Излом зла - Василий Головачев

Горшин окинул Балуева скептическим взглядом.

– Ценности, только иного плана. О Великих Вещах Абсолюта Соболев тебе ничего не говорил?

– Намекал что-то, но я не расспрашивал подробности. Что еще за великие вещи такие?

– Своеобразные аппараты, машины и сооружения, созданные когда-то очень давно Аморфами и Инсектами. Некоторые из них не потеряли работоспособности и по сей день.

– Здорово! – снова сказал Вася, загоревшимися глазами глядя на безмятежно-спокойное лицо Горшина. – Расскажешь?

– Позже. Пора спать. Утром придет Соболев, и мы отправимся в гости к генералу Ельшину.

– Может, позанимаемся ТУК?

– Чем? – не понял Тарас.

Василий прикусил язык, вдруг подумав, что Соболев мог и не делиться с Горшиным секретами древней боевой системы смертельного и усыпляющего касания. Промямлил:

– Я имел в виду тренинг универсального комплекса.

– Мы в разных весовых категориях, – отказался Тарас.

– Это еще почему? – поднял брови Василий.

– Потому что я прошел твою воинскую базу еще сто лет назад. Не обижайся, ганфайтер, но достойных противников у меня в нашей «запрещенной реальности» не существует.

– Даже Соболев? – прищурился Вася.

Тарас задумался, потом все же нашел мужество ответить:

– Разве что он.

Спать легли в начале четвертого, а встали в полседьмого, когда в доме появился Матвей, свободно миновавший защитные системы горшинской хаты. Тарас уже однажды был свидетелем демонстрации возможностей контрразведчика, поэтому не удивился, хотя вряд ли испытывал положительные эмоции, а вот Василий, понимавший толк в электронных системах защиты, смотрел на Соболева как на фокусника.

– Может, ты и в банк так тихо способен залезть? – спросил он, одеваясь.

– Не пробовал, – равнодушно ответил Матвей. – Наверное, могу. Подготовили, что я просил?

Василий затянул ремень брюк, сходил в сени, принес объемистую сумку, дернул «молнию», открывая.

– Наборы Н-1 к вашим услугам.

В сумке, аккуратно сложенные, лежали три комплекта одежды ниндзя – черные комбинезоны, не стесняющие движений, с маскшапочками, оставляющими открытыми глаза, рот и уши, а также приборы ночного видения и оружие: метательные звезды и стрелки – сякэны и сюрикэны, кагинавы – кошки, метательные ножи – бяньдао, наборы сай, арбалет и пистолеты – девятимиллиметровые «вёрёши» с магазинами на тридцать четыре патрона.

– Это лишнее. – Матвей вынул из сумки пистолеты. – Никакой стрельбы, пойдем «холодными».

– Как скажете, – пожал плечами Вася. – Где мы попадем в метро, которое ведет к даче генерала?

– Полчаса езды отсюда. Тарас, поедем на твоем «Понтиаке», если не возражаешь.

– Как скажете, – дернул уголком губ Горшин. – Однако неплохо было бы перед походом узнать план действий.

– План очень прост. Едем к шахте, спускающейся к метро, добираемся до станции под дачей Ельшина, мочим всех, кто попадается на пути, находим бункер с компьютером, вызываем Конкере и договариваемся с ним о переходе границы реальности. Все.

В комнате стало тихо. Тарас прищурясь, Василий открыв рот смотрели на Матвея.

– Мочим?! – переспросил Вася.

– Договариваемся? – в унисон с ним произнес Горшин.

Матвей засмеялся.

– Кого что интересует, да? Успокойся, Баловень, прорвемся без жертв. Что касается контакта с Конкере, я далеко не уверен, во-первых, что он захочет с нами разговаривать, а во-вторых, что нам удастся его убедить открыть границу. И все же это пока единственный реальный шанс выйти в «розу».

– А если не удастся? – поинтересовался Вася.

– Тогда будем искать другой способ – через МИРы. Идемте, пора выезжать. – Матвей исчез за дверью.

Тарас и Вася переглянулись, потом Балуев подхватил сумку и направился за Соболевым. Горшин проверил свои охранные системы, закрыл дверь дома, с виду – полуразвалившейся халупы, и вывел из неказистого сарая красавец «Понтиак».

Через полчаса они вышли из машины на шестнадцатом километре от Московской кольцевой автодороги – Минского шоссе, у длинного деревянного забора, которым был обнесен бывший угольный склад, ныне находящийся в полном запустении. Матвей толкнул створку покосившихся ворот, пролез в щель на территорию склада, уверенно направился к бараку, в окнах которого кое-где уцелели остатки стекол. Уголь отсюда давно забрали, двор был перекопан траншеями, усеян ямами от экскаваторных ковшей, и идти по осыпающемуся черному грунту было нелегко.

В бараке Соболев остановился возле крепкой на вид кирпичной стены с закрытой, рыжей от ржавчины железной дверью, оглядел ее, потянул за ручку на себя. Дверь со скрипом отворилась. За ней располагалось небольшое квадратное помещение, пол которого усеяли кирпичные осколки, шлак и пятна смолы. В помещении стояла громадная печь с выпуклой железной заслонкой, имеющей хитрый механический запор. Ни слова не говоря, Матвей погладил рукой запор и открыл заслонку. Из показавшегося отверстия топки с колосниками внутри пахнуло гарью, серой и мазутом.

– Переодеваемся, – обернулся Матвей.

Молча натянули на себя комплекты Н-1, превращаясь в легендарных ниндзя, успешно завоевавших кино– и телеэкраны мира. Однако все трое понимали, что они не на съемках боевика и впереди их ждет отнюдь не киношный бой.

– За мной. – Соболев исчез в топке, и остальным ничего не оставалось, как последовать за ним.

Печь оказалась замаскированным входом в бетонный колодец со скобами, по которому они в полной темноте, не пользуясь фонарями (Василий надел прибор ночного видения, а Тарасу с Матвеем оптика была не нужна, они и так владели инфракрасным зрением), опустились под землю, сначала до трехметрового бункера с вентилятором на отметке минус двадцать метров, потом достигли дна шахты на пятидесятом метре от поверхности. Выпуклый, с кремальерами запора, люк здесь тоже был заперт, но Матвей открыл его без труда.

Троица «ниндзя» оказалась в нише, отгороженной решеткой от тоннеля спецметро с двумя нитками рельсов и пучком кабелей на стене. В нише стояла маленькая мотодрезина, имеющая и ручной привод.

– Выкатываем, – кивнул на нее Матвей. – До резиденции Ельшина километров пятнадцать, не стоит бить ноги зря.

– А не засекут? – спросил Василий.

– Мы ее оставим в километре, не засекут.

Решетка была на замке, который легко открылся гвоздем. Дрезину выкатили из ниши, установили на рельсы, сели так, чтобы не мешать друг другу, и Василий с Тарасом взялись за рычаги. Мимо побежали стены тоннеля, собранные не из тюбингов, а из огромных гнутых швеллеров.

Двенадцать километров до развилки отмахали за четверть часа. Здесь Матвей перевел стрелки, и дрезина свернула направо, но, не проехав и десятка метров, остановилась.