Двойник - Валерий Горшков

Ровно через семь дней Кай должен был позвонить в детективное агентство и в запечатанном конверте получить отчет о проделанной работе…

На встречу с детективом, который передаст ему отчет о слежке за «мерседесом» Скелета, Кай ехал в приподнятом настроении. Имея на руках точно обозначенное на карте логово Алтайца, он уже фактически мог праздновать победу.

Чтобы не усложнять процедуру передачи конверта, не сулившую никаких неожиданностей, Владислав позвонил и предложил встретиться в том же самом месте, в котором за неделю до сегодняшнего дня он передавал деньги человеку с собакой, — в парке Сосновка.

Оставив свою «омегу» на стоянке, Кай не спеша направился по асфальтированной дорожке в глубь парка, где на одной из скамеек ему предстояло встретиться с представителем агентства.

В этот хмурый утренний час в парке было пустынно, лишь изредка попадались выгуливающие своих четвероногих друзей заспанные собачники, да пару раз пробегали мимо любители здорового образа жизни в спортивных костюмах.

Присев на лавочку, Кай закурил и, лениво оглядываясь по сторонам, стал ждать появления гонца. Назначенное время уже несколько минут как миновало, а никого, более-менее напоминающего нужного ему человека, вокруг не появлялось.

Лишь молодая супружеская пара на достаточном удалении от его лавочки неспешно катила по аллее детскую коляску, и по темпу их движения было понятно, что парень и девчонка никуда не торопятся и вообще не обращают на Кая никакого внимания.

Решив подождать еще пару минут, а потом снова связаться с агентством, Владислав выбросил сгоревший до фильтра окурок в стоящий у скамейки мусорник и, щелчком выбив из пачки очередную сигарету,закурил снова,

* * *

Мало ли чего у них там могло не срастись, думал он отрешенно, работа все равно уже выполнена, а часом раньше, часом позже — какая разница?.. Главное, дни падлы Алтайца на этом свете уже сочтены и небольшая задержка с получением отчета от сыщиков дела совершенно не меняет!

Парень и девушка с коляской, о чем-то вполголоса перекинувшись парой слов, остановились возле скамейки, на которой сидел Кай.

Молодая мамаша, склонившись над коляской, принялась с улыбкой и обычными глупыми присказками, типа «у-тю-тю, моя радость», поправлять на ребенке разноцветное одеяло, край которого торчал наружу, а молодой папаша, допив пиво и сунув пустую бутылку в мусорник, торопливо скрылся за деревьями, явно намереваясь облегчить свой мочевой пузырь.

Бурное вчера, видать, выдалось у мужика веселье, если с раннего утра уже хватается за пивко!

Проводив ленивым взглядом парня с редкими усиками над верхней губой, Владислав понимающе усмехнулся, расправил плечи и, широко зевнув, отвернулся, снова оглядываясь по сторонам. Гонец все еще не появлялся, и это уже начинало действовать на нервы. Надо будет высказать этим мудакау пару ласковых, чтобы впредь не…

— Извините, пожалуйста, вы не могли бы мне немного помочь? — неожиданно попросила мамаша, мило улыбнувшись недоуменно обернувшемуся на ее голос хмурому небритому субъекту в одетой задом-наперед бейсболке, короткой кожаной куртке и спортивных штанах. — Муж, как назло, убежал в кусты, а мне нужно перестелить простынку под Алиночкой. Это всего пять секунд! Пожалуйста!

— А… что надо делать? — с явной неохотой вставая со скамейки и направляясь к девушке, слегка растерянно спросил Кай. — Я в таких делах, вообще-то, не але…

— Я дам вам ребенка, вы его чуть-чуть подержите, а я быстренько вытащу из коляски описанную простынку и постелю сухую. — На приветливом лице мамаши легко читалось настоящее женское счастье. — Всего и делов-то!

— А разве она у вас не в памперсах? — искренне удивился Кай, осторожно, словно это был сосуд с нитроглицерином, взрывающимся от малейшего расплескивания, принимая у девушки мягкий розовый сверток с младенцем. — Я думал, сейчас уже не пользуются пеленками.

На сей раз с другой точки зрения разглядывая стоящую рядом симпатичную мамашу со смазливым личиком и четко оформленной грудью, он непроизвольно расплылся в улыбке и тут же машинально перевел взгляд на выглядывающее из-под теплого шерстяного одеяла лицо ребенка…

И невольно вздрогнул. На него практически в упор смотрели ничего не выражающие, мертвые и неподвижные стеклянные глаза резиновой куклы, обрамленные пластмассовыми ресницами и нарисованными краской бровями.

Кай, внутри которого вдруг мгновенно все похолодело, хотел было что-то произнести, но удар по затылку каким-то тяжелым предметом напрочь лишил его сознания.

Последнее, что успел запомнить Владислав Кайманов перед тем, как провалиться в черное, пульсирующее забытье, это его разжавшиеся ватные руки, выпускающие сверток с куклой, и ухмыляющееся лицо «мамаши», промелькнувшее перед глазами за миг до окончательной потери сознания.

Боли от удара лицом об асфальт он уже не чувствовал, так же как и торопливо шарящих по телу в поисках пистолета чужих рук…