Глаз ведьмы - Василий Веденеев

— Присаживайтесь, Сергей Иванович.

Максимов выразительно повел бровью — Генка тут же исчез.

— Чем могу быть вам полезен? — Сергей взял предложенную хозяином сигарету и прикурил от большой настольной зажигалки.

— Геннадий рекомендовал вас с самой лучшей стороны, да и сам я видел вас в деле. Впрочем, молчу! — Максимов шутливо поднял руки, словно сдаваясь. — Ни слова больше… В общем, мне нужен человек с опытом и умением крепко держать язык за зубами. Казаков что-нибудь объяснил?

— В общих чертах, — и Серов решил сделать маленький выпад с целью проверить реакцию хозяина. — Насколько я понял, вам крайне нежелательна огласка, что в роду умалишенные?

— Если хотите, считайте так, — ни один мускул на лице Константина Михайловича не дрогнул, и Сергей отметил, что тот хорошо владеет собой. — Работа рассчитана примерно на две недели, до отъезда нашей родственницы в Швейцарию. Оплата хорошая. Я готов дать три тысячи задатка и окончательно рассчитаться после ее отлета, заплатив еще семь тысяч долларов. Начать желательно не откладывая, прямо завтра.

— Что конкретно я должен делать?

— Умеете водить машину? Прекрасно. Дадим вам на время работы авто, и будете дежурить у дома. Если дама не выходит, вы ждете. Если отправилась в город пешком, то следуете за ней тем же порядком, но она может поехать на машине.

— Вы не ограничиваете свободу ее передвижений и даже позволяете садиться за руль?

— Ну, нельзя же человека лишить всего? Она не в тюрьме и нисколько не виновата, что больна, — развел руками Константин Михайлович.

Он закурил и выпустил дым к потолку, а Серов отметил, насколько беспокойно, в отличие от лица, вели себя руки Максимова: он то поднимал их, то разводил в стороны, то тискал пальцы одной руки в ладони другой, а теперь играл золоченой зажигалкой «зиппо», пытаясь скрыть волнение. Лицо еще удавалось контролировать, а вот руки подводили. Хотя Сергей, наверное, тоже бы волновался, говоря о помешанной родне. Кстати, права ей они наверняка купили — теперь получили возможность управлять машинами даже те, кто раньше не мог об этом и мечтать.

— Да, естественно, — согласился Серов. — Я должен представлять вам какие-то отчеты?

— Только в тех случаях, если произойдет нечто экстраординарное или она с кем-то встретится. Для этого у вас будет фотоаппарат, и вы зафиксируете встречу на пленке. Деньги на бензин и карманные расходы ассигнованы в размере трехсот долларов в неделю. Устроит? Дайте ваши координаты, мы сейчас же оформим доверенность на машину.

Сергей взял листок бумаги и быстро набросал свои данные. Протянул записку Константину Михайловичу и прямо спросил:

— Зачем за ней нужно приглядывать?

— У нее мания самоубийства, — нехотя ответил Максимов.

— Склонность к суициду, как говорят правоведы и медики? — удивленно поднял брови Серов. — Ей нельзя доверять баранку! И как ночью?

— Ночью следить не нужно, — Константин Михайлович ослабил узел галстука, словно воротник сорочки душил его. — И вообще у нее появляется склонность к суициду, как вы изволили выразиться, только в периоды обострения болезни. Недавно был сильный приступ, а теперь, как надеются врачи, он повторится не скоро. Дома за ней есть кому присмотреть, а вот на улице вы будете отвечать за нее головой!

Серов посмотрел на большие настенные часы «ситизен»: время приближалось к обеду. В принципе он уже согласился, поэтому нечего выдрючиваться.

— В общем, прелестная ситуация, но я уже дал согласие и обратно своего слова не возьму.

— Отлично. — Максимов достал из сейфа и показал гостю большую фотографию.

С нее смотрела молодая, очень миловидная женщина с пышными рыжеватыми волосами. Красивые глаза, тонкие брови, пухлые, чуть приоткрытые тубы, кокетливый поворот головы. Конечно, не обошлось без искусного гримера и прекрасного фотографа, но тем не менее она очень хороша.

Жаль, что эта прелестная головка поражена ужасным недугом.

— Как ее зовут?

— Не имеет значения. Вступать с ней в контакт в ваши обязанности не входит. Запомнили? — Константин Михайлович быстро спрятал фото в сейф. — Она выше среднего роста и хорошо сложена. Думаю, узнаете, на то вы и профессионал. Вот деньги, а доверенность и ключи от машины Геннадий подвезет попозже.

Он подал Серову конверт. Тот, без ложной щепетильности, пересчитал деньги, «не отходя от кассы». Все верно, три тысячи триста баксов. Придется, видно, сегодня же звонить Сухарю и просить у него тайм-аут на пару недель, сославшись на досаждающие дела по прежней службе: все равно он это никак не проверит, а чтобы сказать ему правду, надо быть полным идиотом.

Сергей убрал конверт в карман.

— Где она живет?

— У «Кропоткинской». Завтра вас проводят. Рад, что мы достигли договоренности.

Константин Михайлович встал, давая понять: встреча окончена. Он одарил гостя дежурной улыбкой и, как только за ним закрылась дверь, тут же направился в комнату отдыха, схватил со стола бутылку виски и сделал большой глоток прямо из горлышка — нервы, черт бы их! Потом полез в тумбочку и вынул из видеомагнитофона кассету: беседа с Серовым была зафиксирована на видеопленку.

Утром Сергей встал пораньше — назвался груздем, полезай в кузов! Сейчас не придется разлеживаться, как уже привык за короткое время работы в магазинчике. Кстати, с Сухарем быстро удалось договориться, он предоставил Серову краткосрочный отпуск на пару недель и даже с сохранением содержания, но попросил, чтобы Сергей все-таки выкраивал времечко и заглядывал к Зое и Шуре.

— Подчиненные должны чувствовать заботу начальства, — рассмеялся Твердохлебов. — И не очень там упирайся рогами на службе. Привет!

Он повесил трубку, а у Серова осталось в душе чувство некоторой гадливости к себе: зачем обманул Сухаря? Да и дома тоже не сказал всей правды. Вот так, потихоньку и влезаешь в болото лжи, из которого трудно выбираться: сам себя запутал и уже плохо помнишь, кому и что говорил, на кого ссылался и какие доводы и оправдания приводил.

Ладно, Бог даст, разберемся, а пока — вперед! Вчера Казаков пригнал «жигули» третьей модели: не новенькие, зато вполне отлаженные и с полным баком, а в перчаточном отделении лежала доверенность на имя Серова. Между прочим, шелапутный Генка все-таки скумекал, что машину лучше оставить подальше от магазина.

Встреча с человеком Максимова была назначена недалеко от памятника Гоголю на бульваре, и Сергей заторопился — если опоздаешь и дамочка улизнет из-под надзора, то получится не слишком хорошо: только начал работать и в первый же день такой прокол! Тут тебе не сэконд хэнд!

Как Серов и ожидал, на условленное место прибыл на новенькой иномарке один из телохранителей — как раз тот, кому досталось стулом по голове. Видимо, получив от шефа строгие инструкции, он сделал вид, что не знает Сергея. Может быть, это и к лучшему? И Серов охотно включился в предложенную игру.