Наш хлеб - разведка - Альберт Байкалов

Араба надо брать. Причем сделать это таким образом, чтобы в ближайшие несколько дней его никто не хватился. Сложность заключалась в том, что Сарсур Махуль хорошо знал Василия в лицо. Этот факт создавал определенные трудности. Чтобы взять араба, надо подобраться к нему вплотную, но большая вероятность, что этот хитрый лис быстрее почувствует опасность. От размышлений отвлек вывернувший из-за угла БТР. Едва он затормозил у обочины, Дрон вышел из машины. Он не хотел, чтобы лейтенант увидел сидевшего за задним сиденьем турка.

Ответив на рукопожатие, Дрон посмотрел через плечо командира взвода на сидевших сверху бронетранспортера бойцов.

– Как отдохнули?

– Нормально, – кивнул старлей. – Сейчас куда?

– Я остаюсь, вы возвращаетесь.

– Но, – открыл было рот офицер, однако Дрон не дал ему договорить, сослаться на приказ коменданта обеспечивать его безопасность.

– Все, вопрос закрыт, – Дрон улыбнулся. – Спасибо за заботу.

Он вернулся в машину и вскоре был уже в начале улицы, где располагался дом, в котором остановился Сарсур.

Съехав с дороги в тень тополей, Василий заглушил двигатель и, навалившись на руль, задумался. Пока у него не было никакого плана. Взятый им турок упорно молчал. Не возымели действия ни угрозы, ни зуботычины.

– Слышишь, Абдуллах, или как там тебя еще? – Дрон посмотрел в зеркало заднего вида. – Вот, допустим, ты убил бы женщин. Куда потом должен был ехать? Как собирался оповестить своего хозяина?

– Я не буду с тобой говорить, – спокойно ответил турок. – Можешь убить.

– Нет, убивать тебя уже есть кому, – Дрон проводил взглядом проехавший по дороге грузовик. – Тебя жаждет увидеть сын и брат тех чеченцев, которых ты лишил жизни.

– Это война, – спокойно ответил турок. – Я был к этому готов.

– Это не война, а уничтожение бандитской шайки, которая обосновалась в России. А ты, насколько я понимаю, и вовсе гражданин другого государства. Какого черта здесь делаешь? На родине не нужен? Там поди на помойках жил.

– У меня свой дом…

– Ах, извини, совсем забыл. – Дрона неожиданно осенила идея, как разговорить турка, причем до того простая, что он даже засмеялся.

– Не веришь? – удивился Абдуллах.

– Почему же? – продолжая смотреть на дорогу, сказал Дрон. – Даже адрес могу назвать, – он потянулся за спутниковым телефоном. – Туда сейчас едет родственник убитых тобой людей. Он решил, раз ты лишил жизни его отца, он уничтожит твою семью, а потом, когда вернется, отыщет тебя.

С этими словами Дрон развернул антенну и, набрав частоту Лавра, откинулся на спинку сиденья.

– Слушай, – дождавшись, когда на другом конце ответят, заговорил он, – скажи адрес, по которому Батаев поехал.

Пока Лавр соображал, что от него требуется, Дрон несколько раз сказал «угу» и со словами «большое спасибо» отключился.

– Кто такой Батаев?

– Я же говорю тебе, – Дрон положил на сиденье трубку и вновь уставился на дорогу, – брат и сын убитых тобой людей. Сейчас он на пути в Ханкалу. В обед оттуда «борт» на Москву. Уже к вечеру он будет в Анкаре. Прекрасное знание турецкого языка и документы, которые у него на руках, помогут спокойно преодолеть оставшиеся триста километров до Чорум. Ведь там живут твои престарелые отец и мать? Я даже не знаю, остановится ли он на этом. У тебя, кажется, еще шестеро детей? – Говоря это, Дрон почувствовал спиной полный ненависти взгляд. – Так что, Керим Гаисханджан, или Абдуллах, подготовились мы к вашей последней поездке основательно. Жаль, несерьезно отнеслись поначалу к профессиональным навыкам, из-за чего пострадали. Впредь будем осторожны.

