Тайга и зона - Александр Бушков

* * *

И вот тут-то служба преподнесла сюрприз, которого он – уж отслужбы-то – никак не ждал, В одну из пауз между инспекциями его отправилипосыльным на квартиру одного генерала их ведомства. Переложив конверт в левуюруку, он позвонил в дверь, готовый вскинуть правую к головному убору. Дверьотворилась… и рука замерла на полпути. Вместо генерала по ту сторону порогастояло создание, разве что смоляной чернотой волос напоминавшее грозу нерадивыхадъютантов и неисполнительных майоров. Девушка лет шестнадцати, невысокая,курносая, со смешливыми глазами и веснушками на носу и щеках. На ней былизакатанные до колен спортивные штаны и маечка. Потом, разбирая полёты, Карташвсерьёз винил во всём дальнейшем ту чёртову маечку, под которой более ничего небыло.

Девчушка молча и серьёзно рассматривала Карташа, склонивголову набок, а у бравого посыльного отчего-то никак не могло уложиться вголове, что в квартире двухметрового генерала может проживать подобноесоздание. А вдруг это не та квартира?! Он отступил на шаг, чтобы взглянуть наномер…

– Папина, папина берлога, – хитро прищурясь,сказала… выходит, дочь обладателя генеральских лампас. – Папа у дяди Толи,это сосед сверху. Сейчас я ему позвоню, он спустится за вашим письмом.Пойдёмте, господин юнкер, чаем вас пока напою.

Папе она позвонила лишь спустя полчаса. И Карташ со звонкомеё не торопил. В конце концов, не содержал же пакет приказа немедленновыступать? А если и содержал… За приятные минуты можно заплатить и десятьюсутками на «губе». Минуты были приятны, хотя ничего особенного они не делали,не подумайте. Они всего лишь пили чай и болтали о всякой пустячине.

Он не робел – на то он и офицер, чтобы не робеть передженщинами, даже столь юного возраста. Не робел, хотя перед ним сидела дочьгрозного начальника. Может, и оттого, что в мыслях он никак не мог сроднитьхохочущую девчонку в просвечивающей майке с глыбоподобным скалозубом вгенеральском кителе.

Потом всё повторилось. И отправка посыльного с конвертом, идочь генерала, и кухня с чаем. Правда, повторилось уже не по воле случая, а поволе старшего лейтенанта Алексея Карташа, который сам выстроил события:перехватил реального посыльного и за пачку сигарет «Собрание» перекупилпочётное право отнести пакет. Ситуация первого визита повторилась под копирку.Дверь открыла генеральская дочь, кухня, чай вдвоём…

(Ничего удивительного в том повторе не обнаруживается. Женагенерала лежала в больнице, а его превосходительство каждый вечер поднимался ксоседу – как он говорил, в шахматы поиграть, на самом же деле – употреблять напару с бывшим начальником Владимирского централа дядей Толей армянскийконьячок.) И вот сидели они на кухне, говорили, Лара была всё в той же маечке,Лара потянулась к печенью, коснулась плеча Карташа твёрдым соском…

– Я знаю, что вы военные прыткие, но…

Карташ вдруг понял, что обнимает её, ищет своими губами еёгубы, а она несильно толкает его ладошками в грудь.

– Ну пусти же, сумасшедший…

Непродолжительного всплеска здравого смысла не хватило,чтобы он выпустил Лару из своих объятий. А её не слишком упорное, лишь приличияради сопротивление закончилось на поцелуе, и тонкие ладони уже не упиралисьКарташу в грудь, а сомкнулись на его спине…

Он не думал, что может потерять голову, но – потерял, вишьты. Их дыхание стало общим, их стоны сливались, как их руки, а одежды,казалось, слетали с их тел сами собой и падали под ноги, на пол генеральскойкухни. И пропало всё: пропало окно с коричневыми занавесками, пропали сбитые напол ложки, пропал неудобный стол, пропало время. Остались лишь тела, стремящиесяслиться в единое целое…

* * *

Самое смешное (хотя после всего Карташ холодным потомобливался, представляя себе картину маслом: открывается дверь и появляется чутьхмельной генерал), так вот, самое смешное, что он не замышлял этакой дерзости.Он всего-то задумывал побыть наедине с приглянувшейся ему девчушкой ипопробовать договориться о свидании в ближайшие выходные.

Его толкнула к ней неведомая сила и, видимо, эта же силатолкнула к нему Лару. Это была та самая банальная любовь с первого взгляда. Ине только со стороны Карташа – с обеих сторон…

Они стали встречаться. Разумеется, не на генеральскойжилплощади: Алексей к тому времени снимал квартиру, там и проходили их тайныесвидания. И встречались они часто, почти каждый день после института Ларазабегала к Карташу, который довольно легко и без последствий сбегал со службыраньше положенного времени. Может быть, даже слишком часто они встречались…

Как ни странно это, но не было корысти в мыслях Карташа,хотя, казалось бы, присутствовать должна была обязательно. Как же, влюбил всебя дочь высокого начальника, который может устроить зятю прям-таки реактивныйвзлёт по службе, забросать званиями и должностями чуть ли не по маковку.Конечно, если они решат пожениться (а Лара уже начинала готовить Карташа ктакому решению, Карташ, как и всякий повидавший виды мужик, сразу этопочувствовал), папочка-генерал просто обязан заподозрить подчинённого в том,что тот, пользуясь неопытностью несовершеннолетней девочки, заманил её в своиковарные сети и преследует единственную цель – карьерные выгоды. Конечно,неизбежны громы с молниями, проклятья и угрозы на обе головы. Однако рано илипоздно генерал отойдёт, а узнав из какой семьи происходит будущий зять, и вовсеприсмиреет, посчитает, что дочь делает неплохую партию. Никакого мезальянса.Всё-таки, товарищи офицеры, сын генерала и дочь генерала. Ровня, как-никак.

Нет, Карташ никогда не связывал в мыслях жизненный успех слюбовью к дочери генерала.

Мухи отдельно, котлеты отдельно. Но, видимо, давали знать осебе гены деда и отца. Впрочем, связывал – не связывал, а дело неуклоннокатилось к маршу Мендельсона…

И была б то не жизнь, а сказка про Иванушку, женившегося нацарёвой дочке и отхватившего полцарства в придачу, – да вот, наверное, неслучайно все сказки аккурат на счастливом аккорде пира на весь мир изаканчиваются, а про то, что дальше творится с Иванушками и царевнами,сказители предпочитают не распространяться. А дальше, прямо за сказкой, неизвольте сомневаться, начиналась жизнь. Та самая жизнь, в которой семейныелодки бьются о быт, в которой проходит любовь и вянут розы.

Любовь Карташа к генеральской дочке увяла ещё до свадьбы.Увы, сие бывает сплошь и рядом. Бурная страсть, которая, казалось бы, обязанаперерасти в настоящую любовь, куда-то уходит, как вода в песок, и наповерхности остаётся лишь равнодушие и скука. А поскольку корыстнымипобуждениями старший лейтенант одержим не был, то и решился во всём откровеннопризнаться девушке по имени Лара.

Если б он знал, чем всё закончится, то, наверное, всё-такивыбрал бы женитьбу на женщине, которую разлюбил, и жил бы с ней, как многиеживут, – не в любви, но в совместном быту, изменяя и скандаля, и подконец, наверное, обычным житейским образом развёлся бы.