Акция устрашения - Александр Тамоников

— Вы предпочитаете молоденьких или дам бальзаковского возраста?

Генерал хмыкнул:

— Хорошо сказал, бальзаковского возраста. Это лет 40?

— От тридцати. Дамы весьма фигуристые и опытные. Некоторые замужние!

— Я хотел бы взглянуть на этих, бальзаковских!

— Добро! Через полчаса вам будет предоставлен на выбор самый лучший ассортимент города.

— И давай в номер тройку шампуня, пару водки, закуски из кабака и сигареты «Парламент».

О заказе Кислицина Малинин тут же доложил Листошину. Тот сообщение принял и приказал продолжать наблюдение.

Вскоре к гостинице подъехала «Газель», из нее вышли три женщины, в которых без труда угадывались проститутки. В сопровождении сутенера они проследовали в фойе. Оттуда в 214-й номер. Обратно вышли две, одна осталась с генералом безопасности.

Листошин запросил Малинина:

— Юра, что слышно в номере московского гостя?

— Обсуждение того, чем предлагает заняться Кислицин, а он требует полный спектр интимных услуг. Дама торгуется. Сошлись на пятидесяти долларах в час. Эта, которую объект снял первой, как я понял, только разогреет генерала, после чего к нему доставят другую проститутку. Не слабо решил развлечься Кислицин!

— Другую, говоришь? — задумчиво повторил Листошин. — Это хорошо! Ладно, конец связи!

Парень, находившийся в фойе гостиницы, вышел на улицу, свернул за угол здания «Центральной».

Спустя несколько минут Малинин доложил, что кто-то поднимается по пожарной лестнице. Листошин приказал Шестакову подняться на второй этаж, а Малинину перейти на третий.

Вскоре неизвестный, а им оказался тип, до этого торчавший у телефона в фойе, вышел в коридор второго этажа. Его видел Шестаков. Молодой человек прошелся по коридору, остановился у 214-го номера. Шестаков приготовился броситься к номеру, если неизвестный попытается вломиться в него, но тот, секунду постояв, пошел дальше. Пришлось и Шестакову переместиться на этаж выше. Парень же вышел на длинный балкон, тянущийся по всему фасаду здания. Людей внизу сновало много, и он не заметил, как еще двое мужчин вошли в гостиницу. Это были сам Листошин и капитан Вячеслав Рябинин — командир разведывательной роты бригады.

Пройдя мимо дежурного, который, как ни странно, не обратил на гостей никакого внимания, с центральной лестницы Листошин запросил Шестакова:

— Что делает человек на балконе?

— Курит! И смотрит вниз!

— Значит, чего-то ждет? Чего? Когда Кислицин завалит проститутку в постель? Возможно.

Листошин приказал Малинину выйти к 214-му номеру. Вскоре подошел к нему с Рябининым. Потрогал ручку. Заперто! Постучал. Никто не ответил. Постучал сильнее. На этот раз донеслось раздраженное и пьяное:

— Какого черта? Номер занят! Пошли все вон!

Семен повторил стук.

Поняв, что от пришельца не отделаться, Кислицин подошел к двери, накинув халат. Спросил, не открывая:

— Кто там?

— Посыльный с базы отряда спецназа, генерал. Срочное сообщение.

Вот уж этого Кислицин никак не ожидал. Если его разыскали спецы даже здесь, то в Союзной произошло что-то из ряда вон выходящее. Он вновь чертыхнулся, открыл дверь.

И тут же был оттеснен в сторону тремя мужчинами, вошедшими в прихожую. Кислицин открыл было рот, чтобы выразить негодование, но в подбородок уперся ствол табельного пистолета Листошина:

— Помолчи, генерал! Где шлюха?

Кислицин побледнел, ноги его противно задрожали.

— Она в душевой!

Семен кивнул Малинину, и тот прошел в ванную комнату. Оттуда послышался женский вскрик.

Листошин приказал:

— А теперь, господин оборотень, прошу в гостиную.

Кислицин, заикаясь, спросил:

— Кто вы?

Семен спокойно ответил:

— Твои ангелы-хранители, Игорь Юрьевич. Вперед в гостиную!

Кислицин, поняв, что сопротивление бесполезно и опасно, выполнил приказ. В это же время из ванной комнаты старший лейтенант Малинин на плече вынес голую женщину, спросил:

— Куда красавицу?

Листошин указал на спальню.

— Тащи туда. Обработал надежно?

— Как минимум три часа будет спать мертвым сном!

— Хорошо!

Семен указал Кислицину на кресло:

— Садись! Разговор вести будем!

Генерал безопасности сумел взять себя в руки:

— Вы, наконец, ответите, что означает ваше вторжение? И знаете ли, к кому так бесцеремонно ворвались?

— Знаем, господин Кислицин: к курьеру Босса, передавшему, пользуясь служебным положением, приказ господина Говорова Али Асханову молчать. Могу даже процитировать послание: «Молчание — жизнь! Жизнь — свобода! Босс».

При упоминании фамилии Босса Кислицин вздрогнул. Его задание было раскрыто! Но как? Неужели Али решил подыграть спецслужбам? Иначе спецназовцы не могли узнать истинной причины командировки генерала безопасности. Но спецназ — это не прокуратура, и не ему проводить следственные мероприятия. Тем более доказательств у этих бравых парней не может быть никаких.

Кислицин опустился в кресло, взял со стола пачку «Парламента», закурил. Вдруг улыбнулся:

— Грубо работаете! Ваша дешевая провокация не пройдет. И плевать, что наплел Али. Он сейчас готов кого угодно скомпрометировать. Не удивлюсь, если он скажет, что во время войны сотрудничал с самим Президентом. У этого чечена не осталось другого выхода, кроме как лгать, извиваться, тянуть время. Чтобы затянуть процесс и отправку в спецзону. А вы купились на его дешевые трюки. Кстати, вы так и не представились.

Листошин, терпеливо выслушав предателя, спокойно ответил:

— Я — командир десантно-штурмовой бригады, генерал Листошин. И знаешь, Игорь Юрьевич, у нас в Афгане был один хорек вроде тебя. Замполит батальона. Грузил всякой херней по полной программе, а сам работал на крупного полевого командира духов. Но мы его раскололи, и сейчас, скорее всего, он уже сгнил в земле, где-нибудь рядом с расстрельной тюрьмой. Это я так, к слову. А насчет Али? Он не говорил о своих связях с Президентом! Он поведал нам об Организации, которую возглавляет господин Говоров — чиновник высшего уровня власти, по-вашему Босс, у которого ты, сучок, в шестерках обретаешься.

Кислицин попытался возмутиться:

— Я бы попросил…

— У надзирателя жрачку просить будешь! А сейчас быстро говори, каким образом Босс планирует уничтожение Асханова?

Генерал безопасности натянуто усмехнулся:

— Я не знаю никакого Босса, с Говоровым не знаком, о какой-то Организации слышу в первый раз! Достаточно? А сейчас я должен связаться со своим непосредственным руководителем, чтобы прекратить произвол какого-то войскового генерала.