Военно-Морской Исекай - Михаил Николаевич Кисличкин

Кима. — Честно говоря, я не очень понимаю то, о чем ты сейчас говоришь. Что такое гены и биота, я не знаю, хотя и догадываюсь. Но Кейма права в главном — все действительно вышло из-под контроля. О том, какие на острове появятся монстры накануне появления Цветка заранее узнать совершенно невозможно. В любом лабиринте они более или менее одинаковые и предсказуемые, хотя бы по основным повадкам, — задумалась целительница. — Их можно описать и как-то понять, предсказать на каком именно уровне и с какими тварями столкнешься, подумать заранее, как с ними справиться. Но не на острове Алого Цветка! Там всякий раз разные монстры, причем они иногда действительно выглядят одновременно и как растения и как животные, — задумалась магичка. — Говорят, что они временами настолько страшные, что аж жуть! Никогда не знаешь, что именно там тебя встретит, и какими силами оно будет обладать, в этом-то и главная сложность таких экспедиций.

— Хреново, — вздохнул я. — Выходит, раз нельзя предсказать наперед, что там за противник, то и плана заранее не продумаешь… Плохо дело, не люблю сплошных импровизаций.

— Ничего, — погладила меня по плечу Кима. — С монстрами мы справимся, не в первый раз. Скажи мне лучше, что ты думаешь насчет предложения Альтры, дорогой. Только, пожалуйста, будь со мной откровенен!

— Насчет какого предложения? — наморщил я лоб, недоуменно уставившись на магичку.

— Насчет предложения стать ее официальным фаворитом?

— А…, - отмахнулся я. — Ничего не думаю. Для начала надо Цветок взять и архипелаг захватить. Да и с Кеймой все не так просто. А как мы будем после победы меж собою свои отношения строить, то дело десятое…

— Вот вечно вы такие толстокожие мужики! — скривилась Кима. — О всякой ерунде размышляете, а о по-настоящему важных вещах вообще не задумываетесь! Леша, речь идет о наших с тобой чувствах друг к другу, ты что, не понимаешь?! — по выражению лица магички я понял, что еще чуть-чуть и она заплачет. — Ты хочешь меня бросить ради эльфки?

— Нет, конечно, — торопливо сказал я. — С чего ты это взяла? Просто мы, мужики, такие — на охоте нам важно завалить мамонта, все мысли только об этом. А уж после охоты… А что, если я стану фаворитом Альтры, то это поставит крест на наших отношениях? — спросил я и, увидев как от этих слов перекосило целительницу, поспешно добавил, — извини, дурацкий вопрос. Успокойся, дорогая. Я правда об этом не думал, у меня в голове только наша экспедиция.

— А ты подумай! — топнула ножкой Кима. — Ты знаешь, что у эльфов подразумевает должность официального фаворита?

— Нет, — виновато развел я руками.

— Официальный фаворит, это хранитель тела своей госпожи! Ответственный за нее! Тебе придется совмещать должности личного секретаря, доверенного представителя, главного пажа и главного советника…Если с Альтрой что-то случится, отвечать за нее перед кланом тебе! Главный фаворит у высоких родов эльфов — это ближе чем муж! Что муж… он по существу ни за что не отвечает и никаких реальных прав на главу клана не имеет! А вот фаворит или фаворитка — это правая рука господина или госпожи, часть их тела, проводник их воли. У фаворита масса обязанностей и ответственности. Там сложно все… если Альтра захочет, она вообще не выйдет замуж. А тебе прикажет заделать ей детей и наследников, и ты должен будешь постараться. Потому что обслуживать ее тело и ее дело — твоя прямая обязанность. Причем, по эльфийским обычаям, дети от тебя будут только ее, не твои. И ты хочешь, чтобы зная это, я оставалась спокойной?

— Не знал о таком, — оторопел я.

— Теперь знай! Конечно, официальный фаворит может быть женат, его обязанности не запрещают ему иметь семью. Но ты сам понимаешь, что станет с нашими отношениями. В этом случае я предпочту забрать свой пай и уйти из компании. Мне есть чем заняться на берегу.

— Кима, погоди… у нас тут такой узел запутался, что враз всё не разрубить. Не надо на меня давить. Ты сказала я услышал. Никакого согласия быть чьим-либо фаворитом я никому еще не давал, — твердо сказал я. — Давай решать проблемы по мере их возникновения!

— Хорошо. Решай их, Леша, — посмотрела мне в глаза рассерженная магичка. — Я подожду немного. И надеюсь, что ты все решишь наилучшим образом.

Остров Алого Цветка показался на горизонте на двенадцатый день похода. Мы бы успели и раньше, но из-за медлительных эльфийских судов пришлось задержаться. В итоге, мы прибывали чуть раньше, чем предполагаемая экспедиция из Вольных городов, но решили махнуть на это рукой. Когда сможем сорвать Цветок, тогда и сорвем, ничего не поделаешь.

— Красивый остров, — заметил Максимыч, стоя на мостике и разглядывая открывающееся перед нами зрелище в бинокль. — Много зелени, ближе к центру скалы. Конкурентов пока не видать… Где лучше искать цветочек? — спросил он сосредоточенно сканирующую океан Киму.

— Пока точно не знаю, — ответила целительница. — Но не у самого берега… Кэп, мне не нравятся прибрежные воды. Впереди и чуть справа в полтура милях две подводных скалы. Странные каких-то скалы… они входят в резонанс с поисковым плетением.

— По карте здесь не должно быть ничего подобного, — нахмурившись, уставился в экран компьютера Максимыч. — Глубины до самого острова приличные.

— Кэп, справа по борту на пятнадцать градусов вижу два предмета, — вдруг доложил наблюдавший за океаном Сашка. — Похожи на вершины подводных скал или маленькие островки. Дистанция около двух миль… блин, кажется, они движутся.

— Где? — снова схватил свой бинокль капитан.

Я тоже уставился в том же направлении, разглядывая через оптику странные «островки». Серые, гладкие, торчат из воды, словно спины неведомых китов… а это еще что за ерунда такая?

Один из «островков» вдруг резко, как поплавок, всплыл, став похожим на плавающий серый блин диаметром в пару десятков метров, с утолщением в центре. Из этого утолщения вдруг, откуда ни возьмись, стало вздыматься вверх тонкое щупальце с белесым утолщением на вершине, которое повернулось к пароходу, уставясь на нас, словно гигантский глаз. А еще через пару секунд в задней от нас части «блина» из-под воды показались еще несколько толстых щупалец, которые, переплетясь все вместе, ловко образовали нечто вроде огромной пращи с ложем для снаряда, в котором уже был зажат какой-то каменюка. «Островок» чуть сманеврировал, щупальца с камнем пошли немного вверх, затем упали вниз, до самой воды, а потом снова мгновенно взметнулись вверх, с огромной силой бросив свой снаряд. Камень, величиной с уличный деревенский сортир, от броска мгновенно взмыл в воздух и по параболе устремился к нашему «Вепрю», светясь недобрым малиновым светом.

— Полный