Тройная зачистка - Сергей Самаров

– Это Али. У меня тут есть один любопытный парень... Капитан ФСБ. Завтра в двенадцать его принимает директор ФСБ. Тебя такой человек не интересует? Ты же хотел передать письмо... Хорошо. Он подождет тебя до утра.

Али убрал трубку.

– Тебе повезло, капитан. Сегодня должен был умереть или ты, или Лысцов. Умрет он. А утром мне принесут письмо для директора ФСБ. Ты сможешь передать его?

– Что за письмо? – все понимая, Басаргин продолжал разыгрывать из себя человека осторожного.

– Это письмо из Чечни. Боевики пишут письмо директору ФСБ о том, как им не дают сдаваться федералам. Их просто уничтожают сами федералы. Несколько таких писем уже было отправлено раньше. Судя по всему, ни одно до адресата не дошло.

– Я передам такое письмо, – он сказал твердо и с достоинством.

– И дашь мне слово, что забудешь сюда дорогу. Впрочем, ты слово не нарушишь и совсем по другой причине.

– По какой?

– Утром ты застрелишь Лысцова. Сам. Скажи, тебе очень этого хочется?

– Мне очень этого хочется.

– А мы снимем расстрел на пленку. Продемонстрируешь нам авторский выстрел. Согласен?

– Согласен. Я пообещал убить убийцу подполковника Елкина. И я это сделаю.

Сказано красиво. И даже при том, что настоящий убийца, а не его помощник-наводчик, стоял сейчас за спиной Басаргина. Александр узнал его с первого взгляда.

– Вот мы и договорились. А до утра посидишь в подвале. Там шумно, но не сыро. Лысцову я дам напоследок возможность выиграть много денег. Пусть порадуется в последний раз.

Басаргин понимал, что Али блефует. Красиво говорит, но в разговоре этом нет ни слова правды. Может быть, он и заставил бы капитана расстрелять майора. Но говорит он об этом только для того, чтобы снять подозрения у капитана. Иначе капитан может не поверить, будто его отпустят после того, как он увидел здесь множество знакомых лиц.

– Галиахмет, отведи капитана в подвал. А чтобы он не бегал много по камере, прицепи его к трубе, – Али Алимханов достал из ящика стола блеснувшие хромом наручники и передал Галиахмету. – И отправляйся к Руслану. Вам пора ехать...

Подтверждением предыдущей мысли стало и то, что Галиахмет, вытащив пистолет из кобуры с правого бока – левша, повел Александра не через общий коридор, а снял книгу с полки, нажал на что-то, и в стене открылась дверь. Все они уверены, что капитан забудет все, что ему прикажут забыть, и не стесняются показать то, что показывать посторонним нельзя.

– Проходи вперед, – чечен ткнул стволом в плечо Басаргину. Тот даже в полумраке отметил, что у пистолета не опущен предохранитель. Захотелось поблагодарить за доверие. Окажись на месте Басаргина подготовленный альфовец, сейчас уже лежал бы чечен-киллер на полу, а пистолет смотрел бы в лоб Али Алимханову.

Они спустились по очень узкой лестнице, настолько узкой, что подполковнику Елкину здесь бы никогда не суметь пробраться, будь он жив и здоров и даже похудей на десяток килограммов. Посреди лестницы площадка. Галиахмет поднял руку и нажал на что-то невидимое на балке под низким потолком. Открылась дверь вбок. Новая лестница вела все ниже и ниже. Вот и подвал. Земляной пол, бетонные стены из фундаментных блоков. Прошли мимо входа в бойлерную, в дальний конец. Здесь нет дверей, кроме одной. Ее и открыл чечен своим ключом, не убирая пистолет от спины капитана.

– Заходи.

В комнате было очень шумно. Работал какой-то двигатель. Александр предположил, что это компрессор холодильной камеры. И – темнота... Только из коридора попадает слабый свет.

Басаргин замер на пороге.

– Заходи, – Галиахмет толкнул Александра в спину. Сильно толкнул. Как раз так толкнул, как и надо было.

Александр шагнул вперед нерасчетливо, споткнулся и упал на колено. И остался так сидеть, держась за ногу. За левую ногу, где прикреплена кобура с пистолетом.

– Я же здесь все ноги переломаю.

– Это не стадион. Бегать здесь не обязательно.

По наивности, по уверенности в своих силах чечен повернулся спиной, защелкивая за трубу одно кольцо наручников.

– Иди сюда! – рявкнул он презрительно и начал поворачиваться.

А когда повернулся, увидел, что в лоб ему смотрит ствол пистолета.

Вот тут чечен и испугался. Глаза показали этот испуг.

– Не стреляй... Не надо... Я тебя отпущу...

Наивный.

– Подполковник Елкин просил тебя не стрелять?

– Он был без сознания.

– Но ты-то в сознании, Галиахмет... Подполковник Елкин был очень добрым и веселым человеком...

Щелкнул предохранитель. Этого было даже не слышно из-за шума компрессора, но Александр понял о действии по выражению глаз чечена. Тот даже попытался поднять свое оружие, но Басаргин всегда хорошо стрелял на опережение. Пуля попала прямо в центр лба...

Авторский выстрел...