Шаткое равновесие - Михаил Март

Адвокат мило ворковал со своей дамой, когда к нему подошел метрдотель:

— Прошу прощения. На два слова, если можно. Есть важное сообщение.

Такого себе никто не позволял. Значит, речь идет не о пустяках, если его посмели побеспокоить. Стрешнев извинился перед девушкой, мужчины отошли в сторону. Метрдотель тихо прошептал:

— Пятый столик у окна. Гость заказал синий «Житан» с белой маркой. Я его не знаю, он здесь впервые.

— Хорошо, я разберусь.

Адвокат пересек зал и не очень удивился, знав Громова.

— Разрешите, Олег? — спросил он, отодвигая стул.

— Да. Присаживайтесь, мэтр.

Стрешнев присел.

— Вы сделали странный заказ.

— Бросьте, Игорь, если сейчас мы обшарим ваш бар и составим протокол, то паясничать будет уже поздно. Хотите скандала?

— А что хотите вы?

— Имя поставщика. Идея с «Житаном» наверняка принадлежит вам. Местным наркодельцам такое в голову не придет. Кто вам поставляет зелье?

— Разве они назовут свои настоящие имена!

— Вы не поняли меня, я не блефую. Гляньте в окно. Там стоят четыре «Газели», набитые людьми из отдела по борьбе с наркотиками. Они ждут моего сигнала. Ваш ход. Либо поставщик, либо скандал.

Стрешнев глянул в окно. На стоянке возле входа в отель среди шикарных автомобилей действительно стояли четыре белых «Газели», что портило престижный вид ухоженного места.

— Мы делаем все, чтобы постояльцы отеля ни в чем не нуждались. Многие любят травку. Не будут же солидные люди покупать безобидное удовольствие у шпаны на набережной.

— Я говорю о белой марке, а не о зеленой. Кокаин — не травка. Вы начинаете действовать мне на нервы.

— Я не знаю поставщика. Идея принадлежит не мне, а Таисии Львовне. Она договаривалась с поставщиком.

— Тогда мы приступим к обыску и изъятию наркотиков, все бары и рестораны будут закрыты как притоны. Разумеется, об этом узнает не только город, но и Франция. Совет директоров находится в Париже. И еще. Григорий Витепаж не пошел бы к Таисии с подобным предложением. Она должна стать его жертвой, а не партнером, зачем ему себя засвечивать?

— А вы хорошо информированы для репортера.

— Еще бы. Десять лет назад я работал на первого мужа Таисии. Я следил за ней и снимал все на видеокамеру, а после смерти мужа передал пленки Грише как жертве Таисиных интриг.

Адвокат занервничал, на лице появились капельки пота. Олег встал и отдернул занавеску на окне.

— Я все скажу, — остановил его Стрешнев.

Громов сел на место.

— Да, вы правы. Я был посредником в переговорах между Таисией и Витепажем. Он не мог ничем ей угрожать. Как только Витепаж объявился здесь, она тут же начала следствие, задействовав десятки лучших сыщиков. Началось не с него, а с его жены. Алексей нашел себе новую кралю, и Тая решила раскопать ее подноготную, прежде чем принимать радикальные меры. Так она докопалась до Витепажа. Наташа вывела. Таисия знала о зелье, но не знала, кто мне его предложил.

— Речь не мальчика, но мужа. Сейчас вы подпишете две бумаги.

— Я не идиот. Я адвокат и ничего подписывать не стану.

— Думаете, мне неизвестно, к кому я пришел? Вы останетесь в стороне. — Олег достал два свернутых листа бумаги. — Подпишите. Здесь ваше заявление. Вы обнаружили подпольную торговлю наркотиками в отеле и написали заявление в милицию. На второй бумаге укажете имя поставщика и имена всех, кто реализует товар на территории отеля. Мы возьмем их по-тихому в подходящем месте. Вы избежите скандала и оградите себя от неприятностей, превратившись из организатора в свидетеля. Это все, что я могу для вас сделать.

Расчет Громова себя оправдал, Стрешнев заполнил документы и все подписал.

Олег убрал бумаги в карман.

— Извините, меня ждут, — сказал Стрешнев, вставая.

— Я вижу. Вы же все знаете об этой женщине. Не боитесь заигрывать с коброй?

— Я должен узнать адрес Угрюмова. Он наследник, без него встали все дела. Теперь каждый документ требует его подписи.

— А вы думаете, она не понимает, чего вы от нее хотите?

— Пусть понимает, от этого ничего не меняется. Алексей — единственный наследник, и она должна ему объяснить, что он ведет себя неразумно. Мы не собираемся сдавать его властям, пусть живет, где хочет, лишь бы работал. Быть мультимиллионером — это большая ответственность и труд, а не праздная жизнь, как думают многие.

Игорь вернулся к своему столику.

— Я уже собралась уходить, — тихо сказала девушка.

«Никуда ты не собиралась», — подумал адвокат, а вслух сказал:

— У одного из моих клиентов возник срочный юридический вопрос. Прошу прощения за бестактность, больше нас никто не побеспокоит.

Громов вышел на улицу и подошел к одной из «Газелей». За рулем сидел владелец гаража Баженов.

— Спасибо, ребята, выручили. Можете ехать.

— Если это нужно для Лешки, мы и в Москву готовы ехать.

Олег подошел к другой машине, там за рулем был Юрий Артюхов. Громов передал ему бумаги.

— Отвези жене, это срочно. Людей, указанных в списке, надо взять сегодня же, пока они не вымели весь сор из избы.

— Этот тип раскололся?

— Ваши машины выглядели очень убедительно. Не теряй времени. Выносить зелье из отеля они не рискнут, скорее всего, спрячут товар в одном из люксов, хотя тут все номера люксы. Лучший вариант — первый этаж с окнами, выходящими в сад. Ночью там безлюдно. Все запомнил?

— А то! Я же теперь не пью. Завязал.

Машины уехали.

* * *

Современный особняк походил на алмаз, утопающий в лунном свете. Стеклянные двери, окна от пола до потолка, даже крыша с ломаными гранями, как у бриллианта, была из стекла. Бассейн повторял контур Черного моря. Хозяину было чем гордиться. Вилла с фонтанами и цветущим садом располагалась на одном из холмов, с балкона второго этажа открывался сказочный вид на город, расцвеченный неоновыми рекламами. На балконе был накрыт стол на двоих. Прислуга получила распоряжения по телефону — накрыли стол и ушли.

До ужина дело еще не дошло. Игорь и его гостья наслаждались плаваньем в чудной воде бассейна, пили коктейли. Стрешнев не сказал Наташе о том, что его хозяйка выстроила виллу для Алексея, и оформила на него. А он, Стрешнев, только следил за порядком, другими словами, был сторожем. Тая специально сделала крышу стеклянной. На втором этаже должна разместиться мастерская художника. Если разобраться, то получалась интересная картина: не Наташа пришла в гости к состоятельному адвокату, а хозяйка плавала в бассейне со своим сторожем. Ведь она скоро станет женой Угрюмова, и этому никто не в силах помешать. Игры продолжались. Наташа знала, с какой целью ее сюда заманили, а адвокат понимал, что девушка ждет выгодного предложения, хочет переманить его на свою сторону, как когда-то сделала Таисия. Он готов был пойти на любую сделку, мог письменно заверить в чем угодно, чтобы войти в доверие. А чем все кончится, ему известно.