Турецкий транзит - Владимир Гриньков

Наверное, он в тот раз заподозрил что-то неладное, раз записал номер их машины.

Полина достала из сумки фотоальбом, протянула его собеседнику:

– Посмотрите, здесь они есть?

Турок перелистывал страницы недолго.

– Вот, – сказал он. – Этот и этот. И вот снова они. И здесь…

Где-то они были сфотографированы порознь, а где-то рядом с ними была Полина. И получалось, что не знать их она не могла.

– Вот эти люди… Они приходили сюда и спрашивали про меня?

– Да, – кивнул турок.

– Но вы говорили, что их было трое. Третий – кто?

– Третьего здесь нет.

Турок смотрел на девушку с нескрываемым сочувствием. По-видимому, он каким-то образом связывал между собой визит той троицы и рану на голове Полины.

– У нас хорошая полиция, – сообщил турок. – Можно позвонить, и они сделают так…

Он сложил пальцы двух рук, и получилась решетка. Тюрьма. Он предлагал девушке защиту. Достаточно лишь позвонить, и полицейские упрячут в тюрьму обидчиков Полины.

– Нет, не надо, – качнула головой Полина.

Турок пожал плечами.

– Вы завтра уезжаете, – сказал он.

Не спросил, а именно сказал. Будто твердо это знал.

– Куда? – насторожилась Полина.

– В Памуккале.

– Нет, я никуда не еду.

Турок посмотрел на девушку с сомнением. И еще, кажется, в его взгляде угадывалась досада. Может быть, он не хотел, чтобы Полина оставалась здесь? Боялся, что вернутся те трое и из-за этого у турка возникнут какие-то неприятности?

– Вы бронировали там отель, – сказал турок.

– Я? – не поверила ему Полина.

– Да, вы.

– Вы уверены? – вяло сопротивлялась Полина.

– Вы бронировали отель при мне, – печально смотрел на собеседницу турок. – На двадцатое и двадцать первое октября.

Все совпадало.

* * *

Спустившись через некоторое время на первый этаж, она обнаружила за стойкой уже знакомого ей мальчишку. Тот улыбнулся белозубо и сказал ей по-английски:

– Привет, Таня!

Ее передернуло при этих словах.

– Меня зовут Полина, – ответила она по-английски.

И повторила по слогам:

– По-ли-на!

Она говорила с яростью.

Озадаченный мальчишка растерянно кивнул.

Полина дошла до ведущей на улицу двери, но потом вернулась.

– Вчера ты встретил меня там, на улице, – сказала она мальчишке.

– Да, – кивнул тот осторожно.

– Почему ты подошел ко мне?

Он был озадачен ее вопросом.

– Я шла по улице, – сказала Полина. – И другие люди тоже шли. Ты подошел именно ко мне. Почему я?

Растерянный взгляд в ответ.

– Ты меня видел в первый раз. Вчера ты увидел меня впервые. Раньше мы с тобой не встречались. Правильно?

Мальчишка недоверчиво улыбнулся.

– Почему ты подошел именно ко мне?

– Ты шла сюда, – ответил мальчишка и показал жестом, что именно в этот пансион направлялась девушка.

– Я не шла сюда! – отчетливо произнесла Полина, потому что так будет доходчивее, как ей представлялось. – Я искала пансион!

– Да, – подтвердил мальчишка. – Пансион «Монд».

– Этот пансион называется «Монд»?

– Да.

– Я слышу об этом в первый раз! – произнесла Полина торжествующе, будто она только что уличила собеседника в обмане. – И я просто искала пансион! Любой!

И снова мальчишка улыбнулся недоверчиво. Ни в чем она его не убедила.

– Ты видел меня раньше?

– Да.

– Где? – быстро спросила Полина.

– Здесь, – осторожно ответил мальчуган.

Он явно не понимал, чего от него добивается эта странная русская.

– В этом пансионе? – спросила Полина.

– Да.

– Когда ты меня здесь видел?

– Неделю назад.

Может быть, они все сговорились?

– Я жила здесь на прошлой неделе? – не поверила Полина.

– Да.

– На прошлой неделе я была в Фетхие! – сказала Полина, и вновь в ее голосе звучали торжествующие нотки. – А в Анталью я приехала вчера!

– Да, – не стал перечить ей собеседник. – Ты поехала в Фетхие смотреть Йолюдениз. Вчера приехала в Анталью. Завтра едешь в Денизли. Правильно?

Он произнес это будничным тоном, так говорят о вещах всем известных и никем не оспариваемых.

– Откуда ты знаешь про Денизли? – спросила Полина.

Мальчишка посмотрел на нее озадаченно.

– Ты сказал, что я завтра поеду в Денизли. Кто тебе сказал про Денизли? – строгим, учительским тоном спросила Полина.

– Ты.

– Я?! – изумилась Полина.

– Я ходил в автобусную кассу вместе с тобой. Ты не знала, где продают билеты. Я тебе показал. Разве ты не помнишь?

* * *

Потом пришел лысый турок и увел мальчишку. Они вдвоем вышли за дверь, скрывшись от взгляда Полины, но не догадывались о том, что в стекле открытой двери они отражаются, как в зеркале, и что Полина видит, как они шепчутся. Потом лысый турок показал себе на голову и сразу после этого махнул рукой в том направлении, где оставалась Полина, и стало понятно, что они говорят о ней.

Когда они вернулись, Полина попросила разрешения позвонить в Памуккале. Турок не возражал. А мальчишка смотрел на Полину так, как обычно дети смотрят на людей, о которых они только что узнали удивительные вещи: с любопытством, недоверием и опаской.

Полина, заглядывая в визитку, набрала номер отеля «Koraу». На том конце провода ей подтвердили, что на 20 и 21 октября в отеле действительно забронирован номер на имя Татьяны Тимофеевой.

Она положила трубку. Турки смотрели на нее выжидательно.

А ведь этот мальчишка одного возраста с Михой, вдруг подумала она. И сразу вспомнила Миху.

Она отчетливо помнила, что есть такой мальчишка, которого все называют Миха. У Михи есть отец, его фамилия Прокопов. От этого Прокопова они вдвоем, Миха и Полина, когда-то вместе убегали. Запрыгнули в машину Полины и умчались. Она отчетливо все это помнила, и у нее даже сомнения не возникало в том, что это было на самом деле. И получалось, что Прокопову она может позвонить. Просто набрать номер его мобильного телефона и сказать ему, что это Полина. Он обрадуется так, что не передать словами.