– Вы не посмеете убить ни в чем не повинных людей! Они даже не знают, где я! – взревел турок.

– Ты не кричи, – Дрон испуганно бросил по сторонам взгляд, – а то рот заклею. А по поводу «не посмеем», ошибаешься. Ты же посмел приехать в Россию и убивать. В чем была виновата несчастная русская женщина, к которой ты сегодня явился? Скажу больше, как ты уже догадался, я офицер ГРУ. Когда мы принимали на работу чеченцев, обещали им не отказывать в праве на кровную месть. Да и времена сейчас не те, чтобы в благородство с террористами играть. Вас же другими способами не отвадишь совать нос в чужие дела. А так, глядишь, ты вот уехал, бац, и семьи лишился. Другой такой же по твоему примеру рванет заработать. Вернется, а близкие на кладбище. Так и желающих ехать в Россию заработать на терроризме поубавится.

На некоторое время в салоне воцарилась тишина. Дрон чувствовал, что творится в душе у турка. Наконец, поерзав, тот вздохнул:

– Что тебе от меня надо?

– Ферзинд Тахре, он же Сарсур Махуль.

– Я посвящен во все его дела, могу рассказать.

– Расскажешь после того, как этот негодяй окажется в клетке, – Дрон развернулся на сиденье.

Лысый череп турка блестел от пота.

– Ну, так как? – Василий вопросительно уставился на пленника.

– Отпусти меня и скажи, куда привезти его, – ошарашил турок. – Только останови убийство моих родных. Со мной потом делай что хочешь.

– Хорошо, – немного подумав, кивнул Дрон. – А как объяснишь дырку в локте?

– Она мне не мешает. Кость не задета, – он подвигал рукой, приподняв ее, насколько позволяли наручники. – Даже машину водить могу. Если что, скажу, она с парнем был, тот успел стрелять.

– Я выпущу тебя на соседней улице, – повернув ключ в замке зажигания, проговорил Дрон. – Но наш человек будет остановлен только тогда, когда я лично защелкну браслеты на твоем хозяине.

– Какой срок?

– Сам подумай, – Дрон вывернул руль, – вечером он будет в Анкаре, а завтра к обеду у тебя дома. Только не пытайся переиграть, – предупредил Дрон. – Позвонить, к примеру, домой или еще что-то. Поверь, ничего не выйдет. Кроме него на твоей родине сейчас много наших сотрудников. Сами вынудили, – выезжая на дорогу, продолжал он, – не совали бы нос в наши дела, не было бы таких проблем. Кстати, какая основная цель пребывания Сарсура в Чечне?

– Если вы такие умные, неужели не знаете? – попытался съязвить турок.

– Почему же? – Дрон фыркнул. – Просто хотелось бы получить информацию из первых рук, от одного из членов террористической организации, а не из агентурных источников.

– Мы не террористы, – пробурчал Абдуллах.

– Правильно, – кивнул Дрон. – Людям, которые пытаются использовать в своих интересах даже боевую оспу, еще и названия не придумали. Кто, кстати, ее вам передал? – не давая опомниться, спросил он.

– Американец. Он привез ее в Кабул.

Еще некоторое время пообщавшись с турком, ставшим более словоохотливым, Дрон затормозил в глухом переулке, образованном несколькими разрушенными и давно нежилыми домами.

– И запомни, – перебравшись через сиденья в багажный отсек, чтобы отстегнуть наручники, заговорил он. – В случае чего мы, кроме всего прочего, дезинформируем все исламские организации, пустим слух здесь и в Стамбуле, что террористический акт с применением бактериологического оружия был предотвращен благодаря нашему агенту в твоем лице, которого завербовали еще в ГДР.