Холодный свет луны - Александр Тамоников

Поднял руку Урдан:

– Извините, саиб, вы мудрый человек, но, по-моему, сгущаете краски. С моей точки зрения, все обстоит гораздо проще. Русские узнают о побеге пленных, которых оставили после первого штурма лагеря. Принимают решение вытащить их. Это характерно для русских. Советская разведка вербует американцев, чтобы организовать побег. А вывести с территории лагеря ночью пленных не так уж и сложно, тем более если разыграть спектакль на границе. Взвод высаживается в районе, где готовит встречу пленным. Заметьте, не подбирает их сразу на входе в Хайдар, а назначает место в верхнем ущелье. Почему? Потому, чтобы вовремя бежать, если за беглецами будет преследование. Наши наблюдатели не заметили не то что крупных сил, но даже тех малочисленных разведгрупп, о которых говорил полковник Довлатов. А они, если русские действительно готовят сюрприз, как-нибудь, да выдали бы свое присутствие. Переговоры в эфире? Это могут быть переговоры командира встречающей группы со своим командованием, с аэродромом базирования вертолетов в Джебаде и с пленными. Да, командир встречающей группы обязательно вышлет и наверняка уже выслал к Хайдару передовой дозор, который может остаться не замеченным для наблюдателей. Все же во взводе спецы. Что они увидят? Пустой проход и четверых своих пленных. Дозор не проявит себя. Он пропустит беглецов и будет продолжать отслеживать обстановку. До того момента, как пленные не удалятся в ущелье на приличное расстояние. Убедившись, что за пленными нет преследования, дозор уйдет. И вот тогда…

В проеме двери показалась физиономия помощника Балани.

Хикмат недовольно спросил:

– Чего тебе?

– С постов наблюдения доложили, что на выходе из ущелья обосновались два бойца встречающих взвода русских. Они осмотрели местность и устроили позицию за одним из валунов!

Урдан воскликнул:

– А я что говорил? Вот и дозор русских! И он вполне мог вести активные переговоры в эфире со своим командиром по мере выхода к Хайдару! Дозор даже не стал прятаться. Это говорит о том, что русские уверены – их план побега пленных с помощью американцев удался.

Хикмат отпустил помощника Балани. Поднял глаза к потолку:

– Всевышний! Что готовишь ты нам? Победу или поражение? Мне очень важно знать это. Но я не узнаю. Прошу, помоги нам в святом деле борьбы с неверными.

Закончив своеобразную молитву, Хикмат присел за стол рядом с командирами:

– Хорошо! Продолжаем акцию. Тем более назад хода уже нет! Но подстрахуемся. Урдан! Личный состав одного взвода немедленно вышлешь в Хайдарский проход. Без техники, пешим порядком. Задача командира взвода – взять под контроль вход в верхнее ущелье после того, как туда войдут пленные, а за ними отряд Хана. Это лишним не будет. Если я утрирую ситуацию и неправильно оцениваю обстановку, то выход взвода превратится в учебное занятие. Если же русские все же готовят нам сюрприз, то неожиданное появление в Хайдаре твоих людей испортит им игру. И на корректировку задач времени не оставит.

– Слушаюсь, саиб! – поклонился командир роты и вышел из палатки.

Хикмат повернулся к Довлатову:

– Ты, полковник, возвращайся на позицию у КПП. Если что, лично поведешь БМП в Хайдар. Выдвижение по моему приказу!

Бывший полковник козырнул:

– Есть, господин генерал!

– Свободен!

Временный штаб покинул и Довлатов. Хикмат остался с Балани. Посмотрел на часы.

– Еще немного, и мы узнаем, кто был прав!

– Время пролетит быстро, саиб! Еще пара пиал чаю…

– Нет, Балани. Никакого чая. Лучше переведи связь со станции Асадулло сюда в палатку, чтобы я мог иметь возможность контактировать со всеми подразделениями нашей группировки здесь и в приграничье Афганистана.

– Слушаюсь, саиб!

Вновь появился Алим:

– Господин генерал, на связи командир зенитно-ракетного дивизиона пакистанской армии майор Уржадан.

– Давай трубу!

Главарь моджахедов взял аппарат специальной связи:

– На связи Хикмат! Ассолом аллейкум, уважаемый господин майор!

Уржадан сдержанно ответил:

– Ва аллейкум ассолом, господин генерал! Слушаю вас!

– По данным нашей разведки, русские вновь планируют налет из Афганистана на наш лагерь на плоскогорье Пакистана, что в тридцати километрах от города Чевар.

Майор сказал:

– Мне такие данные не поступали!

– Скажите, Уржадан, что надо сделать для того, чтобы ваша часть передислоцировалась к границе, к выходу в Хайдарский проход?

Командир пакистанского дивизиона ПВО ответил:

– Убедить высшее руководство вооруженных сил в целесообразности или необходимости подобной передислокации. Но вам, господин, вряд ли удастся это сделать, так как наша разведка тоже не сидит сложа руки и следит за ситуацией в Афганистане.

Хикмат спросил:

– А если, скажем, обойтись без формальной волокиты и переместить к лагерю одно из подразделений вашего дивизиона? За что я готов заплатить неплохие деньги. Очень неплохие, Уржадан, деньги.

– Мой ответ – нет! И если не хотите заиметь кучу неприятностей, больше не предлагайте мне взяток. Тем более что ваш лагерь вместе с кишлаком Чиштан входят в зону ответственности подчиненного мне дивизиона. В любом случае при нарушении кем бы то ни было воздушного пространства Пакистана я прикажу открыть огонь по нарушителям.

– Благодарю, майор. И извините! И забудем о моем предложении! Надеюсь, вы не станете докладывать о нашем разговоре вышестоящему командованию?

– Нет! Мне не нужны враги!

– Еще раз благодарю! До свидания!

– Прощайте, господин генерал. Конец связи!

Хикмат бросил трубку Балани:

– Идиот этот Уржадан! Мог бы неплохо заработать. Но уже того, что наш лагерь находится в зоне ответственности подчиненного ему дивизиона, достаточно, чтобы чувствовать себя здесь в относительной безопасности! Так! Что у нас с выходом в Хайдар полуроты Урдана?

Временный командно-наблюдательный пункт

генерала Еременко. 4.25.

В эфир вышел офицер отряда спецназа «Карат-2» Гориленко:

– Первый! Я – ноль второй отряда «Карат-2»!

Руководитель антитеррористической операции ответил:

– Слушаю тебя, ноль второй!

– В лагерь прибыл Хикмат!

– Вот как?

– Его встретил Балани!

– Ну, это понятно, кому же встречать начальника, как не начальнику объекта. Еще что-нибудь?

– Пока все!

– Будь постоянно на связи. Главарь душманов появился неспроста. Что-то в лагере должно непременно произойти. И совсем скоро. Держи меня в курсе событий.