Непревзойденные - Александр Тамоников

– Вызовите его на связь, уточните обстановку.

– Нельзя, сейчас отряд у объекта. Если… Ладно, ждем.

В 04.30 Коулман не находил себе места.

– Что происходит? Почему не проведен пуск?

Брукс тоже выглядел растерянным.

– Может быть, дикарям удалось заблокировать пуск? Ведь это возможно?

– Возможно.

– Вот. Сейчас люди подполковника Шотбари занимаются разблокировкой.

Коулман прошел к валуну, у которого была развернута спутниковая станция.

– «Рысь»! «Питон»!

В ответ молчание.

– Черт! Фостер, ответь! Говард, кто-нибудь ответьте, черт бы вас побрал.

Но динамик молчал.

Коулман бросил трубку и мрачно проговорил:

– Ждем до пяти часов и уходим!

– Вместе с Холлом и Паркером?

– Нет, – выкрикнул генерал. – Вдвоем.

– Но куда? В Кувейт, как я понимаю, нам дорога закрыта.

– Полетим в Бахрейн, оттуда в Штаты.

– Понял.

Эти переговоры прекрасно слышал старший лейтенант Грачев.

По радиостанции Р-10 он вызвал командира группы:

– Пегас! Грач!

– Да?

Грачев передал суть разговора Коулмана с Бруксом и уточнил:

– Через полчаса генерал намерен свалить отсюда.

– Слышал! Всем готовность!

– Нельзя допустить, чтобы Коулман вызвал вертолет. Он может это сделать в любое время.

– Я сказал, передай Беку: полная готовность! Я начинаю подход к Коулману. Следите за мной. Подниму руку – огонь по пулеметчикам. С Бруксом, а затем и с генералом я разберусь сам. Беку после отстрела пулеметчиков выйти на одну из их позиций и в случае появления вертолета сбить его, подсечь под винт. Дальше разберемся. Тебе прикрывать меня. Начали!

– Начали.

Коновалов перезарядил «Винторез», выполз из канавы за внедорожниками и осмотрелся. Американцы его видеть не могли. Грачев и Озбек затаились на холмах, контролировали с них позиции Холла и Паркера и отслеживали все перемещения командира. Капитан вскочил, перебежал к ближайшему внедорожнику, выглянул наружу и сразу отпрыгнул назад. Коулман и Брукс находились в каких-то десяти метрах.

Коновалов слышал слова Коулмана:

– Я вызываю вертолет. Ты готовься к работе по Холлу и Паркеру.

Генерал направился к валуну, сократив расстояние с Коноваловым до шести метров. Тот быстро принял решение. Нельзя допустить вызова вертолета. «Блэк Хоук» можно сбить из пулемета, только попав ему под винт, да и то если пули лягут точно в цель, что практически невозможно. Попадание пуль в фюзеляж бронезащита вертолета выдерживала. Имея на вооружении два 7,62-мм пулемета, «Блэк Хоук» с воздуха мог уничтожить группу, тем более что надежно укрыться здесь было негде. Только в ущелье, вход в которое американцы заминировали.

Значит, в первую очередь необходимо вывести из строя радиостанцию, затем отстрелить Брукса и только после этого заняться Коулманом. Задача усложнилась. Но корректировать план действий поздно.

Коновалов поднял руку, подавая сигнал Грачеву и Озбеку, вышел из-за внедорожника, вскинул «Винторез» и выстрелил в спутниковую станцию. Пуля пробила чемодан. Капитан перевел глушитель на Брукса, тот обернулся и получил пулю в лоб. Оставался Коулман, который видел Коновалова.

Полковник схватился за кобуру. Тут же раздались хлопки с холмов. Коновалов знал, что его подчиненные не промахнутся, и бросился на бригадного генерала. Коулман успел достать кольт и выстрелил. Капитан ожидал этого, повалился на землю на мгновение раньше, и две пули прошли над ним.

Опустить ствол пистолета Коулман не смог. Из положения лежа Коновалов сбил генерала ударом ноги. Коулман упал неудачно, ударился локтем вооруженной руки о небольшой камень. Этого хватило, чтобы пистолет вылетел из его ладони. Но генерал успел вытащить нож. Коновалов чуть было не налетел на него, но опять-таки в последнее мгновенье успел отшатнуться, изогнувшись змеей.

Но он упал рядом с Коулманом, что дало преимущество полковнику, который тут же бросился на капитана. Юрий перехватил руку с ножом. Он видел искаженную звериной злобой физиономию генерала. Тот вкладывал все силы в руку, и острый нож медленно, но приближался к лицу капитана.

Это видел Озбек. Он несколько раз вскидывал и опускал ствол «Винтореза». Турецкий капитан мог убить генерала, а вот подранить уже не успевал. Выстрел в руку мог задеть голову Коновалова.

Все же подготовка капитана российского спецназа сыграла свою роль. Удержав нож противника в нескольких сантиметрах от лица, капитан нанес генералу удар в ребра. Боль от перелома костей пронзила Коулмана. Он ослабил нажим. Вторым ударом в висок Коновалов сбросил его с себя, попутно выбил и нож из его руки. Генерал, потеряв сознание, распластался на мелкой гальке.

Коновалов поднялся.

К нему подбежал Озбек.

– Пегас, как ты?

– Я нормально, а вот с Коулманом не переборщил ли? Метил в ухо, попал в висок.

Турецкий капитан приложил пальцы к шее врага и улыбнулся.

– Все нормально, командир, живой Коулман. Скоро мы приведем его в порядок!

– Погоди! – остановил Озбека Коновалов.

– Что такое?

– Проверь воротник куртки. Там может быть капсула с ядом. Таким субъектам, как этот генерал, в плен попадать нельзя.

Озбек аккуратно прощупал воротник американца, взглянул на капитана, доставая нож.

– А ты оказался прав. Тут есть какой-то предмет.

Озбек вспорол воротник и вытащил крохотный пластиковый цилиндр черного цвета.

– Это капсула с ядом?

– Да. Раздави ее и приводи ублюдка в сознание.

– Есть!

Разбив каблуком ботинка смертоносный цилиндр, Озбек снял с пояса флягу, отвинтил крышку и влил в приоткрытый рот Коулмана немного спирта.

Генерал тут же очнулся и закашлялся, что причинило ему боль в сломанных ребрах.

Он схватился за бок и простонал.

– Больно, черт бы вас побрал!

– Неужели? – Коновалов нагнулся над ним. – Может, обезболить?

– Пошел ты!.. – Коулман схватил зубами ворот куртки.

– Ты закусить хотел? – усмехнулся Коновалов. – Или думал, что мы оставим тебе шанс тихо свалить на небеса?

Генерал взвыл больше от безысходности и осознания положения, в которое попал, чем от боли. Хотя при переломах ребер она довольно сильна.

Коновалов сказал Озбеку:

– Бек, оттащи клиента и обезболь его. А то воем своим достанет.