Ставок больше нет - Кирилл Казанцев

– Ай, Салман! – В кабинет шумно ворвался один из собравшихся в зале кафе боевиков. – Иди, посмотри!

Резаный тяжело выбрался из-за стола. Он сразу почуял, что случилось что-то очень нехорошее, – уж слишком возбужденным выглядел вестник. В обычной обстановке горцы себе такого не позволяют.

"Неужели Лось и тут меня опередил?" – думал чеченский лидер, покидая кабинет.

Но в действительности все оказалось еще хуже.

Прямо напротив огромных витринных окон кафе, на противоположной стороне улицы, медленно и неуклюже разворачивался БТР. По бортам боевой машины даже издали были ясно видны цвета российского флага, ярким пятном выделяющиеся на выкрашенной в зеленое броне.

Слева и справа, достаточно далеко для того, чтобы их не достал случайным выстрелом какой-нибудь слабонервный нохчо, охватывая здание полукольцом, короткими перебежками выдвигались на свои позиции фигуры в камуфляже и "сферах", с автоматами в руках.

– Справа, на чердаке – снайпер, – тихо произнес за спиной "авторитета" многоопытный Асланбек. – Наверное, есть и другие.

Салман посмотрел в ту сторону, куда указывал Мурадов, и точно, через несколько долгих секунд ожидания увидел в темном провале слухового окна яркий отблеск стекла снайперской оптики.

"Обложили..." – с тоской подумал он. Это был конец. У Салмана не было ни малейшего сомнения в том, что подлючий гад Лось все правильно рассчитал и просто-напросто сдал его ментам, подгадав для этого нужный момент, таким образом чужими руками избавившись от конкурента.

– Салман, – один из сразу же притихших боевиков осторожно тронул лидера за рукав. – Там тебя к телефону.

В окружении своих бойцов Резаный вернулся в кабинет. Он даже не сомневался уже в том, от кого именно исходит этот звонок. Остановившись перед телефоном, не спешил брать трубку – сначала огляделся вокруг. Глаза, глаза... Темные и горящие возбуждением глаза земляков, братьев по вере... И ни в одном из этих глаз "авторитет" не увидел ни крупинки страха или сомнения.

– Да! Слушаю. – Салман включил громкую связь – в такой момент он просто не вправе скрывать что-либо от соратников.

– Это гражданин Цагоев? – раздался уверенный мужской голос.

– Чего хотел? – В настоящий момент Резаный уже не видел смысла в том, чтобы сохранять инкогнито или отказываться от собственной фамилии, прикидываясь дураком, – несомненно, Лось "слил" их полностью, с именами и фамилиями. И человек на другом конце провода знал, с кем именно он должен говорить.

– С вами говорит генерал-майор милиции Карасев, начальник УВД Красногорской области... – Повисла пауза. Говоривший давал Салману время оценить, с человеком какого уровня тот сейчас разговаривает, и ожидал ответной реакции чеченца на свои слова. И Салман отреагировал:

– Ну и что? – спросил он презрительно и лениво.

– Гражданин Цагоев, я предлагаю вам и вашим людям сложить оружие, – генерал не обратил внимания на хамскую выходку "авторитета", – и сдаться! Предупреждаю вас, что в противном случае мы будем вынуждены применить оружие и спецсредства.

Резаный еще раз заглянул в лица своих земляков. Конечно, они испытывают какой-то страх. Но не настолько, чтобы открыто в этом признаться. И если сейчас он предложит им сдачу, открыто продемонстрирует собственную слабость... Ему ничего не сделают. Но только для всех здесь присутствующих он перестанет быть лидером. Да что там лидером! Он в их глазах потеряет статус мужчины, человека, заслуживающего уважения! Мало того! Его реальный или мнимый позор падет на головы его детей и братьев, на всю его семью!

"Значит, будем умирать..." – безразлично, как о судьбе другого, незнакомого ему человека, подумал Резаный. И ответил громко и четко, изо всех своих сил стараясь, чтобы голос не подвел, не дрогнул предательски и не выдал врагу его временную слабость:

– Если тебе, генерал, нужно наше оружие, то приди сюда и сам забери его у нас.

Фраза получилась именно такой, какой он хотел, и прозвучала многозначительно, решительно. Пошли на пользу школьные уроки истории.

– Аллах акбар! – хрипло выкрикнул стоящий рядом с Резаным Асланбек, потрясая при этом в воздухе трубой неизвестно откуда у него взявшегося новенького армейского гранатомета.

Большинство из тех, кто в этот момент присутствовал в кабинете, нестройно поддержали этот клич.

"Почему я не знал про гранатомет? – отрешенно думал в этот момент чеченский лидер. – Неужели в жизни Асланбека есть что-то, что он скрывает даже от меня?"