Месть Акулы - Сергей Майоров

Создаётся оперативная группа. — Ответственная задача Сазонова. — Появляется Лаки. — Редкий калибр. — Убийство на пустыре. — Фадеев «попал». — Акулов гоняет чаи с малолеткой. — Предупреждение

С кружкой кофе в руке Акулов встал возле окна кабинета.

— Ты представляешь, сколько наших коллег по всему миру делают сейчас то же самое? — спросил он Волгина, сидевшего за столом; перед ним стояли гранёный стакан в металлическом подстаканнике и маленькая чашечка с холодной кипячёной водой. — В Петербурге и на Сахалине. В полицейских участках Чикаго и Сиднея. В парижском комиссариате на набережной Орфевр. В Колумбии и ЮАР…

— А в Гонконге «китайский городовой» ругает чайник тайваньского производства. Он хочет, но не может присоединиться к всемирной акции полицейских — пожирателей кофе. Наверное, завидует нам. Андрей, во всех этих странах разные часовые пояса. Ты не подумал об этом?

— Я имел в виду десять часов утра по местному времени.

Ежедневное совещание, обычно именуемое сотрудниками «сходка» или «развод», начиналось в 09.30 и проводилось Катышевым либо одним из его заместителей. И Волгин, и Акулов опоздали, хотя каждый намеревался прибыть вовремя. Сергей вульгарно проспал, Андрей, отвыкший от поездок по городу в часы пик, много времени потерял в пробках. Он прибыл в РУВД минутой позже и догнал напарника уже в коридоре третьего этажа, когда Волгин подходил к кабинету ББ. Даже через закрытую дверь был слышен голос начальника, распекавшего подчинённых за нерадивость и лень — так происходило практически каждое, утро, вне зависимости от проколов или успехов, достигнутых накануне.

— Привет! Как сестра?

— Со вчерашнего вечера — ничего нового.

— Мать в порядке?

— Да.

— Не стал я вчера с Мишей о Мамаеве говорить. Когда приехал, Ритка уже все закончила. Адвокат давно смылся…

— Ты его хотел обыскать?

— Дурацкая ситуация.

Они вошли в кабинет. Кое-как примостились на одном жёстком стуле, остававшемся незанятым. На «сходняке» присутствовал почти весь ОУР — около двадцати человек.

Катышев строго посмотрел на опоздавших, однако замечаний делать не стал. Захлопнул лежащий перед ним скоросшиватель с металлическими зажимами, придавил картонную обложку кулаком со сбитыми костяшками и объявил:

— Для раскрытия особо тяжкого преступления создаётся оперативная группа. Старшим, назначается Волгин, общий контроль остаётся за мной. Приказ будет подписан сегодня. Кроме Акулова, в группу входят Сазонов и два участковых. Им уже поставлена задача, будут проводить обход домов вокруг школы, доделывать то, что мы вчера не успели. Борисов должен выделить ещё одного опера. У него с людьми сейчас напряжёнка, все или болеют, или учатся, но к обеду он определится и подошлёт человека. Сергей Сергеич, придумайте, чем его будет целесообразно загрузить. Вопросов нет?

— Тринадцатую зарплату дадут? — спросил Шурик Сазонов.

— Ты ещё двенадцатую не получил.

— Обещали до конца месяца…

— По новым сведениям — не раньше июня. Все свободны.

В коридоре Сазонов улыбнулся Акулову:

— Поработаем вместе. Давненько я «мокрухами» не занимался!

— Не стоит и начинать. Вчера ты уже наработал. Может, хотя бы на недельку угомонишься?

— А что такого? Я ведь как лучше хотел…

У Акулова был готов резкий ответ, но Волгин помешал разгореться скандалу.

— Шурик! Вот номер трубки Анжелики. Берёшь в прокуратуре запрос и получаешь распечатку переговоров за последние две недели. Скорее всего, она была выключена, но убедиться в этом не мешает. Если окажется, что зафиксированы какие-то номера — звонишь мне, а я скажу, что делать дальше. Второе: едешь в наше ГАИ и смотришь там материал по ДТП, в которое попала Мартынова. Снимешь копии со всех документов, привезёшь мне. И начинаешь устанавливать чеченца, с которым Анжелика столкнулась.

— Где же я ксерокс найду?

— А у тебя своего нет? Странно. Тогда придётся договариваться. ГАИ не обеднеет, если ты откатаешь десяток листов. После обеда созвонишься с Борисовым и узнаешь, кого он ещё выделяет. Если Саня начнёт быковать и говорить, что у него все заняты, сообщишь мне. Если нет — берёшь этого парня и дальше работаешь вместе с ним. Все понял?

— Чего тут сложного?

— Я тоже так думаю.

Они остановились перед дверью кабинета «убойщиков». Сазонов не уходил, что было для него необычно. Обычно он стремился «нырнуть» при первой возможности, в течение дня на связь не выходил и тратил на простейшее задание времени вдвое больше, чем кто бы то ни было. Доставая ключи, Сергей подумал, что Шурик, наверное, хочет сознаться ещё в какой-нибудь промашке, которую вчера допустил, и мнётся, не зная, как лучше начать.

Оказалось, он хотел не сознаться, а попросить свою долю. Смотрел хитрым взглядом, а когда убедился, что его не совсем понимают, многозначительно изрёк: