-то в этом роде. Жаль беднягу.

– Я, собственно, приехал по вопросу наследства, – обрадовался завершению неприятных расспросов гость. – Прямых родственников нет, как и завещания.

– По закону в таком случае имущество отойдет российскому государству.

– Ну, вилла оформлена на офшорную компанию…

– И?

– И недвижимость могла бы не достаться государству.

– Предлагаете распилить? – догадался Матвей.

– Изначально сам на неё хотел претендовать, поскольку Шмутко мне много задолжал за юридические услуги. Учитывая ваши особые отношения с покойным и, э. вхожесть в госструктуры, мог бы предложить взаимовыгодный вариант раздела или обмена на активы офшора в России.

– Ныне занят другими вопросами. Хотя ваша идея мне нравится – подумаю, как лучше её провернуть. Оставьте документы компании и визитную карточку. Никаких односторонних шагов. Иначе. Вы поняли?